Трижды везучая
— На полковника это не похоже, — сказал он. — Хотя ведь он всегда был для всех загадкой. Мы вообще не знаем ни откуда он, ни кто его родня. — Тут Лавендер покраснел и заговорил быстрее: — Прости, я не то имел в виду, Мо. Я хотел сказать…
— Знаю я, что ты хотел сказать. — Я метко забросила желудь в выбоину на дороге. — Мы с полковником не настоящая семья, это и так все знают.
— Еще какая семья, — сказал Лавендер, — просто не кровные родственники, вот и все. А кровь не главное. Глянь хоть на Мейкона и меня. — Лавендер зовет своего отца по имени, но, насколько мне известно, никогда не делает этого при нем. Лавендер ушел из родительского дома в день своего восемнадцатилетия и больше там не появлялся. Сюда переехал.
Этот домик ветховат, и крыша у него залатана, но Лавендер ревниво следит за тем, чтобы крыльцо всегда было чисто выметено, а клумба с лилейником ухожена. Перед домом стоит нарисованная от руки вывеска: «Автодок — выезжаем на дом». Лавендер присматривает за машинами азалий, и именно благодаря ему «бьюик» бабушки мисс Лейси Торнтон мурчит, словно котенок.
Однако весь город знает, что он едва сводит концы с концами.
— Может, ты и прав, — сказала я. — Может, кровь не так уж и важна. Главное, наверное, что полковник ко мне хорошо относится.
— Нет, — сказал Лавендер, берясь за упаковку свечей зажигания, — главное, что он тебя любит. И мисс Лана тоже. Кстати, если уж о ней вспомнили…
— Все хорошо, — перебила я, — она в Чарльстоне у кузена Гидеона.
— Не переживай, — кивнул Лавендер, — надолго она там не останется.
— Знаю. Но лучше бы и не уезжала.
Он нырнул обратно под капот.
— Как там твоя автобиография продвигается?
— Все еще собираю материалы, — призналась я. — Перед отъездом мисс Лана дала мне газету со статьей о моем появлении. Там и папашу твоего цитируют.
— Правда? Интересно было бы взглянуть.
Интересно? Я интересна Лавендеру?
— Если честно, — сказала я с улыбкой, — писать автобиографию оказалось сложнее, чем я думала. А может, это потому, что у меня в жизни сплошные белые пятна.
— Ага, — откликнулся он, — а я даже люблю, когда не все до конца ясно.
Воцарилась дружелюбная тишина.
Чуть спустя я заговорила вновь:
— Кстати, Лавендер, как ты свою новую подружку называешь — «сладкая моя»? «Медовая»? Имей в виду, от таких барышень зубы быстро портятся и выпадают. Может, все же женишься на мне?
Он сунул отвертку в своей видавший виды ящик с инструментами.
— На тебе? Да ты ж еще младенец. — Лавендер ухмыльнулся. — Подай-ка мне трещотку. Надо успеть с этой машиной до вечерней гонки. Кстати, а Дейл где? Вы же с ним не разлей вода, вечно ходите парой.
— Пошел домой проведать вашу маму, — сказала я, глядя, как Лавендер возится с двигателем.
Я ему еще не говорила, но, если мы поженимся и усыновим пару детишек, называть их буду я сама. В семье Джонсон нормальные имена давать не умеют.
Вот его самого, к примеру, назвали Лавендер Шейд Джонсон [17]. Я не вру. Мисс Роуз как-то говорила, что она тогда увлекалась поэзией. А когда подоспел Дейл, мистер Мейкон назвал его Дейл Эрнхардт Джонсон Третий. Дейл Эрнхардт — это, наверное, самый известный гонщик в истории, а «третий» — номер его машины, знаменитой «бессмертной тройки».
Сам Дейл, кстати, хотя почти во всем не похож на отца, тоже свято верит в знаменитые имена. Живое подтверждение тому — его собака Королева Елизавета Вторая.
— А вот и Дейл, — сказала я Лавендеру, и он успел увидеть, как брат резко тормозит, взметнув фонтан белого песка из-под колес.
— Привет, братишка, — сказал Лавендер.
— И тебе привет, — откликнулся Дейл, опуская велосипед на землю и плюхаясь рядом со мной в тень.
Он откинулся на прохладную траву и скрестил загорелые ноги. Дома Дейл переоделся в свежую футболку — как всегда черную.
— Как там мама? — спросил Лавендер.
