Рецепт апокалипсиса от Учих СИ)

— Ты снова проиграл, Забуза, — нарисовался на мосту Гато собственной персоной и начал поливать грязью всех шиноби и обещать нас убить.
Хаку вскочил на ноги и явно собрался сотворить какое–то массовое убийственное дзюцу, но тут я неэлегантно изобразил умирающего лебедя и рухнул на него якобы в полуобмороке. Прежде, чем Хаку оттолкнул меня, я прошептал, чтобы слышал только он:
— Я могу исцелить его.
Парень на мгновение замер, но я знал, что все его внимание приковано ко мне.
— Отвлеки их, нужно что–нибудь эффектное и чтобы было похоже, будто ты потратил всю чакру и умер.
Хаку уложил меня на землю и выпрямился, складывая множество печатей.
— Саске! — почти одновременно воскликнули Наруто и Сакура.
Я знаками показал, что все в порядке. Тут Хаку закончил с подготовкой, и вокруг заметно потемнело, туман еще не до конца рассеялся, так что теперь вообще почти ничего не было видно. Хаку прикрыл ледяными куполами нас и седьмую команду с Тадзуной. А потом с неба посыпались огромные сосульки, они при падении камень дробили, не то что непрочное человеческое тело. Похоже, «убийство» Забузы быстро заставило Хаку пересмотреть приоритеты и его отношение к жизни и смерти.
Я в это время принялся за дело. Вообще–то я блефовал насчет того, что смогу вылечить Забузу, на самом деле, я еще ни разу не имел дела с настолько серьезными ранами. Ребра с правой стороны были раздроблены в крошку, половина легкого превратилась в кашу. Единственная хорошая новость — сердце оказалось не задето. Мой план заключался в том, чтобы на основе теневого клонирования создать из медицинской чакры нечто вроде заплатки, которая одновременно будет и останавливать кровь, и ускорять регенерацию. С моим уровнем контроля я мог создавать копии своего собственного организма настолько подробными, что они повторяли строение человеческого тела даже на клеточном уровне. А тут всего–то несколько ребер надо сотворить да кусок легкого, раз плюнуть просто.
Поверх я дополнительно использовал технику мистической руки и уже просто на всякий случай скормил Забузе несколько чакровосстанавливающих пилюль. Короче, я сделал вообще все, что мог. И если мечник после такого сервиса все–таки помрет, то он просто скотина неблагодарная.
— Почему ты нам помогаешь? — спросил Хаку, наблюдавший за моими манипуляциями.
— В обмен на его жизнь я хочу Обезглавливатель, — с этими словами я передал и парню несколько пилюль, а то что–то голос у него больно тихий, как бы и правда не скопытился.
— Но ты ведь не обучался на мечника, поэтому для тебя он бесполезен.
— Зато трофей отличный. К тому же вас он слишком демаскирует, а так сможете сменить имена и начать новую жизнь, ведь ваших лиц никто не видел.
— Так все–таки почему? — продолжал допытываться Хаку.
— Ладно, — сдался я. — Наверное, уместнее было бы сказать, что меня поразила сила твоей любви и все такое. Но на самом деле я помогаю просто потому, что у тебя лицо красивое. Есть несколько… человек, скажем так, которые мне до конца жизни не простят, если я позволю тебе умереть.
— Эээ… — бедный Хаку от такого ответа даже подзавис ненадолго. — Ты же не видел моего лица.
— Мой шаринган может опознать человека хоть по мизинцу на ноге, так что я узнал тебя тогда в лесу. И вообще, хватит трепаться, бери Забузу и уходи.
— Спасибо.
— Пообещай мне кое–что.
Парень замер, вопросительно глядя на меня.
— Постарайтесь не умереть хотя бы в ближайшие лет пять, а то выйдет, что я вообще зря старался.
— Что ты имеешь в виду?..
— Через пять лет поймешь. И последнее — Забуза не считает тебя просто оружием, но он, скорее всего, в жизни не признается.
Хаку создал на земле ледяное зеркало и, подхватив мечника, шагнул на блестящую поверхность и провалился. Ледяной купол начал рассыпаться множеством снежинок, но у меня была почти целая минута, чтобы создать копии Забузы и Хаку, лежащих на земле. Я даже позы им придал, как в аниме, чтобы трогательней смотрелось.
Наруто, подбежавший проверить, как я тут, увидел лицо Хаку, с которого упала маска, и узнал его.
 
