Одна звезда на двоих (СИ)

– Тут у меня есть мысль, – ухмыльнувшись отметила Шайлар.
Лисар посмотрел на нее, выгнув бровь.
– Что ты знаешь о Никроне?
– Искусственный спутник в первом секторе, на который отправляются те, чьи семьи были заподозрены в связях с эрлоками.
– Не только, Лисар, не только, – отметил Санни, поглядывая на полковника.
– Мы оказались там случайно пару месяцев назад. Спутник – адское место, нищета, перенаселение, теневой бизнес. Сборище отчаявшихся и брошенных. Высокородные ублюдки сплавляют туда неугодных, придумывая совершенно идиотские поводы.
  
– Что ты хочешь этим сказать? – Лисар вытянулся на стуле, словно собака, почуявшая появившуюся неподалеку добычу.
– То и хочу. Жил себе старик одинокий, имущество есть, деньги, не трогал никого. Вдруг появился богатый подонок, который захотел, к примеру, дом этого старика для себя по какой-то причине. А старик взял и не согласился. Тогда очень быстро находятся предлоги, чтобы этого старика признали недееспособным или виноватым в чем-то, и его быстро спихивают на Никрон. И это еще самый безобидный вариант, – отметила Шайлар.
– А худший?
– Удар по голове, отключка, а очнешься уже на Никроне в какой-нибудь канаве без денег, документов. Сейчас война, Лисар, властям нет дела до таких стариков или одиноких людей, за которых некому постоять.
– Твою мать, – взревел Дидакис. Ярость полыхала в его глазах, ноздри раздувались от участившегося дыхания. Шайлар прекрасно знала друга, понимая, что подобную бурную реакцию он позволял себе проявить лишь в присутствии близких людей, остальное время оставаясь собранным, порой ироничным и жестоким полковником армии Ополчения. Сейчас же перед ней находился совершенно взбешенный человек, ярость которого, наконец, нашла выход. А судя по всему, в последнее время поводов для злости у него было предостаточно. – Кто? – прорычал он.
– Из тех, кого мы видели лично: Арабелла Тиариу, Микос Партакос, Дэвид Джеймс и Миранда Аризо. Но, по их словам, на Никроне можно найти еще слишком многих достойных людей.
– Ты хочешь сказать, что лучший стратег из всех, кого я знал, гениальный микробиолог, один из лучших силовиков и потрясающий медик сейчас находятся на Никроне?
– Это и хочу. История каждого почти в точности повторяет друг друга. Арабелла отказалась продавать свой дом какому-то богатому промышленнику – ее признали недееспособной и отправили на лечение, только отчего-то вместо дорогостоящей клиники она оказалась в обшарпанной комнате на краю Галактики Семи секторов. Партакос и Джеймс – на обоих напали, а очнулись они в канаве на Никроне.
– Миранда?
– После смерти мужа и отставки из армии из-за полученной травмы она оказалась никому не нужна, и падчерица заплатила кому-то, чтобы избавиться от мачехи. Если покопаться, то там можно найти еще многих, Лисар.
Полковник вскочил и заходил по комнате. Шайлар с изумлением смотрела на разъяренного друга, который сыпал самыми отборными ругательствами из всех, что она когда-либо слышала. Вдруг он замер и уставился в одну точку на стене, сделав глубокий вдох, Лисар проговорил:
– Завтра же на Никрон будет отправлено несколько групп. Я заставлю своих солдат проверить каждого, кто там живет. Они перероют спутник сверху до низу. И следом за ними отправится комиссия для проверки условий жизни и инспекции руководства Никрона, которое принимает к себе людей, которых даже близко к этой клоаке быть не должно.
– Я верила, что ты именно это и сделаешь. И мысль мою о решении проблемы с преподавателями ты должен был уже уловить… – Шайлар посмотрела на Дидакиса с вопросом во взгляде. Друзья слишком хорошо знали друг друга, чтобы научиться без слов понимать то, что другой хотел сказать.
– Более чем, если эти люди не нужны никому, то они нужны мне здесь. Если они не слишком пострадали физически и морально за годы, проведенные на Никроне, то это лучшие преподаватели из всех, что когда-либо могли быть в академии. Если же повреждения есть, то они будут доставлены в достойное место, где о них позаботятся.
