Контур забвения (СИ)

Сколько ни оттягивай неизбежное — а рано или поздно все равно придется принимать решение. И выбора у меня, по большому счету, нет. С каждой минутой мне становилось все хуже, и избежать подключения к медицинскому модулю не удастся, как ни храбрись. Я хмыкнул. Кажется, я уже начал забывать, что именно медблок и был моей изначальной целью. Просто… После всего, что я увидел на станции и по пути к ней, как-то мне не очень хочется давать ковыряться в себе машине. Пусть даже эта машина — мощнейший искусственный интеллект за всю историю человечества. Ну, или именно поэтому…
  
Почему-то в то, что Эдему удастся вернуть мне память, я уже не верил. Ну, или уже привык к своему ныншнему состоянию. В конце концов, когда не помнишь прошлой жизни, не помнишь и того, что потерял. А когда вокруг весь мир лежит в руинах, по которым рыщут мутанты и спятившие роботы, как-то легче жить, не помня, что может быть иначе…
Впрочем, ладно. Поживем — увидим. А сейчас…
Я согнулся вдвое и меня снова вырвало противной вонючей желчью. Желудок сотрясали болезненные спазмы, но извергать было уже нечего. Кое-как придя в себя, отдышавшись и вытерев со лба липкий холодный пот, я принял решение.
— Ладно, Симба, — сипло проговорил я. — Проложи маршрут до медицинского модуля. Кажется, самое время показаться доктору.
…Главное — чтобы он не оказался патологоанатомом.
  
