Контур забвения (СИ)
Чьи-то сильные руки дернули меня, подхватили и поволокли наверх. Над ухом коротко и отрывисто стучал автомат, раскаленная гильза попала мне за шиворот, обжигая кожу, но я даже ругнуться не смог. Кто-то кричал, над головой мелькали ребра перекрытия… Новый рывок — ступени кончились. Меня поволокли еще быстрее. Снизу раздавалось злобное шипение, свист и гортанные вопли. Перед глазами на миг мелькнула девичья фигурка. Девушка размахнулалсь и швырнула вниз массивный цилиндр. Через секунду павильон метро отсветила вспышка, настолько яркая, что стало больно глазам, внизу гулко бумкнуло, и резко наступила тишина. Плотная, уютная и вязкая, резко контрастирующая с тем хаосом, что царил здесь всего секунду назад. Вместе с ней пришла и тьма. Теплая и ласковая. Настолько приятная, что я решил ей не сопротивляться, расслабился и скользнул в ее объятия. Всего на секундочку. Совсем чуть-чуить отдохну и продолжу убивать. Обязательно продолжу. Только чуточку позже. В конце концов, хотя бы несколько секунд отдыха я заслужил.
* * *— А я говорю, надо убить его и сваливать отсюда, — слова ввинтились под череп раскаленным сверлом, я даже смысл их не сразу понял. — Пока сетники не приперлись!
— На улице день. Сетники днем не выбираются, ты сам знаешь, — если первый голос был мужским, слегка гортанным и грубым, то второй был высоким, приятным и несомненно принадлежал женщине.
— Да какая разница? Не сетники, так этот очнется. Ты видела, что он творил там, внизу? Уверена, что хочешь с ним связываться, когда эта машина смерти в себя придет?
Машина смерти — это я, да. Приятно познакомиться. Вот только сейчас у этой машины явно закончилось горючее…
— Он нас спас, Серый, — женский голос звучал укоризненно.
— Потому что знал, что сам не выберется! А дальше… Ты видела татуировку у него на запястье? Это гребаный киборг! Хочешь на переработку отправиться?
— Он не может быть киборгом! — девушка повысила голос. — Он вел себя совсем, как человек! Ты же сам его вытащил!
— Потому что не видел, кого тащу… То, как он себя вел, еще ничего не доказывает, — мрачно буркнул Серый. — Лиса, у него Клеймо Эдема! Он — проклятая тварь! Такая же, как и остальные! Забыла судьбу Седьмого Убежища? Те, кто впустили его, тоже думали, что он — человек!
— Это не он! Не может быть он! — горячо возразила девушка.
— Со мной-то не спорь! Я видел записи! Эту рожу никогда не забуду! Он вырезал всех, подчистую! Сорок пять человек!
— Вот только тот, кто разорил Седьмое Убежище — мертв., — мрачно ответила девушка. — Ты обознался, Серый.
— Я не собираюсь проверять, обознался я, или нет, — мрачно отрезал мужчина. Я услышал шорох одежды, треск камешков под подошвой, сделал над собой усилие и открыл глаза.
Прямо надо мной стоял Серый. Губы сжаты, глаза прищурены, в руке — пистолет весьма неслабого калибра… И ствол этого пистолета сейчас смотрел мне прямо в лицо.
— Доброго дня, господа, — с трудом разлепив пересохшие губы, прохрипел я. — И дамы тоже. Рад видеть, что вы в порядке. И, если уж я случайно подслушал ваш разговор — не объясните ли мне, что тут, мать вашу, происходит? И какого хрена мне тычут в лицо пушкой?
Лицо Серого исказила гримаса.
— Я же говорил, что его нужно валить сразу! — прорычал он, и утопил спуск.
Ну нихрена себе сходил за хлебушком!
Глава 13
Грохнул выстрел.
Я даже не понял, что произошло, потому как все, на что меня хватило — откатиться в сторону. И, полагаю, сделал я это сильно медленнее, чем летела пуля. Тем не менее, я все езще жив. А почему? Кое-как приподнявшись на локтях, я повернулся к Серому и нахмурился.
На его руке всем весом, не давая снова вскинуть пистолет, повисла Лиса. Серый, рыча, пытался ее стряхнуть, но девушка держала крепко.
— Не дури, Серый! — почти кричала она. — Ты что творишь?
