Темный Страж (ЛП)

У меня просто не было сил сопротивляться.
— Ты же знаешь, как я ненавижу, когда тебя нет рядом так долго, — промурлыкала она, надув губы.
Она расстегнула мои брюки прежде, чем успел оттолкнуть ее руки. Попытался ухватить ее за запястья, но не смог, она сорвала с меня рубашку одним резким движением.
— На кровать, Страж.
— Я вымотан.
— К счастью для тебя, мне все равно.
  
Бевгье все равно получит то, что хочет.
Она просунула руку в мои штаны, ногти царапнули по чувствительной коже. Я инстинктивно отдернулся, напрягая мышцы. Пытаясь отодвинуться, подальше от нее. Тяжесть усталости делала меня медленным. Слишком медленным. Она схватила пояс моих штанов и одним резким движением стянула их с моих ног.
У меня не было выбора.
У меня никогда не было выбора.
Она бросила меня на спину, и у меня закружилась голова. Как бы я ни ненавидел ее, как бы ни желал умереть прямо сейчас, чтобы не терпеть больше ни секунды рядом с ней, тело не слушалось.
Бевгье этого и ожидала. Она знала, как меня трогать, где целовать и как соблазнять. Единственным спасением для меня было представить, что по моему телу блуждают руки другого человека. Мягкие, волнистые каштановые волосы касаются моей кожи. Белоснежные пальцы следуют по линиям моих мышц.
— Ты совершенен, но ты и так это знаешь, — промурлыкала она.
Ее жадные пальцы скользили по моей коже, когда она оседлала меня. Я затаил дыхание. Тело напряглось от страха, но оно предало меня в тот момент, когда она опустилась, глубоко принимая меня. Невольный стон вырвался из моего горла, резкий и горький.
Я ненавидел ее.
Матерь, спаси меня, как я ненавидел ее.
Но еще больше ненавидел себя за то, что стал таким бессильным. За то, что она сделала меня бессильным. Мои руки сжались в кулаки по бокам, все мышцы напряглись, пока она неумолимо скакала на мне.
Я закрыл глаза, пытаясь не смотреть на то, как она запрокинула голову, и стонет при каждом движении бедер. Мне нужно было исчезнуть. Я пытался уйти в тишину своего разума, но ее голос возвращал меня каждый раз, когда она стонала мое имя.
Она трахала меня, пока не удовлетворилась, а я мог только лежать, использованный и опустошенный.
— Я скучала по тебе, Керес, — прошептала она мне на ухо, и ее горячее дыхание на моей шее вызвало мурашки по коже.
Она не смела называть меня по имени в присутствии других. Для них я был ее Стражем, ее Темным Стражем. Мое имя имело здесь слишком большую силу.
Она оставила меня голым, полувозбужденным и слишком измученным, чтобы двигаться.
— Ты должен будешь сопровождать меня на праздник позже. Оденься подобающе, — сказала она, голодным взглядом окидывая мое обнаженное тело. Она снова надела платье и пригладила волосы. — Ты проведешь вечер рядом со мной, и если будешь хорошим Стражем Портала, то сможешь выбрать девушку, которой мы сможем насладиться вместе.
Всегда одно и то же.
Секс, красота и власть.
Я знал, как выгляжу.
Я не выбирал это лицо.
Не выбирал семью Блэкварденов, чтобы в ней родиться, чья магия теней была достаточно сильной, чтобы активировать порталы. Иметь после себя кого-то из рода Блэкварденов когда-то было престижно, но теперь других не осталось. Я был единственным, кто не сумел выбрать смерть из-за собственной слабости, за измену своей семьи в Войнах Фейри.
Но я ошибся.
Я должен был выбрать смерть, и с тех пор каждый день жалел, что не сделал этого. Вечность, прожигаемая монстром с красивым лицом и злым сердцем, была действительно хуже, чем пустота загробного мира.
Обычно чувствовал пустоту после того, как проводил девушку через портал, чтобы Бевгье испила ее жизнь.
Но в этот раз? Чувствовал себя по-настоящему разрушенным.
Я хотел умереть.
Это было бы лучше, чем представлять, как из Розалин высасывают жизнь. Прежде чем отправить ее в постель какого-нибудь Темного Фейри, готового заплатить Бевгье непомерную цену за удовольствие от ее гарема.
