Как убить темного бога

– Просто Игорь?
– Игорь Девлетов.
– А я Карма Энделин. Так откуда ты? Отец мне не рассказывал, но именно из-за тебя мы задержались около Крыма…
– Ну… я из далеких земель…
– Крымский остров не так уж и далеко от материка, – удивленно возразила эльфийка разглядывая меня своими большими зелеными глазами. надо же… только сейчас заметил насколько они завораживающие.
Вот же ляпнул… я же местный типа. какие на хрен далекие земли. Кстати Крым – остров? С каких это пор? Хотя это же другой мир. Но географические названия судя по всему совпадают. Интересно, чей тут Крым? Вот и что говорить. Пришлось вновь копаться в памяти парня в чье тело я попал, Хотя особо много там я не нашел. По-прежнему все обрывисто… и это раздражало конечно сильно. Но надо выкручиваться.
– Просто я не из Крыма. Раньше мы жили совсем в другом месте…
– А, ясно. Вижу, что у тебя и говор немного отличается…
– А ты… эльф? – ляпнул я и сразу отвесил себе мысленную затрещину. Ну туплю, блин… а кто она еще-то? Орк, что ли?
– Рада, что ты заметил, – слегка улыбнулась девушка.
– Ну в смысле… вы разговариваете на человеческом…
– Да, мы часто… Работаем с людьми и хорошо выучили ваш язык. Необходимость.
Кстати, девушка говорила без того странного кавказского акцента, который присутствовал у остальных эльфов.
– Другие даже между собой говорили на нашем, – возразил я.
– Некоторые специально используют человеческие слова, чтоб запугать пленников, например. Другие просто привыкли говорить на двух языках. Некоторые предложения на человеческом звучат проще.
Ага, это что-то вроде суржика. Когда живёшь на границе с другим государством и используешь в речи слова своего народа и соседнего. Ясно. Мне бы не помешало тоже понимать их…
– Ты можешь научить меня своему языку?
– Ты хочешь выучить эльфийский?
Девушка явно удивилась, округлив глаза и дернувшись, от чего волосы открыли ее вторую половину лица. и я увидел синяк у неё на щеке.
– Хочу, – подтвердил я и кивнул головой на синяк. – Это отец тебя так?
Карма смутилась и снова прикрыла фингал.
– Он строгий, но любит меня.
– А ты не разделяешь его взглядов, – подытожил я.
– Да! Это отвратительно! Нельзя винить всех людей в том, что сделал Димитрий…
– Димитрий? – уточнил я.
Имя казалось мне знакомым. Вроде бы известное всем, но я почему-то не мог вспомнить, кто это. Однако точно знал, что как-то с ним связан. Опять загадки. Ненавижу.
– Ну да. Разве ты не знаешь о Великой битве? – удивилась она моему замешательству.
– О какой?
– О Великой битве с темными… Вся Антария помнит этот день.
Антария… Похоже, это название мира, в который я попал.
– Что-то слышал… – ответил ей. – Да, конечно знаю… То есть нет, – признался я.
– Как такое может быть? – недоуменно осведомилась эльфийка, – именно после этой битвы все народы возненавидели людей, хотя виноват лишь один человек. Это несправедливо! Но как ты можешь не знать об этом?
Сказать ей, что я из другого мира? Ну… такое себе. Вполне может посчитать меня сумасшедшим. Рано пока. Надо вообще сначала понять, есть ли тут подобные попаданцы, а если есть, то как к ним относятся? Может их тут на кострах сжигают? Да и толком я не знаю эту девушку. Спас ее – да, но обычно благодарность человеческая недолговечна, не факт, что эльфийская не такая же.
– Ладно, я не настаиваю, – немного обиженно протянула она. истолковав мое молчание как нежелание рассказывать. Не хочешь – не говори.
Корабль несколько раз качнуло, из-за чего мне было сложно устоять на ногах. Я пошатнулся и заскрипел зубами, схватившись за рану, которая разболелась ещё сильнее.
– Ты ранен? – взволнованно констатировала Карма увидев расплывшееся красное пятно на моей рваной рубахе.
Да и через дырку было видно серьёзную рану.
– Ага. Твои сородичи ранили меня, когда я рыбачил…
– Присядь, я помогу.
