Ведьма и закон. Рождение легенды
Водяной расплылся в счастливой ответной улыбке, при этом про вопрос он явно забыл.
– Так как называть? – напомнил сухо Клеомен.
– А! – очнулся проводник. – Зовите Тварь Водяная. Это мой сценический псевдоним. Но можно просто и неофициально, очень лично, так сказать, – Тварь.
Маруся тактично подавилась. Горица нетактично фыркнула. Иму тактичность была вообще несвойственна, поэтому он просто захохотал. Произнося последнюю фразу, водяной не сводил нежного взгляда с Мосвен, чем напугал ее и заработал недоброжелателя в лице Клеомена.
– Какой фильм снимаете? – деловым тоном задал вопрос Ликург, отвлекая внимание Твари от своих невежливых подчиненных.
– Документальный. Вы мой псевдоним не узнали?!
Иму снова засмеялся. Шеф оказался таким же невежливым, как все.
– Извините, нет, – сдержанно процедил Эйдолон. – Мы много работаем. Трансляции смотреть времени нет.
– Ох, да? – спохватился водяной. – Мои фильмы очень популярны. "Тайны и загадки Вселенной с Водяной Тварью". Слышали наверняка.
– О! Точно! – обрадовалась Руся. – Знаю!
Обрадовалась не одна она. Проводник мгновенно сменил объект обожания и с преданной нежностью во взгляде обернулся к ведьме:
– Правда?
– Да! – Козлова счастливо закивала. – Сама я не видела, но моя прабабуля вас обожает! Говорит, вы смешно рассказываете.
– Прабабуля и смешно? – Режиссер помрачнел, подобрался и слегка напыжился. Страсть к новым знакомым женщинам утихла так же быстро, как разгорелась.
Иму смеялся уже не останавливаясь, а Руся виновато прикусила губу.
– Пришли, – угрюмо пробормотал Тварь и резко ускорил шаг.
Широкая мощеная дорожка, по которой они следовали за водяным, плутала через заросли двухметрового тростника и закончилась за поворотом огромными коваными воротами.
– Н-да, – присвистнул Иму. – Мы не отдыхать.
Руся поежилась. Она с леопардом единение эмоций редко ощущала, но вот сейчас был именно тот редкий случай. За воротами черной, плохо освещенной махиной возвышался трехэтажный замок, и он мало напоминал место отдыха. Скорее, место преступления или место, где проживает виновник преступления. Возможно, целый клан монстров. Пахло сыростью, болотной жижей, лесом, сладкой осокой, и со стороны замка немного тянуло дымом.
– И как? – ехидно поинтересовался водяной. – Смешно?
– Пока нет, – равнодушно ответил за всех Клеомен.
Ворота чуть скрипнули, пропуская гостей на территорию цитадели МУП.
– Хотелось бы увидеть разрешение на съемку и проживание в закрытом комплексе, если не возражаете.
Тварь недовольно уставился на Лика:
– Пренепременно. Разместитесь сами?
– Да, благодарю, – улыбнулся Эйдолон. Добросердечные отношения не сложились, и Ликурга это нисколько не расстраивало. Вот что его по-настоящему расстраивало, так это поведение Ярослава. Иму не поверит, что Атум ввел в заблуждение всех без исключения. Да никто не поверит, что Ликург, как и все, растерян, расстроен, зол и разочарован! Не вдаваться же в подробности сложных отношений с самим собой, Рыжиком и ее Шутом. Надеялся на передышку, а теперь придется разбираться с происходящим в этом захудалом болоте.
– Всего доброго, – не слишком искренне пожелал водяной и перешел на бег.
– А неспроста мне реестр Женька не дала. Там наверняка среди объектов Интерпола этой радости нет. Вот ж…
– Папина дочка? – прервала Иму русалка.
– Прям мои мысли читаешь, – пробубнил недовольный леопард.
– Ты знал? – Клеомен поравнялся с шефом и выжидающе взглянул на его профиль.
– Нет.
– Ребят, тут как в черной дыре. – Маруся встала рядом с шефом с другой стороны и тоже взглянула на его профиль, только охарактеризовать ее взгляд однозначно у коллег не вышло бы.
– Киборг, ты в свете фонарей со своими серебристыми глазюками выглядишь жутко. От нас далеко не отходи, а то выйдешь так к кому из местных гостей, и все. Нет гостей.
