Бирюзовый господин. Книга 1 (СИ)

Анима посмотрела на него.
– Как это, когда умирает твой ребёнок?
– Такое не переживают…
Кер пожал плечами.
– Не переживают!
Он вновь посмотрел на дома, он вновь почувствовал себя измученным.
Он понял, – осознал – до конца только сейчас, почему… заставил себя снова сниматься: чтобы забыться!
Кер вдруг сказал Аниме:
– Моя мать – кальвинистка, а брат женат на мусульманке…
Анима посмотрела на него с удивлением.
– Обе эти религии предполагают свободу воли.
– В чём ваша свобода?
Поняла.
– Жить дальше!?
– Нет…
Он покачал головой.
– Просто – жить! Как могу… Жить!
Анима заглянула Керу в глаза.
– Во имя любви к дочери.
 
Глава 7
 
Он этого не осознавал… Не осознавал, что «во имя любви к дочери»!
Захотелось сказать:
– Да.
Она тоже посмотрела на город, Анима.
– Вы – мужественный человек, Кер!
– «Мужественный»?
Он печально улыбнулся.
– Знаете, что такое смерть? Вам лучше не знать! Расставание! Расставание навсегда!
Ему даже захотелось сказать:
– У дочери был молодой человек. Он сделал ей предложение. Они хотели быть вместе всегда!
Анима вновь посмотрела ему в глаза, словно в страхе за него.
– Как его зовут?
– Кого?
– Молодого человека Фелис.
– Билл.
Кер сделал паузу.
А потом:
– Лучше бы она рассталась со мной из-за него! Уехала с ним куда-нибудь и жила!
– Почему не думать об этом так? Что уехала!
Анима сказала ему это голосом полным смятения.
– Что они живут где-то там, вдвоём! Что им хорошо!
Он вновь ощутил, как разрывается сердце.
Сказал с обидой и болью:
– У него теперь есть другая девушка!
– Я думаю…
Анима заглянула в глаза.
– Что для него это хорошо. Мальчик по имени Билл… тоже решил жить! Возможно, во имя любви к Фелис.
Кер почувствовал себя несчастным.
Захотелось заорать.
Просто заорать.
Он так и не закричал ни разу, всё сдерживает этот вопль.
Вспомнил «…Мальчик по имени Билл… тоже решил жить! Возможно, во имя любви к Фелис».
Кер этого не понял, не понял Билла! Всё понимал, только себя…
– Вы общаетесь? С Биллом…
– Нет.
– Почему? Наказываете?
Кер смутился.
– «Наказываю»?
– За то, что мальчик не сломался…
Он нахмурился.
Анима грустно улыбнулась.
– А должен был, да!?
Улыбнулась с иронией.
– И вы бы страдали вдвоём!..
Кер задумчиво посмотрел на неё.
Как у неё это получается? Представить трагедию… комедией, – комедией Жизни!
Он вспомнил «Как вам кажется, хорошо ли я сыграл комедию жизни?
Эти слова стали для императора последними. Октавиан Август умер 19 августа 14 года нашей эры в старом доме своего отца. До самой кончины Август находился в сознании. Сначала он долго беседовал один на один со своим наследником Тиберием, которого срочно вызвали к умирающему Октавиану. Потом он попрощался с друзьями и спросил, хорошо ли сыграл комедию своей жизни. Эту беседу он закончил греческим стихом, которым обычно актёр завершал своё выступление на сцене: «А коль мы прекрасно сыграли, овацией нас наградите и проводите с весельем».
 
Глава 8
 
Кер подумал, – Если понять (и принять) мысль о том, что все мои страдания тупы и бессмысленны, то, что? Можно (и нужно) только радоваться? Радоваться тому, что дочь прожила пусть короткую, но счастливую жизнь – у неё было всё! У неё была любовь всех!
Захотелось спросить Аниму:
– Почему вы спросили про джаз?
Нагнал её, стал рядом.
– Любите джаз?
– Ага.
Ответила легко, смешливо.
– Какой?
– «Какой»?!
Она изумлённо посмотрела на него.
– Ну, стиль.
– Ааа!
Задумалась.
– Да всякий!
– Например?
– Голос Дианы Кролл.
– Ого!
Засмеялся.
– Она крутая!
– «Крутая»?
Анима посмотрела на него с улыбкой, выразительно.
– Угу.
Кер заулыбался.
Она засмеялась.
– Вам хорошо?
– Угу, – очень!
– Почему?
Он улыбался, – ему тоже стало хорошо.
– Куда мы идём?
– Не знаю… Просто!
– Хотите кофе?
 
