Лихоморье. Трилогия (СИ)
– Я искала тебя столько лет! Информация о твоих приемных родителях была засекречена, и мне никак не удавалось найти хоть какую‑то зацепку. Лишь несколько дней назад мне подсказали, где тебя искать, нашлись добрые люди… А потом и Виктор, мой давний приятель, подтвердил, что ты действительно зачислена в этот университет, где он работает. Он согласился вывезти тебя, чтобы устроить нашу встречу. Мы, разумеется, доставим тебя назад, как только закончим беседовать, ведь тебе потребуется время, чтобы все обдумать.
– Тут не о чем думать! – запротестовала Виола и замотала головой так, что скрученные крупными пружинками волосы запрыгали по плечам. – Я не вернусь к учебе, пока мы не спасем маму!
– Но ведь тебя скоро хватятся.
– Какая разница, сейчас хватятся или потом, все равно меня никто не отпустит, если я расскажу, куда и зачем собираюсь отправиться.
– Верно, не отпустит. – Божена вздохнула, посмотрела в зеркала заднего вида за боковыми окнами и сказала с тревогой: – В таком случае нам следует поспешить с этим делом, пока не начались поиски! Ты готова начать действовать прямо сейчас?
– Ой… – Виола вскинула на Божену ошарашенный взгляд, помедлила и уточнила: – Вы ведь напишете сообщение в администрацию поселка Гирвас?
– Можешь не сомневаться. Я сделаю это немедленно, если ты готова.
– Я готова.
– Что ж… – Божена извлекла из сумочки смартфон и довольно быстро набрала сообщение на виртуальной клавиатуре. – Сделано.
– Как? Уже отправили? – Виола посмотрела на нее с некоторым сомнением.
– Думала, я шучу? – усмехнулась Божена, пряча телефон обратно в сумку, пока Виоле не пришло в голову взглянуть на данные об отправке, которых, конечно же, не было. К счастью, девчонка до этого не додумалась, или же постеснялась спросить, но она спросила о другом:
– Но вы же не уточнили адрес. Куда вы отправили сообщение?
На миг Божена растерялась, но быстро сообразила:
– Так ведь в «Гугл картах» все есть.
– И правда… – Виола с облегчением выдохнула, – похоже, что подозрения ее все‑таки терзали, но теперь они рассеялись. – И когда нужно будет разбудить великана?
Вопрос не застал Божену врасплох, она заранее поинтересовалась у Лоухи, на каком расстоянии действует песня‑заклинание, и знала, что каменный великан услышит волшебную мелодию вне зависимости от того, где та прозвучит, поэтому ответила:
– Как только доберемся до царства смерти, так и запоешь.
Виола испуганно ахнула, прикрыв рот ладонью, потом смиренно кивнула:
– Ну, конечно. Ради мамы я все сделаю. Только вот услышит ли меня оттуда каменный великан?
– Не беспокойся. Это ведь особенная песня, тебе ли не знать! Она всегда достигает слуха того, кому предназначена.
– Это вам тоже мама рассказала?
– Да, – без колебаний ответила Божена. Она давно научилась врать, не краснея – очень‑очень давно.
Все это время поезд медленно полз по рельсам, постепенно углубляясь в лес. Марк, успешно сохранявший облик Виктора, деловито возил комком ветоши по панели приборов, делая вид, что протирает пыль, но на самом деле сосредоточенно вглядывался в кнопки и рычаги, пытаясь в них разобраться. Едва ли ему когда‑нибудь прежде доводилось управлять локомотивом, и то, что он сумел привести его в движение, было, по мнению Божены, невероятной удачей. Но как быть дальше? Все произошло до того стремительно и непредсказуемо, что Божена просто не успела проинструктировать Марка о дальнейших действиях, да и не могла это сделать, потому что не знала, как Виола отреагирует на ее предложение. Пока все шло как по маслу, девчонка оказалась доверчивой и покладистой, но ведь может и взбрыкнуть, узнав, что ее обманывают. Если эта студентка вознамерится удрать, придется силой тащить ее к Лоухи и потом ждать, пока хозяйка Похьолы будет вытаскивать из нее песню: по словам ведьмы, сделать это было не так‑то просто, для этого требовалось прибегнуть к каким‑то варварским истязаниям. Но это еще полбеды – ради своей цели Божена готова была и девчонкой пожертвовать, и подождать, сколько потребуется. Только вот как пересечь Барьер, если девчонка заартачится? Блаватской хотелось сделать это легко и быстро, без шума и пыли. У нее возникла идея – дерзкая, но гениальная – проникнуть в подземелье на этом поезде. Божена была уверена, что решетка в туннеле снова растворится, как это произошло, когда поезд вел настоящий Зарубин. Наверное, поезд обладал специальным магическим полем, которое воздействовало на эту преграду. Конечно, уровень риска зашкаливал, ведь там, внизу, находились люцифлюсы, охранявшие переходы через барьер, однако они знали Зарубина, внешность которого принял Марк, и не должны были сразу заподозрить неладное. Ну, а потом, как только Божена и Марк вместе со своей пленницей окажутся в потустороннем мире, люцифлюсы их уже не достанут – не рискнут сунуться за ними на темную сторону, а если и рискнут, то им же будет хуже. Все должно получиться, главное, чтобы до этого момента Виола верила в рассказанную Боженой легенду. Нужно как можно аккуратнее сообщить Марку план дальнейших действий, чтобы не сболтнуть лишнего и не выдать себя.
