Ведьма и компания (СИ)

- Вот… самой Елизаветы Григорьевны учебные тетрадки, когда она еще девочкой была. – проворчала Стелла. – Велела тебе передать, якщо окажется, що тебя не учил никто. Прочитаешь – вернешь!
- Откуда она узнала, что не учили? – Оксана кончиками пальцев погладила пожелтевшую бумагу, старую даже на ощупь. – Вы ж только тут поняли, что я ведьма, а мама моя – нет. - завучиха еще гадости про маму говорила, что та Оксану без мужа родила, а у них в семье это оказывается, традиция такая, чтоб без мужа, а сама Оксана – ведьма! Главное, чтоб не узнал никто, а то неизвестно как это скажется на школьной характеристике.
- Якщо я б знала стильки, скильки она, так я б была наднепрянською ведьмою! – фыркнула Стелла и в голосе ее прозвучала откровенная зависть. – Взяла тетрадки? От и иди звидси, подывымося, чого ты сама научишься, лише читаючи.
- Практику мне обеспечите вы. – все еще поглаживая листки, хмыкнула Оксана. – Иначе я расскажу Елизавете Григорьевне, что вы пытались спрятать от меня ее конспекты.
Стелла расхохоталась, и Оксана поняла, что вот тут она промахнулась.
- Ведьма-хозяйка – не воспитателька в детскому садочку! «Злая титка Стелла тетрадочку дивчинке не отдала, поставьте ее в угол!» - издевательски проблеяла старая ведьма. – Що ты за ведьма, якщо свое захищаты не умеешь, або з иншими договориться не можешь, колы щось треба? Иди себе! – Стелла снова махнула рукой на выход. – Тебя наш вовчик-братик заждався, а не допомогты милиции з убийством – ось за таке Лизавета Григорьевна и впрямь не помилует.
Оксана даже не стала комментировать насчет того, что милиции надо помогать не с убийством, а с его расследованием – толстуха все равно бы не поняла таких тонкостей. Она просто сунула шитые тетради подмышку и встала:
- Могу я позвонить от вас? – холодно спросила она.
- А звони! Щоб не казала потом Лизавете Григорьевне, що це я милиции мешаю. Проводи ее. – скомандовала она старушонке.
- Обязательно провожу, хозяйка… а то еще сопрет чего. – прошептала та, а заметив одобрительный взгляд Стеллы, издевательски покосилась на Оксану.
Девушка только сжала губы и двинулась следом за старушонкой.
- Зараз мабудь думает: вот стану самой сильной ведьмой, може даже, самой ведьмой-хозяйкой – все вам припомню! – бросила ей в спину Стелла.
Оксана только выпрямилась, будто палку проглотила – потому что именно так она и думала.
- Бодливой корове бог рог не даеееет! – издевательски протянула вслед толстуха.
- Звони. – старушка в балахоне демонстративно уселась на табуретке рядом с телефоном.
- Подслушивать будете? – недобро покосилась на нее Оксана.
- Контролировать. – поджала губы старушонка. – Телефон небось денег стоит.
Оксана замешкалась на мгновение: что мешает ей повернуться и уйти? Майор уже понял, что она не имеет никакого отношения к убийству Алика, а с толстой тетехой и ее старушонкой она не желает иметь дела. А с кем желает? Глупо выпендриваться там, где ничего не знаешь и не понимаешь, а она ничего не знает ни про ведьм, ни про оборотней (сегодня утром она вообще не знала об их существовании, неужели они и правда есть и это все не сон?). С оборотнем она ссориться не будет, иначе не видать ей телефона загадочной Елизаветы Григорьевны. Да и надо сперва разобраться, с кем можно ссориться, а с кем – не стоит, поэтому она позвонит Мыши и даже Остроумовой, хотя какие они ей подружки. Ладно, начнем с чего попроще.
- Здравствуйте, а Мышу… ой, Машу можно? Это Оксана…
- Машенька очень устала и легла спать. Даже уроки не доделала. А у тебя, говорят, какие-то неприятности с милицией? – голос в трубке стал строже – мать Мыши Оксану не одобряла, считая, что Оксана подружкой пользуется. Конечно, пользуется, а она думала с ее дочуркой, мышью серой, кто-то просто так дружить будет?
- Все уже выяснилось. Я звоню домашку спросить, я ведь пропустила.
- Из-за твоей домашки я точно Машу будить не стану, позвони кому-нибудь другому. – отрезала мама Мыши и положила трубку
Не перезванивать же ей? Оксана набрала другой номер:
 
- Здравствуйте, это Оксана, можно мне…
- Ты знаешь, где Катя? Она с тобой? Немедленно дай ей трубку! Что за глупости, уходить из дому на ночь глядя, да еще через окно!
