Мой любимый директор (СИ)

- А Козлов в курсе, что ты меня приглашаешь? – на всякий случай уточняю.
- Естественно, сказал тебе звонить в первую очередь. Вей Лао уже едет в офис, дело срочное.
- Еду, - тут же говорю.
Лучше уж устные переводы, чем рыдания в одинокой квартире.
Я быстренько оглядываю себя в зеркале, все ли в порядке. И подмечаю, что одета в темно-синее платье. Тут же вспоминаю отповедь Козлова по поводу моего внешнего вида.
- Только я одета не по дресс-коду, - предупреждаю Есению.
- Да плевать… Хоть в пижаму! У нас тут такой аврал… - пищит она и отключается.
Ну в пижаме я, конечно, не поеду, а вот платье переодевать не буду из принципа.
  
Глава 43. Почти победители
 
Мария
- Машка, задница у тебя ядреная…
С этими словами Антон что есть силы сжимает мою правую булочку, а потом валится на меня всем своим недюжинным весом, припечатывая к кровати. Этот слон вместе со своими мышцами весит под сотку.
Чувствую боль в правой ягодице, кое-как вылезаю из-под этого паразита. А он поворачивается набок и что есть силы шлепает своей лапой могу многострадальную попу.
Да что ж такое! Почему все мужики в последнее время норовят надо мной поизгаляться во время секса? И даже после…
Антон оторвался на мне по полной за тот бонусный час, который я ему предложила.
Впрочем, я тоже оттянулась. Антон оказался хорош в постели.
Очень хорош.
Фигура - загляденье, а в штанах такое богатство, какое не всякой будет под силу уместить в себе.
Чувствую, как по телу гуляет изрядная доля окситоцина. Гормон любви, чтоб его…
Понимаю, на что повелась Звонарева и ее бывшая подружка. Как ее там? Стася? Антон - мужик что надо, я бы даже оставила его для интимных развлечений. Но не у себя в квартире, разумеется.
Встаю с кровати с видом королевы, пусть и отшлепанной.
Натягиваю на себя красный шелковый халат, поворачиваюсь к Антону и спрашиваю:
- Понравилось?
- Обалдеть, как… - тянет он, переворачиваясь на спину.
Являет мне себя во всей мужской красе.
Блуждаю взглядом по его телу, и внутри все сжимается в сладкой истоме от воспоминаний того, что только что между нами произошло на этой самой кровати.
- Что? Уже не хочешь к своей Кате? – спрашиваю как бы между прочим, повернувшись к нему через плечо.
В ответе я практически уверена, ведь я – богиня в постели.
Антон вдруг серьезнеет, садится на кровати:
- Ты на многое не рассчитывай. Я ж тебе сказал, Катьку люблю, остальные для тела.
Такого я услышать не ожидала.
Поворачиваюсь к нему спиной, чтобы не показать, как меня резанули его слова.
И этот самец еще пять минут назад рычал мне в ухо, что я лучшая…
Чем она берет, эта Звонарева? Не иначе у нее между ног все наискосок, раз мужики так крепко на нее западают.
- В таком случае собирайся и шуруй из моей квартиры, - фыркаю в сторону выхода.
Антон резко подскакивает, тянется за джинсами и рубашкой.
- План сработал, все закончилось? – спрашивает он радостно.
- Да, - киваю.
Затягиваю пояс халата и сажусь в кресло и наблюдаю за тем, как он одевается.
Все и вправду закончилось.
Мне пришлось приложить немало усилий, но план имел оглушительный успех. Ай да умная я, ай да талантливая девочка.
Прошло уже четыре дня с тех пор, как мы с Антоном запостили в блоге Звонаревой сообщение о том, что она сошлась с бывшим. Слава с Катей так и не помирились, так что можно смело себя поздравлять.
Кстати, у меня ушли всего сутки на то, чтобы отвадить Орлова от этой стервы по телефону. Даже не пришлось устраивать фейковый телефонный разговор.
Вечером того дня он прислал сообщение как ни в чем не бывало: «Катенька, я сейчас занят, давай созвонимся завтра».
Написал так, будто и не ругался с ней, от чего меня всю перекорежило.
Ну я его и припечатала: «Можешь вообще не звонить, мне плевать».
После этого он так и не позвонил. Наверняка, наконец, дошло, что Звонарева - конченная истеричка. Он ведь не любит истеричек. Сколько раз меня в этом упрекал. Хотя я – совсем не истеричка, устраивала ему сцены, лишь когда было ну уж совсем скучно.
 