– Виктор! – собравшись с духом, Божена окликнула своего подельника. – Можешь ли ты отвезти нас в подземелье прямо сейчас?
Тот вздрогнул и выронил ветошь. На его лице промелькнула тень испуга.
– Разумнее было бы сначала разведать обстановку, – пробормотал Марк, бледнея. – И… хотя бы подготовиться.
– Не думаю, что это как‑то увеличит наши шансы на успех, – возразила Блаватская настойчивым тоном. – Наоборот, не стоит откладывать это дело в долгий ящик. Сделаем ставку на эффект внезапности.
– Но Виктора после такого накажут, – вмешалась Виола. – Мы‑то уйдем, а он из‑за нас пострадает!
– Точно, да‑да… – Божена нервно потерла виски, лихорадочно соображая, как выкрутиться. Возникло неприятное ощущение, похожее на то, которое бывает перед неминуемым падением, когда ноги уже потеряли опору, а тело еще парит в воздухе.
– Вообще‑то я подумывал уволиться, – нашелся Марк, спасая ситуацию.
Взглянув на него с облегчением и благодарностью, Божена спросила с наигранным недоумением:
– В самом деле? И почему же?
– Ну… если честно, в университете я чувствую себя ущербным. Мне никогда не дорасти до уровня люцифлюсов. Не дано. Я хотел нести добро в этот мир, но в итоге стал простым извозчиком. Лишиться такой работы – невелика потеря, лучше уж я сделаю по‑настоящему доброе и полезное дело: помогу этой девочке освободить из плена светлую душу ее матери, которая несправедливо страдает сейчас по воле злой ведьмы. Так что, пожалуй, я отправлюсь за Барьер вместе с вами.
– О, Виктор! Я просто восхищена тобой! – Божена едва удержалась, чтобы не расцеловать Марка, его находчивость действительно приятно поразила ее.
– Спасибо вам огромное! – с трепетом в голосе воскликнула Виола, прижимая руки к груди.
– Не стоит, – ответил Виктор‑Марк с таким видом, будто только что спас мир от гибели, чем немало позабавил Божену, собиравшуюся с его помощью устроить всемирную катастрофу, и даже не одну.
– Что ж, в таком случае, вперед! Пожелаем же друг другу удачи! – с торжественной решимостью произнесла Блаватская, вскидывая голову и устремляя взгляд вдаль, в лесную чащу, прорезанную железной дорогой.
Через несколько минут показалась арка тоннеля. Все трое, стоящие в кабине, с ужасом смотрели сквозь огромное стекло на стремительно приближающуюся металлическую решетку в темном проеме. Ни у кого из них не было уверенности в том, что столкновения не произойдет, и, когда поезд пронзил собой толстые прутья, будто их не существовало вовсе, все разом вскрикнули, а затем разразились победными возгласами, радуясь тому, что остались невредимы.
***
Рогатый шлем драугра со звоном врезался в решетку, за которой только что исчез поезд. При этом Руубен, не удержавшись на покрытой доспехами спине своего слуги, кувырком полетел на рельсы и разразился ругательствами.
– Прости, хозяин! – Пункки в недоумении затряс головой. – Никак не ожидал я такой подлости! Проклятые колдуны! Поезд прошел, а мы врезались на всем скаку, это ж надо…