— Это… это же… — он всхлипнул, — но почему он умер?
— Потратил всю чакру на последнюю технику.
— Но он был такой добрый. И еще сказал мне, что по–настоящему сильным можно стать, только если защищаешь того, кто тебе дорог.
— Не разводи сырость, — я привычно взъерошил его волосы. — Это был не самый плохой конец.
Я посмотрел в темное небо, с которого теперь падали невесомые снежинки. Наруто шмыгнул носом, и я произнес:
— Посмотри вверх, — а сам навел легкий едва заметный мираж улыбающегося лица Хаку в небе.
Красиво получилось и душещипательно. Даже сенсей проникся, хотя наверняка понял, что это мое гендзюцу. Кстати, чакры у него осталось совсем мало, наверно, поэтому и не заметил поддельности тел. Или они были настолько хороши, что могли обмануть кого угодно?
На следующий день хоронили «тела» Забузы и Хаку. И Обезглавливатель хотели пристроить в качестве надгробия, но я возмутился.
— Так любой же сможет прийти и забрать его! Давайте лучше я его себе возьму. Вот это я понимаю, настоящий трофей — один из Семи Великих Мечей!
— Мма… Ну, похоже, ты прав, Саске, — Какаши изобразил глаз–улыбку.
Подозреваю, что ему просто не хотелось на себе эту двухметровую бандуру переть, вот и собирался ее тут оставить. Я примерился к ручке, но понял, что еле–еле могу оторвать гигантский меч от земли. А Забуза его еще и метать умел! Вот же монстр.
Чтобы напитать эту махину чакрой, ушло некоторое время, но я справился. Мой внутренний хомяк, получив в свое распоряжение такую большую и занятную штуку, возликовал и начал думать, чего бы ему еще хотелось.
Обратный путь в Коноху прошел без происшествий. Вот так закончилась наша первая серьезная миссия.
 Глава 12 
 
— Эй, больно же! — Канкуро схватил врезавшегося в него Конохомару и встряхнул за шиворот.
Мальчик, только что удиравший от разъяренной Сакуры, беспомощно затрепыхался, но реального сопротивления генину из Песка оказать никак не мог.
— А ну отпусти его, жирдяй! — заорал Наруто и сломя голову бросился вперед.
Канкуро, кажется, использовал какую–то из техник марионеток, которая заставила Наруто споткнуться и упасть.
— Похоже, тут в Конохе одни слабаки.
— Перестань, Канкуро, у нас могут быть проблемы, — не особо настойчиво произнесла Темари.
— Пока начальства нет, можно и повеселиться. Терпеть не могу детей, так и хочется их прикончить, — на полном серьезе, как мне показалось, сказал марионеточник.
Похоже, так показалось не мне одному, потому что мелкие друзья Конохомару тут же расплакались, Наруто разразился потоком оскорблений, и даже Темари обреченно вздохнула.
— В случае чего, я ни при чем.
Прежде чем Наруто попытался броситься в повторную атаку, уже более серьезную, за спиной Канкуро оказался я, держа у его горла кунай.
— Поставь ребенка на место.
Я немного подпустил ки в голос, так что получилось убедительно. По крайней мере, Канкуро спорить не стал и выпустил из рук воротник куртки Конохомару.
— И впредь запомни, что детей обижать нельзя, — я не удержался и отвесил ему неслабого пинка, чисто в воспитательных целях.
— Ах ты, ублюдок! — заорал марионеточник, поднявшись на ноги и сдергивая со спины сверток с куклой.
— Канкуро, прекрати, — раздался сверху холодный голос. — Ты позоришь наше селение.
Гаара стоял на ветке вниз головой и с равнодушным выражением лица рассматривал нас.
— Г-гаара… — слегка заикнувшись, произнес марионеточник. — Но они первые начали.
— Заткнись или я тебя убью, — ровно произнес красноволосый мальчик, и ни у кого даже тени сомнений не возникло, что он действительно может это сделать.
— Я извиняюсь, — мгновенно пошел на попятную Канкуро.
— Я тоже приношу свои извинения, — на всякий случай повинилась и Темари.