Я присел на сундук неподалёку и приподнял рубаху. Блин, лучше бы не смотрел. Меня невольно передернуло. Она явно стала выглядеть хуже.
– Ерунда, задеты жизненно неважные органы, – пытался пошутить я, хотя, честно говоря. самому стало страшно.
 
Но Карма даже не улыбнулась.
Она протянула ко мне сомкнутые ладони, остановив их в паре сантиметрах от раны. Они начали светиться, сначала едва заметно, а затем всё сильнее. По мере увеличения сияния лицо девушки искажалось, будто от боли, а затем рана, чудесным образом начала затягиваться.
Я чувствовал тепло и сильный зуд. Рану хотелось чесать ещё сильнее, чем раньше. Вскоре тепло перешло в жар, а кожа начала приобретать телесный цвет.
– А-а-ах, – издала девушка тихий стон. – Всё, больше не могу… Моей силы недостаточно на такую рану, – огорчённо сообщила она.
Кожа не полностью затянула рану, осталось три небольшие полоски шириной с мизинец, расходящиеся от центра раны. Но мне стало намного лучше. Боль почти полностью ушла, а зуд стал едва ощутим. Магия, конечно мощная штука.
– И на этом спасибо… – искренне поблагодарил ее. – Тебе больно?
– Это плата за магию исцеления. К тому же я слабо ей владею, у меня только первый круг… Ещё и свою иллюзию приходится поддерживать. Отец думает, что я в своей комнате.
– Сколько же всего кругов? – невольно поинтересовался я.
– Ты и этого не знаешь? – покачала она головой, – девять. Первый самый слабый.
Фига се. Что же целители могут делать на девятом-то, если такое творится на первом? Сам не заметил, как произнес эти слова.
– Там архимаги, – ответила девушка. – Способные на массовое исцеление. Твою рану вообще за секунду вылечат, и следа не останется.
– Только хотел спросить, не накажут ли тебя снова. А как… Как ты это делаешь? – вдруг вспомнил я ее последние слова про иллюзию.
– Накажут, если узнают, – как-то беспечно махнула она рукой. – А ты… Разве у тебя нет дара? Отец говорил, что у тебя большой потенциал, поэтому мы задержались у Крыма. За тебя орки могут дать неплохие деньги.
– Орки? Вы продаёте людей оркам? – изумился я.
Карма стыдливо опустила голову.
– Я презираю отца за это, но не могу никак на него повлиять… Я даже хотела пару раз сбежать, но у него много эльфов, которые всю жизнь охотятся на людей. Меня всегда находили, а затем он меня наказывал…
– Я понимаю, – попытался я успокоить девушку. – Здесь нет твоей вины…
Ну и действительно. Родителей, как говорится, не выбирают.
– Спасибо, – едва слышно сказала она.
– У меня в детстве вроде бы проклюнулись магические способности, но затем они исчезли, – сменил я тему.
– Погоди секунду. Я что-то почувствовала, когда лечила тебя.
Девушка положила одну ладонь мне на лоб, а вторую на грудь. Её руки снова засветились, но уже не ярко-жёлтым, а голубоватым свечением. Я почувствовал холод от её рук.
– Странно, – произнесла она, убрав руки. – Я думала это заражение от раны, грязь и тому подобное, но нет. У тебя в крови какой-то яд или что-то такое…
– Может у твоих… Оружие эльфов отравлено?
– Когда мы хотим убить – да, но ты был нужен живым. Да и яд слишком глубоко в твоём теле. У тебя почти вся кровь заражена. Такое чувство, что тебя травили с самого детства. Мои глаза ещё больше округлились от изумления.
– Елена… – начал я что-то понимать.
– Это… Твоя мать? Отец рассказывал, что это она сказала, где тебя искать за плату в двести золотых.
Я пытался прикинуть, много это или нет. В среднем за день я ловил рыбы примерно на один золотой. Значит, мачеха продала меня за мой полугодовой заработок? Слишком дёшево… Но, скорее всего, она просто хотела от меня избавиться, а тут подвернулся случай подзаработать на этом. Но продать сына, пусть и не своего…
– Вот мерзкая сука… – зло сплюнул я.
– Похоже, у тебя тоже не лучшие отношения с семьёй, – сочувственно посмотрели на меня зеленые глаза.
– Не то слово.
– Ну, мы не заплатили ей, если тебе от этого станет от этого чуточку легче.