Таймлин 2 (СИ)

Теперь оставалось понять, зачем всё это нужно было Кингу. А понять это можно будет только после победы над Когуном.
— В таком случае, не будем зря тратить время. Нападай, когда будешь готов.
Я шагнул вперёд, слегка ускорившись, оставив товарищей позади. Вита уже позаботилась о защите — наш поединок их не заденет. Активировал волновой щит, создал три контура активной защиты, которые слились с бронёй и стали незаметны. После чего активировал меч. Сначала буду использовать это оружие — а там посмотрим.
  
Когун не заставил себя ждать. Отдав несколько быстрых приказов, его люди установили генераторы защитного поля и активировали их. Между нами было около ста метров — для владеющих третьего порядка это невероятно мало. А вот для смертельного поединка — уже чересчур много.
Я знал о противнике всё, что знал Рэм. Вита убедилась, что он ничего от меня не скрыл. Поэтому я прекрасно понимал его возможности. А вот он обо мне не знал ровным счётом ничего. Этот бой я собирался закончить быстро.
Выходя вперёд, Когун остановился, убедился, что его люди оказались под защитой, и поднял правую руку. Мгновение — и в ней появилась рукоять хлыста из звёздной стали, усеянного шипами. В левой руке возник миниатюрный трезубец, между зубцами которого проскочили несколько электрических разрядов.
— Нападаю — выкрикнул Когун, словно дав сигнал, и уже в следующее мгновение мы встретились почти на середине дистанции.
Трезубец столкнулся с моим мечом, а рукоять хлыста просвистела мимо головы, разминувшись с ней на пару миллиметров.
Я не собирался позволять ему полноценно использовать главное оружие. Хлыст хорош на средних дистанциях, а в ближнем бою он будет только мешать. Да и этот ход был предсказуем — даже без моих способностей к предвидению.
Первая стычка ничего не решила. Мы лишь немного прощупали оборону друг друга — проверили силу и умение. После чего отступили, и я ударил Та’ар-импульсом. Целился в руку с хлыстом, но Когун оказался проворным и успел создать перед собой заслон из шипов, оторвавшихся от его оружия.
Та’ар-импульс оказался слишком слабым, чтобы разрушить эту защиту, но у него была другая цель — замаскировать пару миниатюрных конструктов, которые благополучно закрепились на шипах, уже вернувшихся на хлыст.
Меч сменился ножами, и я вновь включил ускорение, уже зная рисунок боя на несколько десятков ударов вперёд. Теперь я мог видеть гораздо больше векторов атаки и защиты — десятки возможных ответов противника и даже проценты вероятности, с которыми он их выберет. Обработка информации шла с невероятной скоростью — даже для владеющего с улучшенным мозгом.
Я вышел на уровень, когда могу сравниться с Та’ар-интеллектом. И это — без активации специальных техник.
Как только я сорвался с места, Когун разделил хлыст на множество частей, которые начали беспорядочно вращаться вокруг него. Но так казалось только на первый взгляд. На самом деле — это была невероятно прочная, зубастая защита, способная уничтожить любого противника. Я знал об этой защите и, чтобы преодолеть её, отправил конструктов с заложенными в них Та’ар-импульсами.
Отреагировать и создать импульс во время ускорения было практически невозможно, но активировать заготовку — вполне.
Должно быть, Когун был удивлён, когда я беспрепятственно прошёл сквозь рой смертоносной стали. Но у него не было времени на реакцию — я оказался на расстоянии вытянутой руки и начал атаковать. При этом выбирал только те траектории ударов, которые он гарантированно сможет отразить.
Уже было понятно: даже невероятно опытный владеющий третьего порядка, прошедший через сотни сражений, признанный лучшими бойцами стаи Сканнинга, отточивший мастерство до идеала — не представляет для меня серьёзной угрозы. В принципе, я мог завершить этот бой за несколько секунд. Но в таком случае гордость Когуна была бы слишком задета, и тогда можно было забыть о моём плане.
