Идеальный хищник

И там она захватила меня в плен своим энтузиазмом. Он проявлялся даже сейчас – как она ни старалась играть роковую соблазнительницу перед привлекательным мужчиной, огонь в ее глазах вспыхивал ярче всего, когда она говорила о художниках-хулиганах.
Я тихонько ковыряла артишок и любовалась двумя откровенно увлеченными своим делом людьми. Они оба с места включились в обсуждение деталей сотрудничества, генеря идеи на ходу.
  
– Нет, у «Бентли» другой имидж, – говорил Филипп, безжалостно терзая сырое мясо на тарелке. – А вот «Ламборгини», пожалуй, будет в тему дерзости и молодости. Вера, а вы как считаете?
Я не ожидала вопроса от него.
В современном искусстве я разбиралась мало. Все, что знала, было заслугой Наташки, которая таскала меня на самые интересные выставки.
– Вера у нас не специалист! – вмешалась она, явно недовольная тем, что внимание сместилось на меня. – Она картины и скульптуры она выбирает так, чтобы по цвету к обоям подходили, а в автомобилях понимает еще меньше. У нее даже своей машины нет.
– Скоро будет! – возмутилась я. – Вот сдам на права – и сразу куплю!
Я вообще не планировала вмешиваться в их странный флирт, но такое откровенное пренебрежение не смогла стерпеть даже из принципа.
– О, как интересно! – развернулся ко мне вместе со стулом Филипп. – Уже выбрали марку? Хотите, порекомендую что-нибудь? Я как раз специалист.
– Ой, нет, не стоит беспокоиться! – я даже засмеялась. – «Бентли» и «Ламборгини» – это не мой вариант.
– А что ваш? – серьезно уточнил он.
– У меня совсем другой уровень, – призналась я. – Либо новый китаец, либо подержанная.
– Но ведь у вас наверняка есть машина мечты… – проницательно сощурил стальные глаза Филипп. – Я прав?
– Да, конечно, – кивнула я. – Но и она мне не по карману.
– Покажите.
И снова этот приказной тон, которому подчиняешься раньше, чем слова доходят до мозга.
Я достала телефон и открыла галерею фотографий – и только тогда застеснялась. Потому что машина моей мечты, хоть и стоила больше моего самого отчаянного бюджета, все равно не дотягивала до «Бентли».
– Вот… – смущенно улыбаясь, показала я свою прелесть. – Цвета шампанского… С панорамной крышей, с автопарковкой, с белым салоном… Я влюблена!
– И сколько не хватает? – полюбопытствовал Филипп, глядя, как я листаю на экране фотографии машины моей мечты.
– Шестьсот тысяч… – вздохнула я. – Это уже с учетом, что я возьму в долг у всех, кого смогу уговорить.
– Хм-м-м-м… – Филипп еще несколько секунд рассматривал фото на экране моего телефона, а потом отложил вилку и нож и перевел взгляд на мою подругу: – Наталья, мне кажется, вам уже пора.
 