— Нормально. В саду работает. Отец заглядывал — так, на пару минут.
Лавендер бросил на брата быстрый взгляд. Никуда не годится, чтобы фермер возвращался домой так рано — пусть даже такой неумеха, как мистер Мейкон.
— Все в порядке?
Дейл красноречиво пожал плечами — значит, мистер Мейкон снова пришел домой нетрезвым. Лавендер бросил трещотку в ящик резче, чем следовало бы.
— А вы, хулиганье, что нынче вечером делать собираетесь? — спросил он, захлопывая капот «монте-карло».
— Сегодня в кафе вечер карате, мистер Ли приедет из Сноу-Хилл, чтобы показать всем новые приемы. Не помню, говорила ли, — добавила я как можно скромнее, — но у меня желтый пояс.
Дейл вздохнул.
Он ненавидит карате, да только пьянство отца — еще больше.
— Ага, — уныло сказал он, — вечер карате. Туда, наверное, и пойду.
Лавендер стер с капота масляные следы своих пальцев.
— А что, — сказал он, — пожалуй, даже получше, чем дальше возиться над этой развалюхой ради «Сикамор 200».
— Гонка «Сикамор 200»? — вскинулся Дейл. — Это же одна из лучших!
Лавендер улыбнулся:
— Ну лучшей бы я ее не назвал, но это определенно шаг вперед — и хорошие деньги за финишный флаг. Только сперва нужно как следует перетряхнуть движок.
— А с каких это пор ты гоняешь за деньги? — спросила я.
Лавендер закрыл ящик с инструментами.
— В деньгах нет ничего плохого, — сказал он, — если знаешь, как их тратить. В общем, мне нужны люди, которые смогут отмечать время на круге, и я надеялся, что вы сможете помочь. Время-то определять умеете?
— Мы? — выдохнул Дейл. — Время на круге?
Это была воистину немыслимая честь!
— Я спрошу у полковника, — сказала я, вскакивая на ноги.
Лавендер взглянул на часы.
— Сэм повезет машину на платформе. Возьмем мой пикап. В общем, выезжаем в четыре, тогда будет целый час на дорогу.
— Я в деле, — сказал Дейл, хватаясь за велик, а потом наклонился ко мне. — Только наведаюсь сперва к мистеру Джесси — карманные деньги нам пригодятся, — шепнул он и подмигнул. Премия! — Я буду у моста, — крикнул он, рванув прочь.
Лавендер кивнул.
— Передай полковнику, что я обещаю вернуть тебя к десяти.
— Я буду ждать у кафе! — И я сорвалась с места.
— Прихвати ту вырезку из газеты! — крикнул мне вслед Лавендер, и я махнула рукой, даже не обернувшись.
Я влетела в дом, переодела футболку и сунула в карман заламинированную вырезку. Потом метнулась в кухню, где обнаружила полковника в потертой рабочей одежде с мешком картофеля у ног. Он улыбнулся, глядя, как я с разбегу проехала по кафельному полу и уютно устроилась на стуле перед большим столом из нержавеющей стали.
— День добрый, рядовой, — сказал он.
— Добрый, полковник, — выдохнула я.
— Да вот картофеля с чесноком решил на вечер приготовить. Потом пареную брюкву с зеленым луком и жареную курицу. К тому же, пока ездил, узнал рецепт отличного соуса терияки — тебе точно понравится. Бульон, имбирь, кунжутное масло, щепотка терияки…
— Класс! Но я, если честно, надеялась, что сегодня вы возьмете вечерних посетителей на себя. Если, конечно, вы не против, полковник.
Он вскинул правую бровь:
— Так ты в увольнение пришла проситься? В вечер карате?
Я кивнула.
— Причина?
— Командировка на «Каролина Рейсвей», — ответила я. — Лавендер попросил нас с Дейлом отмечать время. Не волнуйтесь, сэр, — добавила я, — это совершенно безопасно.
— Понятно. Транспорт?
— Пикап GMC, за рулем Лавендер Шейд Джонсон.
— Мне всегда нравился этот парень, — задумчиво сказал полковник. — Только с именем ему не повезло. Когда отправляетесь?
Я взглянула на часы, стараясь высчитать правильный ответ и не шевелить при этом губами. С четырьмя часами пополудни это непросто. Наконец неуверенно предположила:
— Шестнадцать сотен [18]? Я уже переоделась. — Тут я огладила свою сиреневую футболку. — Я знаю, вы хотите, чтобы я хорошо выглядела на людях.