После напряжённого обмена ударами мне пришлось отступить — хлыст восстановился, и я едва избежал попадания. Но теперь Когун точно не станет вновь использовать эту защиту: он уже понял, что для меня она не представляет опасности.
Я остановился в двадцати метрах от противника, ожидая его следующего хода, готовый отразить любую атаку. Только не ожидал, что он вовсе не станет нападать.
— Почему ты сражаешься спустя рукава? — резко бросил Когун. — Неужели считаешь меня слабым? Или решил, что я не достоин видеть твоей истинной силы? Как воин, я не приемлю подобного.
— Все его показатели резко подскочили, — сообщила мне Гея. — Словно он только что совершил переход на следующий порядок и одновременно улучшил все свои техники.
Инфополе то же начало менять данные, лишь мешая мне. Пришлось отфильтровать лишнее, оставив только самое главное — иначе можно было запутаться.
— Старый идиот, захотел сдохнуть раньше времени — донёсся до меня голос Рэма, сказавший гораздо больше, чем Гея и инфополе вместе взятые.
Похоже, это одна из запретных техник — вроде того же Берсерка. Такая техника сильно укорачивает жизнь владеющего, а то и вовсе приводит к смерти сразу после её применения.
— Что же, раз ты так считаешь, — ответил я, — давай начнём новый раунд, в котором я тоже буду использовать всё, что у меня есть.
Активировал крылья и начал создавать тех конструктов, что лучше всего подходили для детального сражения: Тенёткников — чтобы замедлить противника, пару Висперов — для скоростных атак, трёх стрелков и десятки нулёвок, поставленных на постоянное воспроизводство. Для этого выделил дополнительный поток сознания. После чего вообще отказался от оружия.
Крылья, доспех и моё тело — этого будет вполне достаточно для победы над любым противником.
Когун ждал, пока я завершу подготовку, и сам тем временем перестроил экипировку под новый уровень силы. Хлыст втянулся в броню, и из неё начали вылезать шипы. При этом сама броня стала тоньше и легче, давая владельцу преимущество в скорости перед равным по силе соперником. Миниатюрный трезубец разделился на три тонких кинжала, которые Когун странно держал между пальцами. Правую руку теперь защищал энергетический щит — похожий на те, что могли создавать братья Мбване.
Об этом Рэм не говорил. Скорее всего, он и сам не знал, что его бывший учитель обладает подобными техниками.
На этот раз Когун не стал нападать без предупреждения.
— Нападаю — выкрикнул он.
И тут же правое плечо пронзила резкая боль, а перед глазами вспыхнул красный маячок — сигнал серьёзных повреждений.
Я лишь краем глаза отметил, что в левой руке Когуна осталось всего два кинжала. Затем усилил броню, активировал регенерацию и вновь замер в ожидании. Секунда — и появился третий кинжал. На этот раз боль пронзила правое бедро, но была слабее, а повреждения — гораздо меньше.
— Что ты делаешь? Он же сейчас просто убьёт тебя, — закричала Гея.
— Адаптируюсь, — ответил я и заблокировал её канал.
Усилил броню ещё сильнее, вновь активировал регенерацию и остался на месте. Когун зарычал — и в этот момент раздался звон разлетевшегося на осколки кинжала. Крыло опоздало на долю мгновения, чтобы полностью заблокировать удар. Лезвие разбилось, но его осколок вонзился в броню и вошёл в живот на пару сантиметров.
Интерфейс даже не отреагировал на столь незначительное повреждение. Организм справится и без дополнительных техник.
Я вновь укрепил доспех и слегка сместил корпус, выставив руки чуть вперёд.
Бойцы Когуна стояли молча, в отличие от моей группы поддержки, которая не понимала, что происходит. Только Вита полностью мне доверяла — это я чувствовал на ментальном уровне.
  
Я продолжал смотреть на левую руку Когуна. Когда в ней появился третий кинжал, я щёлкнул пальцами — и он разлетелся на осколки. Второй кинжал разбился о мою броню, как и десятки шипов, выпущенных залпом. Третий кинжал всё ещё был зажат между пальцами Когуна, когда его атака завершилась ничем. А через мгновение и он разлетелся на осколки — уничтоженный своим же создателем.