Закрыл глаза. Еще одна слеза проложила себе путь по виску, пока лежал без сил.
Это моя вина.
Это мое наказание, и я ненавидел то, что мне пришлось разделить его с Розалин. Она не сделала ничего, кроме как терпела тяготы человеческой жизни, пытаясь дать своей сестре жизнь, которую она потеряла. Она не заслуживала этого, а я не заслуживал ее. Не после того, как не смог наполнить ее портрет или понять, как сломать проклятие.
Нет, я был действительно бесполезным.
Я потерял себя в печальной тьме.
Глава 23 ~ Пир
Розалин
Как я ни старалась, не могла вспомнить, как оказалась здесь и откуда пришла. Честно говоря, вообще ничего не могла вспомнить.
Первое, что всплыло в памяти, как меня несли из комнаты, полной закручивающихся теней, которые обвивались вокруг меня и цеплялись за мою душу. В них было что-то успокаивающее. Будто они притупляли панику, начинавшую подниматься к горлу. Мне не хотелось уходить. Они медленно рассеивались и стекая на пол, оставляя меня холодной и одинокой.
Кто-то помог мужчине подняться. По крайней мере, я думала, что это мужчина. Но когда он выпрямился, увидела за его спиной огромные крылья, похожие на крылья летучей мыши, и два обсидиановых рога, изгибающихся назад от лица. Лица, которое не успела рассмотреть, прежде чем меня подняли с пола и унесли в маленькую темную комнату, пока моя голова кружилась от тошноты.
Меня уложили на низкий матрас, и я изо всех сил старалась сфокусировать взгляд на лице того, кто меня сюда принес. Но его лицо было скрыто под шлемом, и я быстро отвела взгляд, сердце забилось быстрее. Тяжелая усталость тянула вниз, пока не оказалась на грани потери сознания. Странная девушка, ростом в половину моего и цвета свежевыпавшего снега, подошла ко мне и мягко встряхнула, чтобы разбудить.
— Ее Величество с нетерпением ждет встречи с тобой, — сказала она.
Не девушка, а взрослая женщина, если судить по зрелости ее голоса. Она повела меня в другую комнату, ярко освещенную и приветливую по сравнению с коридорами, через которые мы только что прошли. Меня подвели к дымящейся ванне, и тревога заставила волосы на затылке встать дыбом.
— В ванну, милая, — сказала она, потянув за подол моего платья. — Быстрее, нужно успеть подготовить тебя для Ее Величества.
Она начала расшнуровывать мое верхнее платье, прежде чем я успела остановить ее. Щеки вспыхнули жаром, когда она заставила меня вылезти из него. Не успела опомниться, как она подняла мою нижнюю рубашку через голову. Я обхватила руками свое обнаженное тело, не понимая, почему чувствую такой стыд. Все было таким запутанным.
Почему я здесь?
Мне казалось, что я не должна быть здесь, но не могла вспомнить, где должна быть.
Крошечная Фейри повела меня к дымящейся ванне, и, после уговоров, я залезла в нее. Меня сразу же вознаградили самой восхитительной горячей водой. Аромат лаванды и меда наполнил все вокруг. Я погрузилась в это тепло, оставив над поверхностью только лицо. Горячая вода проникала в кости, и позволила себе несколько блаженных мгновений покоя, пока в моем затуманенном уме кружились мысли. Я не могла ухватиться ни за одну отдельную, поэтому просто отогнала их все и попыталась сосредоточиться на тепле воды, которое обнимало меня.
— Поднимайся, — сказала крошечная Фейри. Ее голос не был грубым, но твердым, и я не могла не подчиниться.
Она потерла мне спину, затем своими длинными тонкими пальцами вымыла и расчесала мои волосы, напевая при этом странную, неземную мелодию. Когда закончила, помогла мне выбраться из ванны, вытерла насухо и одела в шелковую сорочку. Мне показалось, что она прикрывает слишком мало. Мягкая ткань на моей коже была маслянистой и отвлекала внимание. Опустив взгляд, я увидела, как моя грудь слишком сильно выделялась из-за глубокого выреза, гораздо сильнее, чем мне хотелось бы. Я скрестила руки на груди, желая стать меньше.