Киберзона (СИ)

«Активировать режим „Крадучесть“?»
Крадучесть? Я запросил у интерфейса, что это за штука, и выяснил, что при включенном режиме я становлюсь менее заметным. С моей скрытностью я и вовсе мог стать почти невидимым. Условием являлось медленное движение, иначе режим деактивируется.
Я запустил его. Сам я ничего не ощутил, но надеялся, что всё заработало как надо.
Но даже с Крадучестью я не рискнул внаглую прошмыгнуть мимо стража. Вместо этого я провернул задуманное ранее и телепортировался еще на один этаж вверх. Теперь тот охранник, что стоял выше меня на пролет, оказался, наоборот, ниже. А выше стоял следующий.
  
Ну и что там с моей Крадучестью?
«Режим крадучести. Состояние: активирован, эффективность: 100%», — доложил интерфейс.
Отлично! Значит, я мог телепортироваться в украдку. Кажется, из торговца я начал превращаться в ниндзя.
Скоро я оказался на пятом этаже. Появился там прямо возле двух NPC-стражников. Они даже носом не повели, когда я прошел мимо них.
Обитель руководства отеля не делилась на бутики и вообще на комнаты. Здесь был один огромный зал с бассейном, столами для пинг-понга и бильярда, снаряженными балдахином кроватями, диванами, креслами, столиками. Это было похоже на какую-то зону отдыха.
В основном всё это пространство было пусто, если не считать двух стражей, которых я миновал, и еще четверых мужчин, находившихся поодаль и расположившихся на диванах, расставленных буквой «П».
Впрочем, сидели только трое. Причем каждый из них занимал по одному из диванов. Четвертый стоял перед ними и что-то объяснял, небрежно жестикулируя.
Медленно, чтобы не нарушить режим Крадучести, я подошел к четверке.
— Я же не виноват, что Тупорыл оказался таким слабаком, кхе, — оправдывающимся голосом сказал Мразота. Именно он стоял.
Остальные трое, все как один, были высокими, толстыми и одетыми в шикарные деловые костюмы. Я сразу узнал их, и это изумило меня.
Три толстяка на диване не были обычными людьми. И я вовсе не о том, что это были аватары на Зоне. Уверен, их обличия были скопированы с реальных носителей. Никто не рискнул бы на такую наглость — присвоить себе облик мафиозных боссов.
Самая крутая преступная организация «Гегемоны» славилась тем, что всегда росла, поглощая в себя другие структуры. Боссы мелких структур становились боссами Гегемонов. Таким образом, организация насчитывала десятки руководителей, которые управляли общей структурой по демократическому принципу, а именно: принимали решения мнением большинства.
Большое количество боссов делало Гегемонов непотопляемыми. Ведь даже устранение нескольких из них не рушило организацию в целом. В отличие от них, Добрый Дядюшка управлялся лишь горсткой уважаемых людей.
Я не мог знать настоящие имена этих троих. Но их псевдонимы на Зоне совпадали с тем, как их называли в жизни: Хрусталик, Пряник и Мегамозг. Я наблюдал за сценой, не шевелясь, чтобы не выдать своего присутствия.
— Думать башкой надо было, — угрожающе предъявил Пряник.
— Ты грохнул единственного свидетеля, который знал о Баклане, — добавил Хрусталик.
— Не беспокойтесь, я обязательно найду этого вашего Баклана, будь он неладен, — заверил Мразота.
— Вопрос в том, когда ты это сделаешь? — вкрадчиво произнес Мегамозг.
— Спешка до добра не доведёт, — Мразота изобразил кислую улыбку. Чувствовалось его напряжение.
— Умный, что ли? — возмутился Пряник. — С пулей в голове умнее станешь!
— Успокойся, Пряник, — урезонил его Хрусталик. — Ты же знаешь, он лежит в отключенном гробу, как и мы. Ты просто переродишь его, чем лишь усложнишь задание.
— Я могу сделать с ним вещи и похуже смерти, — не унимался Пряник.
— Тихо, тихо, — вмешался Мегамозг. — Мразота ускорит свои поиски и скоро разыщет Баклана. Так ведь?
Мразота выглядел довольно несчастным.
— Да, — выдавил он.
— У тебя есть план?
— Я думаю, что Баклан тоже в отключенном гробу. Должно быть, полиция…
— Пасть закрой! — психанул Пряник. — Зачем ты рассказываешь нам давно известные вещи⁈ Лучше скажи, когда ты найдешь его и притащишь к нам на ковер?
— Мне кажется, я знаю, где он может укрываться, — промямлил Мразота.
— Ииииии…? — раздраженно протянул Пряник.
— Это очень опасное место.
— Так двигай туда свою задницу! А если сдохнешь, то перерождайся и топай туда по-новой!
— Остынь, — осадил своего кореша Мегамозг. — Мразота намекает, что ему нужна какая-то помощь с этой очень важной, возложенной на него миссией.
— Мне нужны дорогостоящее оружие и, желательно, наёмники, — угрюмо подтвердил Мразота.
— Короче, деньги, — ухмыльнулся Хрусталик.
Мразота кивнул.
— Дам тебе двадцатку, — Пряник скривил губы, и в его руке появилась горстка монет. Он держал их перед собой, но вовсе не протягивал. — Вот, возьми.
«Двадцать тысяч метеокоинов», — доложил мне интерфейс.
Мразота подошел вплотную к дивану Пряника и потянулся к монетам.
— А-та-та! — воскликнул Пряник, ловко одергивая руку так, что Мразота схватил лишь воздух.
Пряник неприятно заржал. Хрусталик усмехнулся, и только Мегамозг сохранил серьезное лицо.
— Отдай ему, Пряник. Отдай, раз обещал.
Пряник пренебрежительно швырнул деньги Мразоте, и тот поймал их.
— Учти, — предупредил Мегамозг. Он поднялся и сложил руки на груди. — Гегемонов нельзя подводить. С теми, кто огорчает Гегемонов, случается беда. С ними и всеми его близкими. Спроси у капитана Морозова, если не веришь.
В этот раз он позволил себе улыбнуться. Это была очень злобная усмешка, от такой кровь застывала в жилах.
— Как я могу не верить? — губы Мразоты тоже скривились.
  
