Бирюзовый господин. Книга 1 (СИ)

 
Элиз Вюрм
 
Бирюзовый господин. Книга 1
 
«…Вне нежности земных примет»
«…Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!»
«Наука? Чепуха! В этой ситуации все одинаково беспомощны. Должен вам сказать, что мы вовсе не хотим завоёвывать Космос. Мы хотим расширить Землю до его границ. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Нам не нужно других миров, нам нужно зеркало. Мы бьёмся над контактом и никогда не найдем его. Мы в глупом положении человека, рвущегося к цели, которой он боится, которая ему не нужна. Человеку нужен человек!»
Часть, первая. Критская пьета̍.
 
Глава 1
 
Он курил, сидел на ласковом солнышке, курил. Мимо, гуськом, прошла молодёжь, – парни и девушки. Они что-то бурно обсуждали, смеялись.
Кер вновь поднёс сигарету к губам, и… увидел девушку, – юное создание, сидящее неподалёку от него с книгой в руках. Она, вжалась в стул, на котором сидела, покраснела и побледнела.
Их глаза встретились.
Он понял, что её не позвали с собой, те ребята и девушки.
И она поняла, что он понял – покраснела ещё гуще.
– Привет! – Глупо сказал он.
– Здравствуйте! – Смущенно сказала она.
– Как дела?
– Нормально.
Они посмотрели друг другу в глаза.
– Вы любите бургеры? – Вдруг спросил Кер, вдруг, даже для самого себя.
– Да. – Удивлённо сказала девушка.
– Я приглашаю вас в Макдак…
Он смешливо улыбнулся.
Малышка изумлённо посмотрела на него.
– А когда?
– Сейчас!
У него было живое, чувственное лицо. Красивый. Не молодой – не мальчик! Брюнет, волосы лежат, как у греческого бога, кольцами. Чёрные глаза. На висках – седина, немного, но… Красивый!
– Наверное, – Подумала Анима. – В молодости этот мужчина был очень хорош собой!
Сейчас же… он годится ей в отцы. Его и выбрали на роль отца, – они начали сниматься вместе в долгоиграющей мыльной опере…
Как он посмотрел, когда понял, что её не позвали! Больно посмотрел, взволнованно.
Ей захотелось сказать ему:
– Меня зовут Анима… Вы, наверное, не помните, – Анима Феррари!
Он то ли улыбнулся, то ли усмехнулся.
– «Феррари»?
– «Кузнец», – это значит «кузнец»!..
– «Феррари» – это «кузнец»? – Удивился Кер.
– Да, – потомок Прометея, вечного ребёнка, Прометея!
– «Ребёнка»? – Вновь удивился он.
– «Познание только тогда истинно, когда оно опирается на нравственность»…
Анима посмотрела на «красавца мрачного», – ему в глаза.
– Разве это не безнравственно, счастье огня всем, даже тем, кто его не хотел?
Странно Кер почувствовал себя… Кто этот ребёнок!? Что!? Сколько ей? Лет… 18? Максимум 22-23!
Милая и добрая красота итальянских мадонн, тёмные волосы, обрамляющие лицо, карие глаза, белая кожа…
«– Разве это не безнравственно, счастье огня всем, даже тем, кто его не хотел?».
Они шли, не рядом и не вместе – случайные люди, вдруг встретившиеся друг другу на жизненном пути. Шли по небольшому, но уютному городку. Здесь недорого снимать кино и сериалы…
Он спросил:
– Вы давно снимаетесь?
– с 14 лет.
Он удивлённо посмотрел на неё.
– Как грустно!
– Почему? – Удивилась она.
– Это значит, что у вас не было детства.
Странно девушка-мадонна посмотрела на него.
– Оно было, просто…
Не договорила, пожала плечами.
– Что?
Кер посмотрел ей в глаза.
– Я была матерью, – я никогда не была дочерью.
Он смутился.
– У вас есть дети?!
– Нет!..
Она заулыбалась.
– Мои, но не мои… Мои родители. Мои родители – это двое великовозрастных детей!
Кер вновь смутился, нахмурился.
– А вы? – Спросила его, Анима. – Давно снимаетесь? Я слышала, что давно!?..
– С юности.
– Почему не снимались?
Она была одета в зелёное платье в маленький горошек, – он, почему-то, обратил внимание, на её платье…
– Взял перерыв.
 
