Грешники. Внебрачная дочь (СИ)

К номеру Царевны возвращаюсь в приподнятом настроении. Подношу карту к датчику. После короткого сигнала происходит разблокировка замка.
«Отлично», — улыбнувшись удаче, осторожно толкаю входную дверь. Делаю несколько шагов внутрь и тут же столбенею. Реальность врезается в меня на максимальной скорости, размазывая по стенке до мокрого пятна. Ничего не остаётся. Сердце в мясо. Душу на смерть.
Не нужно гадать, как выглядит ад. Он сейчас у меня внутри. Сжигает до костей атомным пламенем. Перед глазами расплывается кроваво-красным заревом. Убийственная картинка с выедающим роговицу порно.
Моя Энни, похожая на элитную блядь, стонет на члене гражданского мужа...
  
Глава 14. Цена выбора
 
Анна
— Аня? Охренеть… — Арсений замирает посреди гостиной, долго и удивлённо меня изучая. Под его пристальным взглядом плавится кожа. Стою ни живая, ни мертвая. У меня не только дар речи пропадает, ещё и восприятие реальности. Сердце сейчас разорвётся от волнения. Похоже, я выгляжу как дорогая шлюха. Зря я купила это платье. Лучше бы деньги сберегла…
— Какая же ты… У меня просто нет слов... — Тарасов шумно выдыхает.
Его глаза превращаются в два бездонных колодца, во мраке которых удаётся разглядеть похоть. Арс машинально облизывает губы, не переставая пялиться на покрытое мурашками полуобнажённое тело.
«Никогда не позволяй никому относиться к тебе так, как к обычному человеку. Ты особенная, Энни… Особенная…» — звучат в голове слова Мелиссы.
Мне бы её лёгкость и раскрепощённость. Может быть тогда наши с Арсом отношения вышли бы на новый уровень.
Об Итане стараюсь не думать, иначе всё испорчу. Загоню себя в тупик, из которого вряд ли найду выход. Мне это не нужно. У меня свадьба через несколько дней. Я не стану дважды ломать свою судьбу. Ради чего? Ради кратковременной интрижки? Четыре года назад он запросто перечеркнул наше будущее.
Боже, да он меня вышвырнул из своей жизни, как надоедливую собачонку, не объяснив причин!
Итан никогда меня не любил!
Даже сейчас о чувствах не обмолвился.
Три простых слова многое могли изменить! Всего-то три важных слова! Но они не прозвучали из его уст. Он решил меня вернуть. Только и всего.
Зачем? Захотелось освежить в памяти прошлое?
Не может смириться с тем, что я принадлежу другому человеку?
Тогда почему столько лет молчал? Потому что не нуждался во мне! Для чего же сейчас портить мне жизнь? Из-за уязвлённого мужского самолюбия?
Бред какой-то…
Разбитую чашку не клеят. Её выбрасывают.
Какой смысл начинать заново там, где полная неопределённость? Чтобы наступить на те же грабли? Я помню, как больно они бьют…
У меня до сих пор сердце в шрамах.
— Эмм… — замешательство Арса вводит меня в ступор. Пару секунд судорожно соображаю, что делать и как поступить с нарядом. Если он возмутится — я его пойму.
— Арс… — растерев вспотевшие ладони, выдвигаю встречное решение: — Я, пожалуй, переоденусь. Наверняка это платье слишком… откровенное для ужина.
— Ты гонишь? — словно очнувшись от гипноза, мой жених, наконец, оживляется. Подходит к столу, около которого я стою, опускает на столешницу бумажные пакеты с логотипами брендов. Боже, он раскошелился на подарки. Видимо, не только для меня.
От Арса исходит совсем иная энергетика. Я это чувствую. Вижу по его блестящим глазам. Тарасова как будто подменили. Он излучает сплошные позитивные вибрации.
— Тебе нравится? — не веря своим ушам, смотрю во все глаза на своего будущего мужа.
Сексуально ухмыльнувшись, он заключает моё лицо в ладони и впивается в губы недолгим, но очень страстным поцелуем. Сплетает наши языки настолько сладко, что даже умудряется затронуть какие-то внутренние струны моей души. А после отстраняется. Находит растерянные глаза своими.
— Любимая, ужин для нас двоих. Ты моя женщина и наряжалась ты для меня. Пусть завидуют те, кому ты не принадлежишь. Ты ослепительно выглядишь. Я раньше никогда тебя такой не видел.
Тарасов вплетает в речь слишком много искренности и нежности. Приправляет словом «любимая», тем самым открывает мне глаза на существующую реальность.
  
