Первый полёт (ЛП)

Два мастера развернулись и ушли, и на полукруге воцарилась тишина. Чуть погодя мы переглянулись. Стари поднялась со своего места и, проходя мимо, толкнула меня плечом.
— Я поставлю на тебя, хромоножка, — громко заявила она. — Если только ты не сделаешь правильный выбор.
Следовавший за ней Джаэль пожал плечами.
Я сдержала себя, чтобы не огрызнуться в ответ. Если я хотела доказать её неправоту, очень скоро мне предоставят такой шанс. Больше всего меня обидели не слова Стари, а то, как повели себя остальные. Никто из них не посмотрел в мою сторону. Даже Саветт и Тамас. Если сегодня вечером я решу связать себя узами с Раолканом, нетрудно догадаться, чьё имя они напишут на бумажках. Стать небесным всадником значило пройти испытание первого всадника, которое в половине случаев оканчивалось смертью. Насколько сильно я хотела летать на драконе?
  
Глава одиннадцатая
Когда я спустилась по лестнице, в дракастре никого не оказалось. Наверное, ученики последовали данному им совету и отдыхали, медитировали и ели. Моему желудку становилось плохо, когда я представляла себе, как в огромном обеденном зале все будут на меня пялиться. Чужое сомнение могло подкосить мою уверенность в себе. Я шла по краю — но подальше от пещер. Не будем повторять утренний инцидент. Я почувствовала небольшую дрожь в теле, вспомнив того зелёного дракона. Только представьте: прыгнуть на спину подобного зверя! А если он сбросит? Будет ли пытаться? Насколько быстро получится застегнуть все эти ремни на седле?
Я остановилась у одной пещеры, рядом с которой на крючке висело седло. Самым мудрёным элементом во всём этом хитросплетении ремней оказалась портупея: в неё входили ремни на талию, плечи и бёдра. Кажется, застёгиваться придётся долго, но у Ленга таких не было, когда он спрыгивал со своего дракона. Все ли всадники носят её или она только для новичков?
Я направилась дальше, позволив себе погрузиться в думы насчёт прыжка — но только я, скорее всего, чебурахнусь — со скалы на спину дракона. Я могла себе представить, чего мне это будет стоить. Вот шлёпнусь я на шершавое скользкое седло. А дальше что? Удастся ли мне пристегнуться? Вдруг Раолкан попытается меня скинуть?
Что значит попытается? Я бы сбросил тебя в ту же секунду, если бы захотел.
Я незаметно для себя дошла до его пещеры и, откинув полог, увидела, что его не стали загонять в один угол, как в тот раз, когда надо было убраться в стойле.
Я могу свободно перемещаться, насколько мне позволяют. Волен сидеть, грустить и скучать. Зачем ты пришла?
— До вечера мне нужно решить, кем я хочу быть: всадницей или служанкой, — мне показалось, что говорить с ним вслух будет более уважительно, когда мы вот так стояли друг напротив друга.
А ты сомневаешься?
— Остальные думают, что я умру, упав со скалы в попытке сесть на тебя.
Вполне вероятно.
Я подавила приступ страха. Одно дело просто думать о нём, и совершенно другое — озвучить его, да ещё и услышать, как твой собеседник с тобой соглашается. Глазам стало горячо от выступивших слёз.
— А ещё они думают, что ты просто сбросишь меня.
Драконы не отличаются добротой. Особенно те, что проведут всю свою жизнь в неволе.
Что ж, на этот счёт я не ошиблась.
— Больше всего меня именно это и беспокоит. Если я решу стать твоим седоком, не усугубит ли моё решение твоё закрепощение?
Если им станешь не ты, то это будет кто-то другой.
— Но вдруг я погибну? Что тогда будет с тобой?
Раолкан долго не отвечал, так что я села рядом и коснулась его гладкой щеки. Чешуйки грели пальцы, но не обжигали. Магия явно не давала ему выбраться отсюда, хотя явных признаков её присутствия я не наблюдала.
Я вижу эти волшебные путы. Если ты свяжешь себя узами со мной, тоже их сможешь увидеть. Как и многое из того, что сейчас сокрыто от твоих глаз.
