Как приручить холостяка (СИ)

– Но, и с руками ногами не отрывают, – возражает Добрынский и останавливается. – Да и ты пока не беременная.
– Надеюсь, эта проблема тоже скоро решится, – кошусь на него и сердце замирает, потому что, кажется, наш разговор подходит к самому важному.
Кирилл Сергеевич достает из кармана пачку сигарет, прикуривает, и смотрит на меня пристально. Терпеливо жду.
Ну же!..
– Пошли работать к нам в больницу? – предлагает он, и моя надежда рушится, как шаткий карточный домик. – У нас кто-то требовался в администрацию, мне обещали завтра узнать. Да зарплата меньше, скорее всего, зато без нервотрепки.
  
С трудом проглатываю горький ком в горле.
– Вы думаете, – пытаюсь натянуть улыбку, но бросаю эту затею, – что Паша, при желании, не дотянется до простой больницы? Я проработаю у вас еще меньше, чем на предыдущем месте.
– На предыдущем месте у тебя не было меня, – усмехается Добрынский. – А теперь буду. Как врач-травматолог я организую твоему Паше самый длительный больничный из возможных. Если попросит.
Ага, а я то и дело буду сталкиваться с этим врачом-травматологом на работе. А если он начнет с кем-то встречаться, то, скорее всего, буду в курсе последних новостей.
Мне не очень хочется знать, с кем спит Кирилл Сергеевич! И проблем ему создавать не хочется. И это вечное напоминание о том, что он отказал мне…
– Спасибо, но нет. – вздыхаю и разворачиваюсь обратно. – Я лучше по своему плану попробую.
Мы идем в сторону дома уже не держась под ручку.
– Родить от неизвестно кого и уйти в декрет? – хмыкает Добрынский сердито.
– Ну, почему от “неизвестно кого” то? – возмущаюсь. – Симпатичный мужчина, проверенный.
– Какая ты непостоянная, – усмехается он. – То меня в доноры зовешь, то какого-то спортсмена. Откуда столько знакомств у женщины, которая совсем недавно рассталась с мужиком?
Ошарашенно останавливаюсь.
– Вы на что намекаете? – повышаю голос.
– Да ни на что я не намекаю, – Кирилл Сергеевич стонет в ладони и оборачивается. – Ты понимаешь, что ты совсем одна пузатая будешь? А если помощь будет нужна? Таблетки тебе кто таскать будет в больницу? Жрать готовить? Шнурки, блин, завязывать, когда ты наклоняться не сможешь? Да ты... приключения находишь на ровном месте! Как ты собралась одна рожать, катастрофа?
– Слушайте, ну какая вам разница? – усмехаюсь горько. – Ну есть же семья, друзья. Если бы в нашем мире женщины рожали только на мужчин надеясь, мы бы вымерли давно. Нормальных днем с огнем не сыщешь.
– Да вот не надо мне тут! – возмущается он. – Ты всех-то под одну гребенку не греби!
– Я не вас имела ввиду, – вздыхаю и достаю телефон, открываю приложение такси. – Вы нормальный. Почти. Я домой лучше поеду, наверное. Не переживайте так за меня, я уверена, что все у меня будет хорошо.
Кирилл Сергеевич выхватывает у меня телефон из рук. Растерянно смотрю на него.
– Да вокруг миллион нормальных мужчин! Я не знаю, где вы козлов вечно находите! Может, и спортсмен этот твой – придурок какой-нибудь. – хмурится он, пряча мой телефон к себе в карман. – Фиг с тобой. Давай договоримся: ты приходишь на собеседование к нам в больницу, а я – на консультацию в центр репродукции.
40. Ставки 
– Вы серьезно? – смотрю на него и не могу поверить, что он согласился.
– На консультацию, Лена, – повышает он голос. – Может, я вообще не подойду. Может, у меня анализы будут плохие.
– Да с чего они у вас будут плохие? – хмурюсь. – Вы здоровый, как бык.
– Ну, мало ли, – обреченно вздыхает Кирилл Сергеевич и тянет мне руку. – Ну, так что, по рукам?
– По рукам, – жму его горячую ладонь и едва сдерживаюсь, чтобы не броситься на могучую грудь на эмоциях, внутри все разрывается от счастья. – Спасибо.