Падаю и разбиваюсь в очередной раз…
Вспоминаю, чем я занималась в номере в его отсутствие, и меня тут же охватывает чувство вины и стыда. А ещё боли. Потому что ждала это слово с глубоким смыслом от другого мужчины. Но так и не дождалась.
— Я тоже... — сглатываю, опуская взгляд на его губы. В глаза Арсу смотреть не решаюсь. Кажется, ещё секунда, и он увидит в них трансляцию короткометражного фильма нашей с Итаном встречи. Хорошо, что до его приезда в номере навели порядок.
На часах почти семь. Святой должен прийти с минуты на минуту. Он обязательно постучит в дверь. И если Арс откроет — случится катастрофа вселенского масштаба. В лучшем случае они набьют друг другу морды. Что будет в худшем, я даже не хочу предполагать. Нужно как-то отвлечь Тарасова. Затащить в спальню и переждать какое-то время. Возможно даже до утра. А утром я точно что-нибудь придумаю. Соберу чемоданы и мы сменим отель. Может быть даже уедем в аэропорт. Сейчас, как никогда, я хочу к Нике. К моей любимой доченьке. Итану не нужно о ней знать. Рвать ребёнка на части я не позволю. Пусть всё остаётся так, как есть, лишь бы не хуже.
***
— Ты у меня очень красивая, Анюта. Намного красивее всех тех девиц, что бегают по пляжу в купальниках от кутюр. Ты неотразима, кисунь.
Тарасов обнимает за талию, притягивает к себе. Прижимаюсь, кладу ладони ему на грудь, а в душе полный раздрай. Думаю о том, как жестоко пошутила надо мной судьба, выдернув из привычной спокойной рутины и забросив в воронку водоворота. Сила которого тащит меня на дно, и явно не к тихому семейному счастью, а к полнейшему жизненному хаосу.
Вспоминаю, как четыре года назад Итан отправил Ивана в отключку, и тотчас покрываюсь холодным потом. Ему хватило пары секунд, чтобы вырубить соперника.
Боже мой, я не хочу сейчас скандалов, мордобоя и разбирательств на тему: к какому берегу мне примкнуть. Да и как тут определишься, когда всё случилось так внезапно, да ещё и накануне моей свадьбы!
Бросаю быстрый взгляд на дверь. Затолкав чувства обратно, откуда они выползли, обвиваю шею Тарасова руками. Прислоняюсь к нему плотнее. Буквально вжимаюсь в его горячее тело своим. Арсений стискивает в объятиях, затем ныряет руками под подол ультра короткого платья, сжимает ладонями ягодицы. На мне нет трусиков. Осознав это, он удивлённо вскидывает бровь.
— Ты не против, если мы ненадолго отложим наш ужин? На полчаса… — шепчу ему в губы как можно сексуальнее. Отбросив мучительные сомнения, провожу по губам языком. — Может быть, на час…
— Нет, не против. Я даже «за», — качнув бёдрами, Тарасов позволяет ощутить его эрекцию. — Ты не представляешь, как я скучал. Пиздец, как тебя хочу, Анют...
Игриво толкаю его в грудь, вынуждаю пятиться в спальню, подальше от гостиной.
На ходу мы расстёгиваем рубашку. Наткнувшись ногами на кресло, Арс падает в него, утягивая меня за собой. Хохочем, целуемся, я быстро справляюсь с пряжкой ремня. Пальцы Арса, сталкиваясь с моими, помогают расстегнуть ширинку брюк и освободить член от белья.
— Иди ко мне, — нетерпеливо шепчет, прикусывая мне губу.
Забираюсь к нему на колени. Меня бросает то в жар, то в холод. Ощутимо потряхивает. Зарывшись пальцами в его волосы, не щадя, сжимаю их. Он стонет. Ему нравится этот приём. Арс дуреет, прижимаясь губами к шее, втягивает кожу и начинает её посасывать.
Сердце набирает безумную скорость. Расшибается о рёбра. Рвётся наружу. Но заставить себя остановиться и переиграть ситуацию я попросту не могу. Нужно идти до конца, как бы не было больно от осознания того, что недавно в этом месте были другие губы. Целовали меня. Обжигали. Доводили до исступления…
Хватит, Аня! СТОП!
Зажмуриваюсь, блокирую мысли. Иначе не смогу. А мне нужно Арса отвлечь. Оградить обоих от нелепого столкновения. Эти мужчины оба мне дороги. Каждый по-своему. Одного всё ещё безумно люблю, с другим пытаюсь лечить незаживающие раны.