- Катя сбежала через окно? – изумленно переспросила Оксана.
- Ну да, у нас второй этаж… То есть, она не с тобой? – голос мамы Остроумовой словно погас. – А ты не знаешь, куда она могла пойти? Вы же, вроде, подружки.
И с чего такая глупость пришла Катькиной маме в голову?
- Вы в кино вместе ходили, она говорила. На «Черный тюльпан», с тобой и с Машей.
- Нет, я не ходила… - начала Оксана и осеклась – кому это интересно? – Когда Катя ушла?
- Я не знаю! – голос в трубке зазвенел. – Сказала, что устала, спать очень хочет, я померила ей температуру, боялась, что простыла. Температура нормальная, ну я ей сказала, чтоб ложилась, потом заглянула в комнату, а там окно нараспашку и… и Кати нет. Ну вот куда она могла пойти?
- Я не знаю. Извините. – пробормотала Оксана, опуская трубку на рычаг.
- Позвонила? – недобро поинтересовалась старушонка.
Оксана схватила трубку и снова набрала номер Мыши.
- Это Оксана, извините, пожалуйста, а вы не могли бы посмотреть, Маша дома?
- Конечно, она дома, в своей кровати! – возмущенно начала мамы Мыши. – А тебе, девочка, следовало бы…
- Пойдите и посмотрите. – невольно надавила голосом Оксана… и в трубке вдруг наступила тишина, послышался стук, как если бы трубку положили на стол, отдаленные шаги… Шаги вернулись, снова стук – трубку взяли. Оксана стиснула пальцы на пластике – она уже догадывалась, что сейчас услышит.
- Я же сказала, что она дома! – раздался раздраженный голос мамы Мыши. – Спит как убитая! А ты, девочка, чем лезть в Машины дела, занялась бы своими!
- Да, конечно, извините… До свиданья. - Оксана снова уставилась на телефон. Майор подозревал ее не только в убийстве Алика, он говорил еще про какую-то женщину, и мужчину два года назад. Стелла упоминала распятого у кинотеатра. Алик, Мышь и Остроумова ходили на «Черный тюльпан» - а там Ален Делона вешают! И Алика – повесили! Остроумова и Мышь вдруг дружно, в одно время захотели спать… и Остроумова выскочила в окно второго этажа? Но с Мышью же ничего не произошло, спит и все, и если вспомнить «Черный тюльпан», там с другими персонажами никаких… неприятностей, вроде повешенья, не происходит, сплошная любовь. Остроумова на свидание сбежала? Вот еще не хватало! А ведь Мышь на уроке говорила… Оксана вдруг перевела отсутствующий взгляд на старушонку.
- Она говорила… что никакого Делона не было! А что тогда было?
Она еще мгновение подумала… и шагнула обратно к кухне. Слетевшая с табуретки старушонка заступила ей дорогу. Оксана молча попыталась ее обойти – старуха заступила дорогу снова.
- Хозяйка велела тебе уходить. – прошелестела она.
Оксана поглядела на нее, губы ее дрогнули… повернулась на пятках и направилась к выходу. Звучно хлопнула дверь.
Из-за дверного косяка, точно белка из дупла, выглянула Стелла:
- Ушла?
- Ушла, хозяюшка, ушла, такая наглая девчонка, у-у-у-у! – часто-часто, как китайский болванчик у Стеллы на комоде, закивала рóбленная. – Вернуться хотела, надо же! Снова хозяюшку-красотулечку беспокоить, времечко бесценное отнимать, клиентиков лишать…
- Помовчь, дурепа. – рассеяно обронила Стелла и торопливый говорок старухи как отрезало. Девчонка звонила подружкам: одна, сдается, пропала, а со второй все благополучно. – И шо мени до того? Не мое дило! – ведьма нервно сжимала и разжимала толстые пальцы. Не ее-то не ее, а как узнает Лизавета Григорьевна, что в почитай, десятилетней давности истории с распятым мужиком хвостик появился, а Стелла за него не ухватилась… Она еще тогда была недовольна Стеллиной неудачей и всячески это демонстрировала: на большие шабаши не звала, к общему ведьмовскому котлу не кликала… - Та она ж с меня шкуру спустит! А ты не лыбься! – увидев блеснувшие любопытством глаза рóбленной, прикрикнула она. - Кто с меня шкуру спустит, тебя и вовсе на порох пустит! Ой, не хóчу я в це лезть, ой, не хóчу… - прижав руки к груди и раскачиваясь всем телом, забормотала Стелла. – Бо хто его зна, що там в том кинотеатре засело? Номеры, за якими она звонила, помнишь? – вдруг резко повернулась она к рóбленной.