Буря стремлений (СИ)

— Понимаешь… — двое переглянулись и Дисран, как инициатор это плана сказал. — Она мертва. Её убили.
Лирин, который до этого сидел с небольшой улыбкой, вмиг переменился, его лицо началось искажаться, на нём появились слёзы, после чего он резко вскочил и убежал.
— Господа, ну что же вы так прямо. Он же ребёнок, как-никак, — с укором сказала воспитательница, после чего встала и ушла.
После того, как закрылась дверь, двое, до этого сидящих расслабленно, вмиг напряглись:
— Как тебе? — спросил Дисран.
— Двояко. Было такое ощущение, что он что-то не договаривает, — Керн хмурился не в силах понять, что конкретно ему не понравилось в этой ситуации.
— Да, но известия о её смерти его действительно опечалили, — Дисран внимательно следил за парнем, поэтому был уверен в своих словах.
— Да, но всё равно у меня ощущение, что он знает больше, чем говорит, — Керн откинулся на спинку.
— Что по приборам? — Дисран уставился на магический прибор, который должен был уловить сигнатуры силы, которые могли проявиться от мага.
— Ничего, молчат. Ни в начале, ни после того, как мы сообщили ему об её смерти, — Керн протянул главный прибор коллеге.
— Плохо, потому как это была наша последняя зацепка, — мужчина повертел прибор в руках, после чего положил его на стол.
— Мне кажется, что всё равно что-то не так. Давай копнём по нему поглубже. Наверняка что-нибудь найдём, — Керну казалось, что они совсем близко, а потому попросту не имели права сдаваться так рано.
— Давай, — сначала послышался тяжкий вздох, а затем согласие.
……
Двое сидели на диванах, и у них возникало такое ощущение, что больше так продолжаться не может. Они находились в этом детдоме уже неделю, но не продвинулись ни на миллиметр.
— Глухо, просто глухо, — возмущался Керн. — Такое ощущение мы в вольере с дикими животными.
Мало того, что они наткнулись на ещё более глухую стену, чем вначале, они явственно стали ощущать, что им здесь не рады. Как только они разговаривали с детьми на отстранённые темы, то всё шло хорошо. Но как только вопрос шёл или аккуратно подводил, или хотя бы давал намёк на то, что он направлен на Лирина, то всё: стена, тупик, замкнутый круг, край, безвыходность. На других такой реакции не было, оттого и возникал вопрос. Почему? Почему такая реакция возникла на Лирина, именно на него. Он что-то делает? Угрожает их безопасности? Силой заставил их замолчать? Или наоборот, он что-то им всем обещал? Или что-то давал?
Поначалу казалась, что они боятся о нём говорить. Боятся, будто он за ними придёт. Но если с мелкими ещё было понятно, то старшие ребята вызывали ещё большие вопросы. Они ещё большими зубами цеплялись за него. Такое ощущение, что он давал им надежу на лучшую жизнь. В связи с чем, они стали копать в этом направлении, и вот после этого начался сущий кошмар. Им мешали всеми возможными способами, просто не давали работать. А от руководства детдома не было никакой помощи.
А потом, будто что-то произошло, выключился тумблер, и всё замерло. Никто не мешал, никто ничего не делал. Но никто также и не помогал. Единственное, что было понятно, так это то, что ощущается дикая агрессия и небольшая, но явно направленная ненависть. И если Дисран справлялся с этим довольно легко, то Керн, который просто не привык к такому, один раз чуть на инстинктах не атаковал. В общем, им приходилось тяжко.
Кроме того, на них давило их начальство, которое ждало от них результатов. Никаких улик нет, все ниточки оборваны, а чуть больше полутора десятков трупов на неизвестном одарённом, есть. Никакая экспертиза не давала результатов, единственное, что было известно, что всё упирается в Лирина. Они пришли к выводу, что именно он камень преткновения.
Они прошлись по его школьным друзьям, которых как оказалось, не было. Вот так просто, не было никого. Были знакомые, были одноклассники, но близких, с которыми он общался, не было. Почти такая же ситуация возникала и в стенах детдома. Было несколько, с кем он общался, но и там затупок. И ничего бы страшного, бывают нелюдимые люди, которые ни с кем не общаются, или не заводят знакомств. Но его не будут так защищать, именно это и резало глаз в общей картине.