– Хочу!
Анима посмотрела на Кера тепло, – с симпатией.
– Я, правда, его не очень люблю!..
– А я – кофеман!
– Да?
– Да.
– Я люблю воду, – минералку…
– Почему?
– Она похожа на шампанское!
Кер улыбнулся.
– Вы пробовали шампанское?
– Да пару раз.
– И как?
– Не поняла.
Анима посмотрела куда-то вдаль.
– Тут есть маяк!
– Да? – Удивился он. – Где?
Смущённо добавил:
– Хотите сходить?
– С вами – да!
 
Глава 9
 
Маяк был симпатичным, нарядно «одетым» в красное.
Анима поднесла руку козырьком ко лбу, прикрывая глаза от солнца.
– Супер!
Кер прыснул со смеху.
– «Супер»?
– Просто вау!
Она весело посмотрела на него, весело и с улыбкой.
– Вам нравится?
Вновь посмотрела на маяк.
– Да, супер!
Он засунул руки в карманы брюк, стоял рядом с Анимой, и любовался маяком.
– Мне кажется, или вы правда, долго никуда не выходили?
– Шесть лет… Почти, шесть.
Она изумлённо посмотрела на него.
– «Шесть»?!
– Да, – Фелис умерла.
Анима поняла, – сердце сжалось, поняла!
– Давайте спросим, можно ли зайти внутрь?
– Думаю, можно…
Маяк был действующим, но посетителей пускали в строго отведённые часы – им повезло, пустили.
Это было удивительное место, изнутри он был похож на дом, маяк, – на жилой дом!
Потрясающая винтовая лестница из камня, – комнаты, комнаты, комнаты – небольшие, но уютные! В одной из них – дух старого маяка; односпальная кровать, деревянная мебель, керосиновая лампа в виде уютного светильника с абажуром.
Кер и Анима посмотрели друг на друга в восторге этим необычным, харизматичным местом.
– Вы никогда не были внутри маяка?
– Нет. А вы?
– Никогда!
– Здесь жила семья! – Раздался позади них скрипучий старческий голос.
Они обернулись.
Старик махнул рукой в знак приветствия.
– Здравствуйте!
– Здравствуйте! – Растерялись и удивились они.
Старик был – весь седой, в морщинах, у него был добрый взгляд сентиментального человека.
– Любили друг друга, – Сказал старик в продолжение. – Мальчик у них был… Сын!
– Что-то случилось?! – Затаив дыхание, спросила Анима.
– Постарели, вот, что!
Старик добродушно засмеялся.
– Им пришлось покинуть маяк.
Кер и Анима посмотрели друг на друга.
– И никто не умер? – Подумал Кер. – Может быть просто?
«– Постарели, вот, что!».
Можно просто постареть?
«– Любили друг друга, мальчик у них был… Сын!».
Странное чувство… Похолодел. Дочери сейчас было бы 24 года.
Он посмотрел Аниме в глаза.
– Пойдём!? – Сказала она.
Поняла.
– Да.
– Приходите ещё, – Сказал старик. – Приятно, когда приходят родители с детьми!
Анима посмотрела на старика.
– Можно… Можно, я приду одна?
Старик удивился, посмотрел на них обоих.
– Да!
 
Глава 10
 
Они возвращались, – шли – опять, не рядом и не вместе, как случайные люди.
Ниточка была потеряна, ниточка непринуждённого общения – симпатии.
Кер вдруг подумал… О чём? Хочет ли он жить так всегда? Терять всех из-за своей боли.
И не обретать никого.
Хочет ли он быть один? Без друзей, без любви.
Маяк ещё виднелся сбоку, по левую руку. Красный маяк, высокий и… сильный?
Он подумал, – А я сильный? Или я – слабый? Слабый человек, разрушивший всё!