Второй шанс (СИ)

– Райли, – повторила Тэсса, – пожалуйста, скажи мне, когда мы ориентировочно вернемся на базу.
– Можем хоть сейчас выдвигаться! – вмешался Питерсон. – Какие проблемы, что нас еще тут держит?
– То, что я пытаюсь наладить программу так, как она сказала! – вскинулся Райли. – И если вы все помолчите и не будете меня отвлекать, то, может быть, у меня получится!
– Вы его слышали, – сказал Шэд, недвусмысленно глядя на Питерсона. – Если что-то не устраивает – вали к черту отсюда. Охрану я обеспечу.
  
– Охрана не нужна, потому что по показателям со сканнеров в пределах города не зафиксировано ни одного дзетианца, – пробормоталпод нос Райли, не понимая, что тем самым только усугубляет и без того напряженную ситуацию. – В Чикаго теперь можно спокойно ходить по улицам!.. Правда, неизвестно, сколько это продлится.
Питерсон взглянул сначала на него, потом на Шэда, а потом отошел в сторону и подозвал нескольких солдат из группы.
– Думаю, мы останемся здесь на ночь, – сказала Тэсса Кейт, выслушала ответ и пожала плечами. – Ты права, конечно, но я сомневаюсь, что…
– Мне уже лучше! – перебила Лайза. – Скажи ей, пусть займется этой херней! Я не знаю, что это было, но со мной уже все в порядке!
На смену слабости пришло лихорадочное возбуждение: хотелось двигаться, куда-то бежать, что-то делать.
– Он был против, – она мотнула головой на комнату со стеклянной панелью, – компьютер спрашивал, не хочу ли я отменить запуск, но я настаивала. Эта штука пыталась предупредить меня.
– У Лиз такого никогда не случалось, – тихо сказала Тэсса. – Хочешь пить?
Лайза хотела пить и есть, что удивительно, поэтому они достали сухие пайки из рюкзаков и пожевали безвкусные протеиновые батончики.
– О чем еще ты его спрашивала?
Она попыталась вспомнить, но все время работы с Аресом было как в тумане, сжатое и спрессованное многими тысячами операций, которые выполнял компьютер, ставший одним целым с ее мозгом. Если бы знала, что случится, когда она направит снаряды на Чикаго, спросила бы больше. Лайза покачала головой.
– Давай потом об этом. Меня сейчас больше интересует, какого черта Шэд так сорвался. Я накричала на него, да, – она провела рукой по лицу, которое все еще пылало от волнения, – но не думала, что он так воспримет. Он мне пощечину дал, представляешь? Опять!
– Он хотел срезать браслет? – тихо поинтересовалась Тэсса. Лайза шепотом рассказала ей, что произошло, сначала решив опустив подробности, но Тэсса была непреклонна. Она вытащила из нее все, вплоть до последнего слова, а слова, как оказалось, Лайза помнила очень хорошо. Не нужно было ей говорить, что ненавидит его, не нужно было вспоминать Лиз и требовать вернуть ее домой немедленно. Теперь Райли будет всю ночь ковыряться, перестраивая программу Перемещателя, так что они застряли тут надолго.
– Тебе надо помириться с ним.
– Что? – она с удивлением глянула на Тэссу.
– Тебе надо помириться с Шэдом, – повторила та.
– Но он меня ударил!
– Ты тоже его ударила. Честное слово, вы как маленькие дети: ссоритесь потому, что больше всего хотите играть друг с другом!
– Я не хочу с ним играть, – проворчала Лайза, но поднялась на ног. – Это глупо. Я вообще ни с кем не хочу играть. Тебе нужно поработать с метафорами.
Нехотя, будто каждый шаг давался ей с трудом, она подошла к столу, за которым работал Райли. Шэд сидел напротив, протянув вперед руку: кровь кое-как оттерли, повязки окружали кожаный браслет, который был соединен с компьютером Райли с помощью проводов. Лайза поглядела по сторонам, обнаружила свободный стул и подтащила его ближе, мимоходом заметив, что Питерсон никуда не уехал, а обосновался в углу и о чем-то негромко беседовал с Лу. Она надеялась, что кто-то убрал беспорядок, который она оставила в комнате управления.
– Ну, как? – осторожно спросила она. Райли нахмурился в ответ и покачал головой – пока ничего. Шэд смерил ее странным взглядом: в нем не было неприязни, скорее какое-то усталое удивление – что еще случилось?