 
Все же расспросы самого Лирина заканчивались примерно одним и тем же, он вроде отвечал, но либо никакой конкретики, либо его защищала воспитательница. А одного, его было просто не подловить. Удивительная ситуация, вроде ни с кем не общается, но как только рядом с ним оказывается один следователей, рядом сразу обнаруживается огромная толпа.
Сегодня им вообще сообщили, что к нему лучше не приближаться, либо их просто вытравят с территории. И в доказательство своих намерений, устроили нескончаемый ад, который закончился довольно быстро, но намёк был воспринят ясно.
Единственной действительной зацепкой оказалось то, что у него была девушка (ох уж эти подростковые драмы). Но и здесь возникала проблема. Сама девушка отзывалась о Лирине слишком хорошо, а её родители слишком плохо. Отсюда возникало понимание, что её родителям он не нравился, а ей, несмотря на то, что они расстались, всё еще симпатизировал.
— Эх, — протяжно вздохнул Дисран. — Всё. Думаю, что на этом всё. Мы ничего больше не добьёмся такими методами, нужно уходить. Напишем отчёт, пускай начальство ломает голову, потому как нам тут точно ничего не светит.
— Может, проведём тест на магический потенциал? — предпринял последнюю попытку Керн.
— Нельзя. Если он окажется одарённым, то нас скорее отругают, чем похвалят. Ведь тот, кто проводил проверку — серьёзно ошибся, а из-за этого могут пострадать важные люди. Но, вот если он выдаст себя сам, то это другое дело.
— Так в чём проблема? Может он стал одарённым позже проверки? Такое же бывает?
— Да. Вот только чтобы мы могли провести проверку, нужно будет получить одобрение от директрисы и запросить у начальства того, кто её проведёт.
— И разве это проблема? — Керн искренне не понимал.
— Да. Это, во-первых, дорогостоящий процесс, а, во-вторых, Ферган специально нам откажет. Сейчас именно она считается его официальным опекуном. Как, впрочем, и всех других детей. Именно поэтому, даже если она будет знать, что это он одарённый и лично убил всех людей, запретит проводить проверку. А без её разрешения проверки не бывать, — Дисран хмуро почёсывал подбородок.
— Но это же глупость?! — возмутился Керн.
— С одной стороны — да, а с другой — нет. Директор детского дома не просто человек или должность — это целая система. А против системы никто идти не захочет. Если, конечно, не вмешается кто-то очень важный. Однако ты готов рискнуть всем, ради шанса, что это именно этот парень нужный нам убийца? — Дисран внимательно посмотрел на молодого коллегу.
— Хм, — ничего не ответил Керн, но всё было понятно и так.
— Вот поэтому нам стоит прекратить поиски. Пускай этим делом займётся кто-то, кто не боится брать на себя ответственность. Нам же с тобой нужно гордиться тем, что мы уже успели сделать. Дальше всё зависит от начальства….
……
Как только вечером воскресенья территорию детдома наконец-то покинули все представители власти, то в нём чуть ли не случился праздник. Никто конкретно из детей ничего не знал, но даже самые глупые, довольно быстро смекнули, что действительно Лирин виноват или нет, им нет никакого дела. Кроме того, они даже не знали, в чём конкретно его подозревают. Но абсолютно все понимали, что если с ним что-то случится, то деньги, которые они получают за работу на него, сразу же испарятся.
Весь мороженый бизнес держался исключительно на нём. Он был таким винтиком, без которого механизм бы просто развалился на части. И если мелкие просто были рады получать за относительно не сложную работу деньги, то те, кто скоро должны были выпускаться, отчётливо понимали, что условия труда и выгоды, что сулила им эта небольшая империя, была намного лучше, чем тот же кирпичный завод.
Так что они натравливали мелких детей на следователей, мешая им выполнять работу. И если всё сначала шло неплохо, то по мере того, как следствие затягивалось, они понимали, что теряется их фиксированный доход. А когда дело доходит до денег, то люди готовы пойти на многое. Пиком же стало то, когда следователи начали рыскать в поисках чего-то незаконного, а потому воспитанником пришлось прятать и укрывать производство, которое если бы нашли, то сразу же закрыли.