– Благодарю. – Реагировать на подколки Иму она не собиралась. Не себя ей сейчас хотелось обсудить. – Ничего нет. Пустота. Радиопередач и тех не ловлю. Как в наглухо запертой банке. При этом магии охранной тоже никакой нет. Ни щитов, ни замков. Единственный рабочий источник – телепорт, но для него будто исключение создано. Что это за место такое вообще?
Лик молча покосился на сверкающие серебром глаза, пожал плечами и направился к замку.
– Эй, погоди, – крикнул ему вслед Иму. – Может, назад?
– Нет. – Голос Эйдолона звучал уверенно, так что группе пришлось нехотя шагать за начальством.
На лице Дингира расплылась довольная улыбка. Эту женщину он всегда был рад увидеть. Не существовало в обоих мирах другого такого создания, как Маруся. Не без удовольствия гиена проследил, как изящная фигура, покачивая бедрами в облегающих брюках и сверкая пылью в скудном свете старых желтых фонарей, плывет мимо него к проклятому замку. Она обладала удивительной энергией. Ее маниту сводило с ума, сама она завораживала. Дингир печально выдохнул, заметив облако Шута за плечом Эйдолона. А когда пригляделся и проследил связь между Марусей и Ликургом, улыбка исчезла с лица гиены, уступив место разочарованию. Не того она бога выбрала.
– Что? – Руся беззвучно шевелила губами, с размеренной частотой повторяя один и тот же вопрос вот уже в шестой или седьмой раз. Система умного гостиничного комплекса помогла им выбрать крыло и номера, подготовила помещения к открытию, – тут у Маруси возражений не возникало. Она даже проверять не стала, куда там Лик их селит. Возражать она начала, когда шеф вдруг еще на лестнице взял на себя управление ее чемоданом, а ее саму при всех взял за руку. Дальше Марусю нисколько не удивило желание Мос и Клеомена, Иму и Горицы поселиться в номерах парами, ее удивило желание шефа поступить так же.
Чем больше времени проходило с момента их прибытия на курорт, тем сложнее становились ее отношения с непосредственным руководителем.
– Твои кеды ношу. Видишь? Удобные. – Это было следующее ее беззвучное "что?"
И вот теперь она шевелила губами под командное: "отомри".
– Ты так и будешь замирать? – Лик возвышался над ней и удерживал мягко за плечи. – Что не так?
Руся неопределенно повела плечом, завороженно глядя в подернутые сияющей голубой дымкой глаза. Если верить учебникам, такими глаза у богов становились лишь в мгновения покоя и умиротворения, что с богами бывает крайне редко. На свете существует мало созданий, имевших честь наблюдать подобную картину лично. Руся никак не ожидала стать таким счастливчиком. Она вообще не собиралась лицезреть ничьи глаза подле себя в своем жизненном пространстве. Хороший роман с сексуальным печальным мужчиной на безопасной территории или же на его территории. Ничего больше. И не с шефом!
– Ладно. – Лик нехотя отпустил ее. – Переодевайся, купайся, ложись отдыхай. Дни, думаю, предстоят насыщенные скукой и нервозностью.
Он развернулся, подхватил куртку и направился к двери. Для Руси и такое поведение Лика стало неожиданностью. Она подалась следом:
– Ты куда?
– Прогуляюсь, – не оборачиваясь, откликнулся Эйдолон и вышел из номера, тихо захлопнув за собой дверь.
– Надо было метлу брать, – пробубнила Руся, подхватила мешок с пылью и помчалась догонять шефа. – Подожди! Те!
Лик только тихо вздохнул и с улыбкой покачал головой. Оборачиваться не стал – не хотел, чтоб заметила реакцию. Привычка Рыжика путаться в формах обращения давно не вызывала у него раздражения, исключительно нежность.
Рядом с правым плечом мелькнули медные кудри и веснушчатый нос. Теперь они спускались по парадной лестнице вдвоем.
– Вы куда?
– Ты, – поправил ее Лик.
– Я, – с готовностью кивнула Рыжая и удивленно, испуганно взглянула на профиль шефа, когда тот застонал.
– Ты куда? – протянул он с нервным смешком.
– Я с вами.
Суть диалога Руся не понимала, но старательно поддерживала. Когда только что в номере Лик развернулся и вышел за дверь, она ощутила холодное дуновение в груди, будто теряет что-то важное. Неприятное, беспокойное чувство.