2. Конец ужина
 
Это вот что такое сейчас было?!
Я несколько ошеломленно наблюдала, как Наташка молча, с застывшей на лице улыбкой, собирается, нервно перекладывая телефон из одной руки в другую.
Надевает сумку на плечо, бормочет что-то похожее на прощание. И, так и не взглянув на меня, уходит.
Я растерянно оглянулась ей вслед. Наверное, надо тоже уйти?
Какая-то идиотская ситуация.
Начала вставать, но дорогу преградил официант, который будто бы не заметил, что помешал мне. Ловкими движениями он расчистил место на столе, забрав недопитый облепиховый чай, и расставил тарелки с художественно выложенным тартаром из… креветок? Я успела забыть, что за странное блюдо заказал мне Филипп.
Подняла на него глаза, встретилась с его пронизывающим стальным взглядом…
И поняла, что не хочу уходить.
Да, Филипп Завадич повел себя совершенно возмутительно. Так нельзя обращаться с людьми, тем более, с женщинами.
Но глядя на этого вальяжного хищника, демонстративно наблюдающего за моей реакцией, я поймала себя на безумном любопытстве.
Кто он такой?
Зачем он это сделал?
Чего хочет?
Что собирается делать дальше?
Любопытство это было сильнее всех правил приличия.
Поэтому я осталась.
Тем более, меня ждали три разноцветных тартара на трех пестрых блюдцах, украшенных брызгами соуса, которыми повар явно пытался передать какое-то художественное высказывание.
Это надо есть? Выглядит красиво, но…
– Вам не нравится? – проницательно спросил Филипп.
От его стейка уже ничего не осталось, и он медленно тянул густое темное вино из бокала, откинувшись на спинку стула.
– Честно говоря, не люблю термически необработанные продукты, – призналась я.
– Слишком осторожны? – усмехнулся он. – А я вот люблю все сырое и дикое – мясо, рыбу, устрицы… чувства. Необработанное, не измененное. Такое, как появилось на свет в живой природе.
– Каждому свое, – пожала я плечами.
– «Jedem das Seine», – с лязгающим немецким акцентом перевел он. – Знаете, где это было написано? Над воротами Бухенвальда.
У меня никак не получалось нащупать правильную интонацию в разговоре с Филиппом Завадичем. В любом другом случае я бы уже попрощалась и ушла, но он слишком меня интриговал.
Холодный стальной взгляд, подавляющая энергетика и низкие нотки в голосе, пробирающие до самых костей.
Завораживающая харизма хищника.
Такие, как он, питаются такими как я. В живой природе.
И от этого захватывает дух, как на американских горках.
Ощущение опасности – но такой… контролируемой.
В конце концов, что может со мной случиться посреди столицы в людном месте?
– Чем вы занимаетесь, Вера? Я правильно понял, что вы не коллега Натальи?
Он сам выбрал тон дальнейшей беседы, свернув с пути провокации.
Почему-то меня это разочаровало.
– SMM-менеджер, – я назвала самую скучную версию того, чем занималась сейчас.
Еще недавно я могла бы заинтересовать его, выпендрившись своей должностью «менеджера по эмоциональному опыту для клиентов». Таких клиентов, как он – неприлично богатых людей, которые выбирают себе квартиру не по принципу «поближе к метро» и «на что хватило».
Моей задачей было так оформить безрассудно дорогую недвижимость, чтобы подобные Филиппу Завадичу пресыщенные богачи захотели купить десятый пентхаус просто потому, что там какой-то особенный вайб. Тщательно созданный мной.
Филипп разглядывал меня, склонив голову и будто бы чуть-чуть свысока.
Еще бы – на его фоне SMM-менеджер даже не рыба, а так – планктон.
Не лань – не добыча. Мышь-полевка, которую леопард даже не заметит, случайно раздавив мягкой лапой во время погони за кем-нибудь повкуснее.
– Вера, вы замужем? – вдруг спросил он.
Я подавилась кашлем пополам со смехом.
Официанту пришлось поспешить ко мне с бокалом воды, но я отдышалась раньше.
– Нет, – ответила честно и снова засмеялась.
– Смешной вопрос? – удивился Филипп лениво.
Он качнул в ладони бокал с вином, густая словно кровь жидкость плеснула на стенки.
– Немного, – призналась я. – Разве такие вопросы задают в лоб? Надо как-то аккуратно узнавать!
– Например?
– Например, не ждет ли меня кто-нибудь дома, а то мы уже припозднились.
– Действительно, – склонил голову Филипп, и в его глазах мелькнуло странное выражение. – Вера, мы как-то припозднились. Вас кто-нибудь встретит?
– Вы намекаете, что ужин пора сворачивать?
– Я предлагаю подвезти вас домой, раз вы явно не планируете есть сырую рыбу. Машины у вас пока нет, так что могу предложить свои услуги.
Я замешкалась, вновь сбитая с толку.
Он выгнал Наташку, но зачем? Если мы не просидели и получаса после ее ухода.
«Трио тартаров» я действительно есть не собиралась, а вот артишок… Все-таки доела под ироничным взглядом Филиппа.
  
И тут же поднялась из-за стола, намеренно не дожидаясь, пока он сделает это первым.
Знание этикета – обоюдоострая штука. Нарушая его, можно подавать определенные сигналы. Правда, это работает только в случае, если и спутник с этикетом знаком.