Слушать ее Серый не спешил. Сцепив зубы, он пытался отбросить девушку, и, кажется, был близок к тому, чтобы ее ударить. Так. Кажется, настало время вмешаться.
Собрав все силы, я оттолкнулся от земли и встал. Меня качнуло, в последний момент удалось удержать равновесие и не распластаться, но колени подрагивали. «Все, что не убивает — делает нас сильнее», как брякнул кто-то из философов. Сильнее, ага… Посмотрел бы я на него после инъекции нейрогена!
— А ну хватит! — рыкнул я.
Однако, вместо того, чтобы успокоиться, Серый отшвырнул, наконец, свою подругу в сторону, и вскинул пистолет, целясь мне в голову. Ствол заметно гулял из стороны в сторону. Ба, да он боится! Несмотря на то, что оружие — у него, а не у меня. Интересно девки пляшут…
— Тихо, тихо! — я поднял руки на уровень груди и показал открытые ладони. — Я не знаю, что на тебя нашло, дружище, но мне казалось, что «спасибо» говорят несколько иначе.
— Назад отошел! Слышишь? Быстро! — дрожащим голосом заорал Серый. — Отошел! Или я выстрелю!
— Стреляй, — пожал я плечами. — Только рекомендую сразу подумать о том, что будет, если ты меня не убьешь с первой попытки. Потому что второй я тебе не дам.
Конец фразы я буквально отчеканил, сам удивившись лязгнувшему в голосе металлу. Впрочем, чего удивительного? Я этого урода спас, а он в меня теперь пушкой тычет. Тут кто угодно взбесится.
— Два шага назад! — в глазах Серого плескался страх. Я сжал челюсти.
Больше всего мне хотелось сейчас шагнуть не назад, а вперед, вырвать у Серого ствол, попутно сломав ему руку в двух-трех местах, и наглядно продемонстрировать, почему некоторым индивидуумам лучше носить оружие со спиленной мушкой, но меня сдерживало два фактора. Во-первых, я опасался что вот прямо в этот момент у меня банально не хватит сил — мутило и пошатывало меня конкретно. А во-вторых… Я не знаю, что за недоразумение тут возникло, и за кого меня принял Серый, но мне очень хотелось его уладить. Потому что эти двое — первые из относительно нормальных людей, которых я встретил с того момента, как пришел в себя. Относительно — потому что нормальные люди в тех, кто их спасает, стволами не тычут. Но даже относительно нормальные сгодятся для того, чтобы получить хоть какую-нибудь информацию про окружающий меня хтонический звездец.
Однако у судьбы были свои планы на этот счет.
Я шагнул назад, продолжая держать руки на виду, когда позади вдруг раздался грохот, а липкий страшок в глазах Серого сменился на панический ужас, и я, не раздумывая, прыгнул в сторону.
[ОПАСНОСТЬ!] — запоздало полыхнула красным надпись в интерфейсе, а я уже катился вниз по стенке какой-то канавы, обдирая лицо об острые камни.
Вверху раздалось характерное жужжание, а потом по ушам ударил грохот, который я никогда бы ни с чем не спутал: рев многоствольных авиационных пулеметов забыть невозможно, если слышал его хотя бы раз в жизни. Я, по всей видимости, слышал. Вскочив на четвереньки, я бросился прочь. Что бы там наверху ни происходило, мне хотелось быть как можно дальше от этого.
Канава кончилась, я приподнялся и на полусогнутых бросился к ближайшему дому, планируя укрыться за ним. На бегу повернулся на звук, и едва не полетел кубарем от неожиданности.
Позади, метрах в двадцати от меня, посреди улицы стоял огромный робот. Очень похожий на того, что я уже видел ранее, только состояние у этого было получше. И, судя по тому, как он вел огонь по руинам, с боекомплектом у него было все в порядке. Стоило мне бросить на него взгляд, как верхняя часть робота резко развернулась, я увидел вертящиеся стволы направленных на меня пулеметов, и…
— Фиксирую облучение сканирующими системами, — очнулся Симба.
Робот медлил. А в интерфейсе возникла надпись.
[ИДЕНТИФИКАЦИЯ ОБЪЕКТА]
Тактический боевой робот «Раптор».
Боевой юнит Эдема.
Статус: враждебный.
Последняя строчка внезапно мигнула и изменила угрожающе-красный цвет на спокойно-серый. А статус «враждебный» сменился на «нейтральный».