— Почему?
Потому что наша связь позволит тебе соприкоснуться с моей магией, и, прозрев, ты увидишь магию повсюду.
Вот это да. Я терпеть не могла, когда у меня не получалось замечать то, что замечали другие.
Ты не видишь многого.
— Что будут значить наши узы для тебя? — Он по-прежнему молчал, так что я попробовала зайти с другой стороны: — Чего ты хочешь?
Ответ последовал мгновенно.
Быть свободным.
— Что я могу сделать, чтобы ты получил желаемое? — Я даже не видела волшебные путы, что связывали его. Так что ослабить их у меня точно не получится.
Ничего. Теперь я вечный раб. Скрепи себя узами со мной, и я стану твоим рабом.
Это же ужасно. Я не хотела себе никаких рабов. Наверное, мне следует отказаться. Наверное, будет лучше работать на кухне, чем заставлять такое прекрасное существо прислуживать себе.
Тебе следует выбрать союз со мной.
Он хотел, чтобы я выбрала его, но вместе с тем это обречёт его на рабство. Бессмыслица какая-то. Я запуталась ещё больше.
Раолкан закрыл глаза и опустил голову на землю. Уснул? Я долго сидела в тишине, взвешивая все за и против. Быть служанкой мне совсем не хотелось. Мне хотелось быть небесной всадницей. И чем больше я об этом думала, тем сильнее становилось моё желание пройти это жуткое испытание, или, по крайней мере, мне так казалось. Но как же Раолкан? Как же его свобода? Не престало ему быть рабом, но если я решу на нём летать, он им станет. Он явно чего-то недоговаривал. Может, он знал то, чего не знала я? И скрывал это от меня? Похоже, я должна была принимать решение единолично, и помогать он мне не собирался.
Что бы я ни выбрала, его жизнь изменится. Кажется, на одну хромую крестьянскую девчонку свалилась слишком большая ответственность. Нужно быть истинным мудрецом, чтобы принять верное решение. Сердце моё сжалось в груди при виде спящего дракона. Если бы я только знала, что для него было лучше всего. От груза ответственности я почувствовала сонливость. Я прислонилась к Раолкану, закрывая глаза. Отдохну всего секундочку. Только секундочку…
Глава двенадцатая
Я проснулась от того, что чья-то мозолистая ладонь теребила меня по плечу, и ошарашенно вскинула голову. Лучи послеполуденного солнца освещали бледное небритое лицо Ленга Шардсона. Взгляд его метался между мной и Раолканом. А я раньше как-то не замечала, что он привлекательный парень. Его тонкие губы были приоткрыты, а острый взгляд, как у хищной птицы, очень напоминал взгляд Раолкана. Наверное, общаясь близко с драконами, ты становился похожим на них.
— Что ты делаешь? — проговорил он, едва дыша и потрясённо глядя на меня.
Я протёрла глаза.
— Кажется, я заснула.
— Рядом с неприручённым драконом? — Его голос звучал резко. Он волновался за меня? Ленгу следовало доверять Раолкану, как это делала я. Несправедливо, что все относились к нему с недоверием просто потому, что он был драконом. Я понимала, каково это, когда тебя судят по обложке.
— Он не обидит меня.
Бока Раолкана вздувались, когда он делал вздох. При выдохе спящего дракона наружу вырывался лёгкий запах серы.
— Я слышал, они собираются этой ночью провести для вашего потока ритуал скрепления узами, — сказал Ленг.
— Куда ты каждый день летаешь со своим драконом? — Mожет, если сменить тему, мне не придётся думать о предстоящем выборе?
Он слегка улыбнулся.
— Мы каста посыльных. Мы летаем туда-сюда и доставляем письма. Сейчас я служу в Школе драконов, a это подразумевает ежедневные вылеты к двенадцати башням. Скучная работа, но кто-то же должен её выполнять.
— Она тебе не нравится?
— Я люблю свой цвет и предан нашему делу, но разносить почту утомляет. Я бы предпочёл оказаться где-нибудь в другом месте — или, по крайней мере, так думал раньше.