– Ничего мне не говори, – отрезает Добрынский. – Я не знаю, как у вас эти бабские штучки работают, но у меня ощущение, будто я с цыганами пообщался.
– Вы про донорство? – хмурюсь обиженно. – Я же сказала: не хотите – не надо.
– Да все уже, – вздыхает Кирилл Сергеевич. – Меня сейчас только один вопрос интересует: сколько это стоит?
– Не переживайте, я все расходы возьму на себя.
– Ага, а потом сдохнешь с голоду беременная?
– Так вроде как мы договорились, что я на собеседование приду? Если к вам в больницу не возьмут, я еще куда-то устроюсь. – смотрю на явно чем-то недовольного Добрынского. – Да что не так-то?
– Да все не так, – сердито выдыхает он. – Не правильно это все. Ты ведь можешь сама забеременеть. Зачем ЭКО?
– Могу. Но есть риски. А так меня обследуют, донора обследуют, материал проверят. Будут все контролировать.
– И все равно есть риски. Но, они и в том, и в другом случае минимальны. Ты перестраховываешься.
– Я не понимаю. Вам лучше естественным путем? Ну, приходите на кофе. У меня благоприятные для зачатия дни где-то через неделю. – говорю это и сама не верю, что приглашаю Добрынского на секс. Пусть и деловой. Неужели это я от вина такая смелая?
Молча смотрим друг на друга. Кажется, краснею все же, потому что от его взгляда становится жарко.
– Нет, – качает он головой. – Одно дело в пробирку подрочить, другое – в бабу кончить. Это… обязывает в чему-то серьезному.
– Я думала, что у мужчин с этим как-то проще, – вздыхаю.
– Не проще.
– Ну, ладно, – согласно киваю, принимая его позицию. – Завтра у меня назначено в клинике.
– Во сколько?
– Дайте телефон, – прошу, и Кирилл Сергеевич достает мой телефон и отдает обратно. Читаю сообщение от врача. – В девять утра.
– Должна мне будешь, как земля колхозу, – бубнит недовольно Добрынский и заводит на своем телефоне будильник.
– Кстати, мы не обговорили цену, – вспоминаю. – Сколько вы хотите?
Ловлю на себе хмурый взгляд.
У меня ощущение, что Кирилл Сергеевич категорически не согласен со всем, что происходит, но по какой-то причине молчит. Зачем тогда соглашался?
– А сколько ты предложила спортсмену? – усмехается сердито, снова глядя в телефон. – Могу сделать скидку за то, что пью и курю.
– Ну, – пожимаю плечами и пытаюсь вспомнить, сколько платят донорам за сдачу спермы. – Давайте, десять за визит в клинику. Плюс обследование с меня, конечно же.
– Десять тыщ за то, чтобы подрочить в баночку? – снова поднимает на меня взгляд Добрынский.
– Мало? – хмурюсь. – Ну, назовите свою цену, я согласна. В клинику придется два-три раза сходить, возможно. – Можете общую сумму назвать. Пятьдесят? Сто?
Повышаю ставки в страхе, что он откажется. Да, мне и так все это выльется в копеечку – одно обследование чего стоит, это ведь не государственная клиника, но я уже морально приготовилась. Зато никому ничем не буду обязана.
– Лен, пошли за стол? – вздыхает Кирилл Сергеевич устало. – Хрен с ней, ценой, потом договоримся. Много не возьму по дружбе.
– Можно я домой поеду? – прошу его. – Я что-то уже без сил. Кстати, вам бы тоже не помешало выспаться и больше не выпивать, а то это может отразиться на анализах.
– Вот умеешь ты настроение испортить, – усмехается он сердито. – Поехали, отвезу тебя.
– Ой, нет, я на такси лучше. Вы пили.
– Поехали, кому говорю? Я пьяный за рулем не езжу. Выветрился уже. Прощаться пойдешь?
  
– Давайте по-английски? – морщусь. – У вас очень приятные друзья, но я сегодня не в состоянии активно общаться. Не будем отвлекать людей от праздника. Потом им от меня передадите слова благодарности.
– Как хочешь, – пожимает Кирилл Сергеевич плечами и открывает машину.