Глава 26
 
Дорога до медблока показалась мне бесконечной. После оружейки я уже не шел — плыл. Мир раскачивался, будто я шагал по палубе, а кто-то невидимый раз за разом пытался сбросить меня за борт. Колени подгибались, мышцы гудели, в груди словно ворочали раскаленным ломом.
— Лучевая болезнь прогрессирует, — сухо прокомментировал Симба. — Координация нарушена, пульс нестабилен. Приоритетная задача — медицинский блок.
— Спасибо, доктор, — прохрипел я. — А можно мне еще справку на работу и больничный на неделю?
Добравшись до массивной двери с белым крестом на темно-синем фоне, я уткнулся лбом в холодный металл и с трудом поднял руку. Панель доступа мигнула зеленым, механизм щелкнул, и дверь медленно разъехалась в стороны, пропуская меня внутрь.
Медицинский блок встретил мертвой тишиной и холодной стерильностью… Белоснежные панели стен, ровный свет без теней, запах антисептика… И… что-то еще. Нечеловеческое. Механическая забота, такая же холодная и чуждая, как все на этой станции.
В центре зала на невысоком постаменте возвышалась капсула с прозрачным куполом, похожая на саркофаг. Вокруг нее — манипуляторы, консоли, экраны. Все это тихо шептало, мигало, переливалось диодами, готовясь принять нового пациента.
— Цель достигнута, — проговорил Симба. — Процедура восстановит целостность организма, восполнит запасы нейрогена и колонию наноботов, и удалит вирус.
Я хрипло усмехнулся, сплевывая кровь на белый пол.
— Ну да… — прохрипел я. — Еще бы память вернули и кофе подали. С сахаром.
Капсула открылась с легким шипением, приглашая внутрь. Сейчас она казалась мне пастью хищника, уверенного в том, что добыча уже никуда не денется.
— Мне раздеваться? — спросил я, застыв в нерешительности. Внутрь не хотелось. Хоть бы медсестричку какую симпатичную прислали, что ли… Так, чисто обстановку разрядить…
Я вспомнил тело девушки, плававшее в капсуле лабораторного блока, и меня передернуло. Нет, пожалуй все-таки обойдемся без медсестричек…
— Тактический костюм оборудован медицинскими портами быстрого доступа, однако, по возможности лучше раздеться до нижнего белья, — ответил Симба.
— Будем считать, что у меня такой возможности нет, — буркнул я. Почему-то мне очень не хотелось обнажаться перед бездушной машиной. Потому я ограничился тем, что снял рюкзак, пыльник и избавился от экипировки. Сложив все барахло на рюкзак, я поставил рядом винтовку и деструктор. Ну что ж. Кажется, настал момент истины. Если все пойдет, как задумано, вскоре из капсулы встанет совсем другой человек. Здоровый, сильный… А еще — хочется верить, что этот человек будет помнить чуть больше, чем собственное имя.
Постояв перед капсулой еще несколько секунд, я махнул рукой и забрался внутрь. К дьяволу все! Семь бед — один ответ!
Я рухнул в капсулу, словно в мягкую постель после марш-броска. Ложемент слегка завибрировал, подстраиваясь под тело, купол с приглушенным шипением опустился, отсекая меня от внешнего мира.
Теплый гель мягкой волной окутал меня снизу, заполняя пространство вокруг тела. Заполнилась не вся капсула — голова осталась лежать на ложементе, дыхание было свободным. Тепло проникало глубже, расслабляя мышцы, будто кто-то невидимый разминал каждую связку, каждый сустав. Боль, терзавшая меня последние дни, уходила, растворяясь в этой искусственной утробе.
— Симба, что это? — спросил я, чувствуя, как размякаю и буквально растекаюсь по ложементу. Внезапно навалилась сонливость, веки потяжелели, и больше всего сейчас хотелось просто провалиться в сон.
— Гель-проводник, — тут же отозвался ассистент. — Обладает релаксирующим и анестетическим действием.
Я хотел что-то ответить, но тут сбоку зашевелились манипуляторы — длинные, тонкие, сложные многошарнирные конструкции. Я почувствовал несколько легких уколов: длинные иглы с хирургической точностью вошли в медицинские порты боевого костюма, одна — в поясницу, еще одна — куда-то в район шеи и две по бокам. Я не ощутил не боли, ни дискомфорта — гель действительно работал. Но от ассоциации с наколотой бабочкой уйти было сложно. На миг мне показалось, что я просто растворяюсь, становлюсь частью системы.
Перед глазами вспыхнули строки интерфейса:
[ДИАГНОСТИКА…]
[АНАЛИЗ ПОВРЕЖДЕНИЙ…]
[СОСТАВЛЕНИЕ ПРОТОКОЛА ВОССТАНОВЛЕНИЯ…]
Ниже сплошной стеной побежали строчки, переполненные медицинскими терминами, но я не стал даже в них вникать. Мысли ворочались медленно, ползая внутри черепной коробки, как сонные мухи. Наконец появилась новая надпись.
[НАЧАЛО ПРОЦЕДУРЫ ВОССТАНОВЛЕНИЯ]
[РЕГЕНЕРАЦИЯ ТКАНЕЙ…]
[ВОССТАНОВЛЕНИЕ НЕЙРОГЕНА…]
[ВОСПОЛНЕНИЕ КОЛОНИИ НАНОБОТОВ…]
По венам будто прошел огонь, но не обжигающий — согревающий, наполняющий силой. Где-то глубоко в теле зашевелились микроскопические роботы, восстанавливая поврежденные органы. Я чувствовал, как исчезает ломота, как уходит тошнота, как в голове проясняется. Хотелось просто закрыть глаза и позволить этой волне унести меня прочь от боли. Что я и сделал.
Не знаю, сколько прошло времени — минуты или вечность. В какой-то момент интерфейс мигнул, и надпись изменилась:
[ЛЕЧЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО]
[СОСТОЯНИЕ ОРГАНИЗМА — УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЕ]
[ВНИМАНИЕ: ТРЕБУЮТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ]
Гель слегка колыхнулся, будто предлагая остаться. Я глубоко вздохнул. Все это было слишком… просто. Слишком приятно для этого мертвого мира. И оттого — слишком подозрительно.
Я уже собирался облегченно выдохнуть, как вдруг что-то холодное сомкнулось на запястьях и щиколотках.
— Эй, какого… — начал я, но тут же замолк.
Из глубины капсулы выдвинулись механические захваты, фиксируя руки и ноги на ложементе. Металл с характерным щелчком сомкнулся на манжетах боевого костюма, и я почувствовал, как он вдавливает меня вниз. Еще один захват перехлестнул меня поперек груди. Щелчок — и железный обруч прижал голову к ложементу.
— Симба, что за хрень⁈ — рявкнул я, пытаясь дернуться.
Не успел я договорить, как сзади, откуда-то из ложемента, выдвинулся тонкий металлический щуп. Он плавно скользнул по шее и, прежде чем я успел даже понять, что происходит, проник в затылок — прямо в порт, о существовании которого я, мать его, даже не знал.
  
В интерфейсе вспыхнуло предупреждение:
[СИНХРОНИЗАЦИЯ С СИСТЕМОЙ…]
— Симба⁈ — я чуть не сорвался на хрип. — Что происходит⁈
— Модуль перешел к этапу работы с вирусом, — ответил он своим бесстрастным, машинным голосом. — Сейчас лучше расслабиться и ни о чем не думать. Процесс безопасен.