Правда, немного жалко… Я приготовила такую зачетную запись того, как Звонарева ругалась. Потратила на это не один час. Не пригодилась.
Но в целом все прошло как по маслу.
Правда, Слава домой он так и не вернулся. Мой человек установил скрытую камеру в его подъезде, так вот, по его словам, Орлов не перешагивал порога своего подъезда. У Звонаревой его тоже не было.
Я сделала вывод, что он до сих пор тусит в Москве. Небось гуляет по клубам с друзьями, ведь наши победили. Я проверяла результаты на сайте чемпионата. Краснодарская команда во главе с Орловым взяла первое место, хотя сам он отчего-то снялся с соревнований.
Наверняка, нашел себе какую-то девку и теперь треплет ее ночи напролет, лечит нервы.
Ничего-ничего, за эту девку я ему также мозг выклюю. Но все в свое время.
Когда Антон заканчивает одеваться, указываю ему на дверь:
- Иди к своей Звонаревой, небось ноет там в три ручья, успокаивай…
Антон кивает, а потом вдруг замирает на месте, смотрит на меня растерянно.
- Слушай, я тебе не говорил, но… Катька, она… Она вообще со мной не общается, как я к ней только ни подкатывал, игнорит и все. Помоги помириться, а? Ты ж шаришь, как надо.
Я шарю, да.
Не хочу ему помогать. Из чисто женской вредности не хочу.
Тем не менее понимаю, что это краеугольный камень во всей истории. Это гарантия того, что Слава не сойдется с ней позже.
- Расскажи, как ты пытался с ней мириться? – прошу его. – Только не ври.
Антон садится на кровать, достает телефон и показывает сообщения, которыми они обменивались со Звонаревой до того, как она его заблокировала.
Беру его мобильник, пробегаю взглядом по строчкам и выпадаю в осадок.
- Антон, - закатываю глаза. – Нельзя сравнивать девушек, тем более если сравнение не в пользу той, с кем ты пытаешься помириться!
- Что я такого написал? Ничего такого…
- Ты сравнил любовницу с Шерон Стоун!
- Я пытался объяснить ситуацию… - мямлит он.
Непроходимый идиот!
Что поделать, я работаю с тем, что есть.
Читаю дальше и понимаю, что этих двоих помирит разве что тяжелая сексуальная артиллерия.
Девочки так устроены – после зубодробильного расставания нас так и тянет вышибить клин клином. Расставание я Звонаревой обеспечила, клин для вышибания тоже имеется. Зачетный, к слову.
- Поимей ее… - пожимаю плечами. - Ты в этом деле хорош.
Антон сначала кивает, приободряется, а потом снова грустнеет.
- Как я ее поимею, если она мне двух слов сказать не дает? – спрашивает он. - Я сразу пытался уложить ее в койку, не далась.
Всему учить надо.
Сказочный дебил.
- Мы, девочки, любим романтику, - говорю с ним как с маленьким. - Сделай все правильно. Цветы, конфеты, извинись по-нормальному за эту Стасю…
- Я пробовал, пошлет… - продолжает отнекиваться он.
Я прикидываю варианты.
- У тебя что нет ключей от ее халупы? Зашел бы туда, пока ее нет, сделал дорожку из лепестков роз от двери к кровати, сердце из свечей, фруктов купил, шампанского. Что там она любит?
Вижу, как в голове Антона, наконец, начинают работать извилины.
- Ключей нет, - качает головой он. – Но это вообще не проблема, у нее такой замок, можно вскрыть хоть скрепкой. Устроить романтику – тоже не вопрос.
Ну хоть на что-то у него хватает мозгов.
С чувством выдыхаю, собираюсь отправить его куда подальше.
А он снова нудит:
- Если не поведется? Выгонит меня на хрен и все…
Я развожу руками и смотрю ему в глаза, даю очередной беспроигрышный совет:
- К стеке приставил, платье задрал, трусики сорвал… Мне тебя учить, что ли? Она вспомнит, как с тобой было хорошо, и помиритесь, так сказать, в процессе. Иди давай, осчастливь свою Катеньку, она наверняка соскучилась по твоему агрегату. Не изменяй ей по крайней мере поначалу и будет вам счастье.