– Слушай. Я бы хотела извиниться. Я была не в себе и не хотела…
– Лучше скажи, как у тебя получилось связаться с ним.
Она пораженно моргнула.
– С Аресом? Я производила запуск и задумалась, что означает это самое биологическое оружие, а он вывел на экран… – она все еще сомневалась, можно ли назвать прозрачную панель экраном, – … он показал мне список составляющих. Я не знаю там ни одного компонента.
– Я знаю несколько, – отрывисто сказал Шэд. – И как получилось с Перемещателем? Откуда ты знаешь, что он откалиброван только под меня?
На это у нее не было ответа. Лайза нахмурилась, пытаясь вспомнить, что еще узнала.
– Он должен перемещать из одного места в другое.
– Да, изначально так, это я его перенастроил на преобразование квантовых частиц, – не без хвастовства заметил Райли.
– До тебя его кто-то надевал? – спросила Лайза у Шэда, и он отрицательно покачал головой.
– Мы вообще не были уверены, что получится его активировать.
– Получится, – пробормотал Райли. Его пальцы летали над клавиатурой. – Еще как получится, я смогу это сделать, если бы только я знал раньше…
Лайза снова повернулась к Шэду и обнаружила, что он подтянул к себе планшет и уткнулся в экран.
– Э-э. Слушай…
– Тебе что-то нужно? – сухо спросил он.
– Вообще-то, я думала, что мы поговорим о том, что произошло…
– Не сейчас. Мне нужно написать отчет и придумать причину, по которой Макс не должен отстранять меня от работы на поверхности из-за того, что произошло. Этот ублюдок, – он мотнул головой в сторону Питерсона, – постарается сделать все, чтобы засадить меня подольше.
Лайза хотела сказать, что своим поведением он только провоцирует всех окружающих, но прикусила язык. Ему хочется выполнять свою работу, хочется делать хоть что-нибудь, и, одновременно, ему плевать на правила, потому что правила не спасли Лиз. Думать об этом было тяжело, но она обнаружила, что с каждым разом начинает сочувствовать им все больше и больше. И, более, того, она начинает понимать их.
– Тебе нужно отдохнуть, – Тэсса бесшумно подошла к ней и положила руку на плечо. – Мы могли бы отправить тебя на базу…
– Нет!
– …но ты вряд ли согласишься. Поэтому расслабься хоть немного.
– Я позову тебя, если что-то обнаружу, – пообещал Райли, не отрываясь от компьютера.
Тэсс достала откуда-то плед и накрыла Лайзу. Лечь было негде, так что Лайза пристроилась на кресле, подтянула к себе колени и уткнулась в них лицом. Сон тотчас навалился на нее тяжелой вязкой пеленой, стоило только закрыть глаза.
Улитки были недовольны. Слишком мягко – они были в ярости. Она уничтожила сотни тысяч четырьмя ударами, а все оставшиеся почувствовали их гибель, уловили по своим телепатическим каналам, кто был ответственен за все это.
И поэтому, когда Лайза открыла глаза и оказалась в уже знакомом месте, то не особенно удивилась. К тому же, у нее просто не было времени на удивление: ужас парализовал мозг, точно заключил его в кокон, не давая здраво рассуждать. Все, что она чувствовала – боль, все, о чем она думала – слишком рано.
Слишком?
Она дернулась, пытаясь освободиться: бесполезное, нелогичное движение, все нервные окончания взвыли от боли. Она была распята на железных балках, висела в воздухе, вся ее одежда была разодрана, а тело разрезано, проткнуто и изломано. Но почему-то она еще была жива. Она не могла видеть себя, но могла смотреть. Не могла говорить, но могла слышать. Они превратили ее в окровавленную груду дрожащих мышц, отравленной плоти и изломанных костей, но она все еще твердо знала, кем она была.
  
Элизабет Норт, командующий исследовательской базы, первый и последний природный оператор Ареса.
Ты – никто.
Тебе не удастся нас победить.
Голос в ее голове был подобен удару грома, он пронзил ее тело насквозь электрическим разрядом. Лайза закричала, захлебываясь своей кровью, рванулась вперед, прочь…