– Агилис передаст тебе всю информацию по этим четверым, а также предположительные данные о еще нескольких людях, которые, судя по всему, тоже находятся на спутнике, – сказала довольная Шайлар. Она до сих пор чувствовала злость, стоило ей только вспомнить всех этих несчастных, запертых на Никроне без возможности спастись. Люди, когда-то столь много отдавшие Ополчению и битве с эрлоками, сейчас прозябали в самом жутком месте семи секторов. – Но я бы на твоем месте еще серьезно присмотрелась к тем, кого сослали на Никрон из-за того, что их родные были связаны с эрлоками. Там есть по-настоящему ценные ребята. Стоящие, способные встать в ряды ополчения, но находясь на спутнике их лишили даже малейшего шанса на дальнейшую достойную жизнь.
– Надо подумать. Я свяжусь с военным ведомством и попрошу поставить этот вопрос на следующем же заседании Совета. К тому времени у меня уже будут данные о проверке Никрона, хотя бы поверхностной. С этой войной мы забываем о тех, кого уже спасли, а это непростительно, – твердо произнес Лгаммар. Он потер рукой затылок, ероша коротко стриженные волосы.
– Ладно, с этим понятно. Часть преподавателей мы найдем, кто-то из уже работающих в академии более чем пригоден для работы. В расследовании самого заговора от нас помощи особой нет – мы пилоты адаров, а не следователи и ищейки. Навряд ли ты ждешь от нас помощи в поисках поклонников синезадых. Что еще ты хотел, Лисар? – спросил Ник. Шайлар глянула на товарища, которого знала лучше, чем саму себя. Огромный, сильный, мощный пилот, но в тоже время дотошный и въедливый. Слишком серьезный, постоянно держащий себя в руках. Совершенно не похожий на остальных членов их команды. Но пройдя через слишком многое, они стали даже чем-то большим нежели семьей. Являясь словно продолжением друг друга, дополняя и компенсируя недостатки.
Веселый и ехидный Санни, взрывной и импульсивный Эрик, серьезный и вдумчивый Ник, хмурый и всегда всем недовольный Тим и она – командир первого отряда адаров, потомок легендарной Теодоры Рейтор. Все вместе они стали идеальной командой, вылезая из ситуаций, которые, казалось бы, были безвыходными. Но какой ценой им это далось. Шайлар горько усмехнулась, вновь включаясь в беседу, ход которой улавливала краем сознания. Лисар объяснял Санни, что именно хотел от них. Собственно, именно вскрик последнего и привлек ее внимание, заставляя выплыть из раздумий:
– Мы? Преподаватели? Да ты головой ударился!
– Я не прошу вас становиться преподавателями на постоянной основе. Лишь помочь на первых порах, скорее оценивая самих кадетов, нежели вбивая им в головы какие-то знания. Особенно меня интересует четвертый курс, который должен пройти тестирование на тау-импульсы, и те кадеты старших курсов, которые были отобраны для работы с адарами. Вы должны понимать, чем может обернуться допуск неподходящих людей к контакту с адарами.
– Мы поможем, Лисар, – тихо, но твердо сказала Шайлар, окинув твердым взглядом свою команду. – Ты сам, Санни, жаловался на то, что нет нормальных техников, а тех, что нам выдали в последний раз – дерьмо, а не спецы. А что будет, если пилотом станет дурак, которому приписали нужный уровень тау-импульсов лишь благодаря тому, что кто-то подкрутил ему балы, вы знаете не хуже моего.
– Спасибо, Шай. Я скину вам расписание экзаменов и уроков, а вы сами решите, как именно будете проверять и что, – произнес Лисар, с признательностью смотря на подругу.
– Решим, куда денемся. Насколько я поняла завтра экзамены у командиров отрядов, я бы хотела поприсутствовать, это возможно?
  
– Возможно, приходи.
– Ну, а теперь, когда я знаю, что меня ждет, я просто обязан выпить как следует, – потирая ладони произнес Санни. – Слушай, Лисар… – протянул он.
Полковник с подозрением посмотрел на развеселившегося пилота.
– Что? – спросил он, приподняв бровь.
– Мы же не будем состоять в профессорско-преподавательском составе академии, да? – хитро прищурившись уточнил Санни.