– Ооо… От чего? Семья? Рождение детей?!
– Дочь умерла!
Анима смятенно посмотрела на него, – смятенно и удивлённо.
– Мне очень жаль!
– И мне.
Кер услышал музыку, – откуда-то звучала музыка – недалеко! Metallica… «Mama Said»:
Мама учила меня,
Говорила мне пацану, —
Сын, жизнь твоя – открытый учебник,
Не закрывай его, пока не закончишь.
Тише едешь, дальше будешь, -
Слышал я от неё.
Слова запали в душу,
Но я искал свой путь.
– Любите Metallica? – Спросила Анима.
– Да, – когда-то, любил.
– Макдак вон там!
Анима махнула рукой куда-то вперёд.
– Да?
Кер, словно очнулся.
– Хорошо…
– Как это, получить Оскара? – Вдруг спросила она.
И он удивился.
– Оскара?
– Да…
Анима кивнула.
– Вы же его получили!..
 
Глава 2
 
«Иксион,
Вечно кружимый крылатым колесом,
Вечно по уставу богов
Кричит смертным:
«Кроткою мздою воздавай благодетелю!»
Вновь странное чувство! То был не он! На той премии, – шоу, был не он – кто-то другой! Другой человек, другой мужчина, с таким же именем, как у него – отец…
– Не знаю…
Кер пожал плечами.
– Просто получаешь и всё!
– «Просто»? – Смутилась она.
– Да.
– Сколько лет было вашей дочери?
– 18.
– Как её звали?
– Фелис.
– «Счастье» 1!? – Удивилась и не удивилась Анима.
Кер удивлённо посмотрел на неё.
– Вам знаком португальский язык?
– Да…
Она смущённо улыбнулась, улыбнулась с сожалением.
– Мои родители – умники!
Она была этим несчастна, что умники…
– «Умники»? – Спросил Кер.
– Они – учёные.
– Ааа…
Он понял, – ничего не понял, но понял.
– А ваши родители? – Спросила Анима. – Чем занимаются ваши родители?
Посмотрела с интересом, – пытливо.
– У меня есть только мать, – у нас с братом.
– Как это, когда у тебя есть брат? – Тоскливо спросила она.
Кер удивился её тоске.
– Думаю, это, как иметь друга, или врага – ты никогда не перестаёшь о нём думать!
Они, пришли, – в Маке было многолюдно и душно, Керу захотелось на улицу, он украдкой посмотрел на Аниму – ей тоже хотелось на улицу!
Его это удивило, схожесть мыслей-желаний…
– Можно, – Нерешительно и одновременно решительно, начала она. – Я заплачу за бургеры?
Он удивился.
– Я пригласил, а платите вы!..
– Да…
Она посмотрела ему в глаза.
– Вы меня пожалели!
Кер понял, Анима сказала ему: я хочу отплатить… За капельку добра!
– Хорошо…
Он кивнул.
– Я заплачу в следующий раз!
– А он будет, «следующий раз»?
– Какой странный ребёнок! – Подумал Кер. – Ведёт себя как взрослый, – зрелый, поживший человек!
– Если вы не против…
Он тоже посмотрел ей в глаза.
– Я люблю бургер с курицей, листьями салата, сладкой горчицей и майонезом.
– Хорошо.
Она улыбнулась.
Пошла заказывать.
Керу захотелось сказать ей, ты не сказала мне, какой бургер, – с чем, любишь ты!
Он сел за столик, – сам не свой, сел.
Как давно он никуда не ходил!
Испугался даже, сам не зная, чего…
– Испугался, что не один? – Спросил его, внутренний голос. – Так привык быть один, что… трудно?
– Трудно! – Ответил этому голосу Кер. – Возвращаться к людям, – в жизнь!
– Я заказала! – Прозвучал рядом с ним весёлый голос.