Глава 23
 
В баре
 
Мразота ушел от боссов. Я поступил также, но не стал заморачиваться с поэтапным спуском по лестнице, прикинул, где находился туалет, в котором я начал свой подъем, и успешно переместился прямо туда.
Размышляя над увиденным и услышанным, я вернулся к барной стойке. Теперь, кроме бармена, я обнаружил там еще одно знакомое туловище. Оно пошатывалось, сидя на высоком стуле. Конечно, это был Жлобяра. И конечно, он опять напился.
— Зачем ты пьешь? — спросил я, когда оказался возле своего охранника.
— Что? А зачем люди вообще пьют?
Хм-м… Ну я знал, зачем люди пьют. Тут могло быть множество причин. Например, забыться, если проблема или горе. Повеселиться, если радостное событие. Или просто расслабиться, если устал. Но я-то имел в виду: зачем бухать, если реального опьянения все равно нет?
— Простите, я не знаю, что сказать…
— Вот и не надо, — отмахнулся Жлобяра.
— У тебя горе? — предпринял я новую попытку.
— Тебе-то что?
«Ага», — понял я. — «Он правда пьет из-за какой-то своей проблемы».
— Какое у тебя горе? — уточнил я.
Жлобяра настороженно повернулся ко мне.
— Что толку, если я расскажу?
— Бармен! — крикнул я. — Пятьдесят грамм вискаря.
Бармен посмотрел на меня, кивнул и взял со стойки большую бутылку с коричневой жидкостью.
— Лучше возьми водку, приятель, — посоветовал Жлобяра. — На вкус то же самое, а стоит в два раза дешевле.
Но широкий стакан с виски на два пальца уже появился на стойке передо мной. Я поднял его и осушил одним залпом.
Горечь ощущалась довольно явственно, а вот какого-то букета не ощущалось вовсе. Так что Жлобяра, похоже, был прав. Не было резона переплачивать. Я решил лично распробовать разницу.
— Пятьдесят водки, — потребовал я.
«Алкогольная интоксикация: 1%», — доложил Интерфейс.
Я посмотрел на Жлобяру, чтобы оценить его состояние. Тут уж было гораздо хлеще. Интоксикация составляла 38%. А еще я заметил какую-то странность.
  
Я не сразу смог понять, но, кажется, Жлобяра как-то изменился.
— Ну ты даешь! — удивленно проговорил Жлобяра. — Пьешь теперь…
— Пью, — кивнул я и проглотил водку.
Интоксикация составила 2 процента, и я отметил, что Жлобяра абсолютно прав насчет вкуса водки и виски, а еще, что Жлобяра опять изменился. Это навело меня на мысль, что на самом деле менялся не Жлобяра, а мое видение.