Измена. Просчиталась, но...где? (СИ)

Мало того, что все сорвалось, так еще и пришлось самой выкручиваться перед менеджерами агентства недвижимости, которые как-то разом стали менее улыбчивыми, чем в присутствии Прохорова. Нет, все осталось на том же уровне, предельно вежливо и деликатно, но она почувствовала холод. Другое отношение по сравнению с тем, что было всего пару минут назад. Тогда на нее смотрели, как на женщину преуспевающего мужчины, а теперь как будто на попрошайку.
  
Это бесило.
Она ушла оттуда, громко хлопнув дверью. Позвонила Глебу, в надежде получить вменяемые объяснения тому, почему он ее бросил на пороге сделки и умчался. Мерзавец! Разве так можно с беременной девушкой? Между прочим, беременной его сыном!
Она негодовала, обрывала телефоны, но ответа так и не получила. Глеб был недоступен, как обратная сторона Луны.
А еще этот вечер в ресторане! О котором она совершенно на нервах забыла!
Она планировала прийти на него обладательницей шикарной квартиры, а теперь была вынуждена тащиться, как и прежде, с голым задом.
Даже подруги и те бесили! Налетели, как стая чаек со своими вопросами:
— Ну что?
— Как?
— Какие новости?
— Рассказывай, не томи.
Ольга сердито скрипнула зубами:
— Нечего рассказывать.
Подруги, наконец, заметили, что радостью от нее и не пахнет, как-то поумолкли, переглянулись. Потом Олеся аккуратно спросила:
— Оль, что-то стряслось?
— Стряслось! — огрызнулась она, не в силах справиться с эмоциями. Потом, не стесняясь в эпитетах, поведала о том, насколько был обломным сегодняшний день, — вот так вот девочки! Умчался и на звонки не отвечает! С женой своей тупорылой разбирается.
Они выслушали, призадумались, потом Инга досадливо цыкнула:
— М-да, зря ты к его жене, получается, сунулась. Надо было подождать, когда Глеб квартиру купит.
— Да кто ж знал-то, что так все обернется, — Ольга в сердцах всплеснула руками. — Эта дура должна была просто собрать свои манатки, своих убогих выпердышей и свалить! И тогда бы все было хорошо. Глеб бы уже был моим. А у нее оказалось ни стыда, ни совести, ни гордости. Решила все проглотить и сделать вид, что ничего не произошло, естественно мне пришлось требовать у Глеба другое жилье, раз эта тварь территорию отказалась освобождать. А тут на тебе, проснулась! Как специально момент подгадала, чтобы мне подосрать! Овца тупая!
Кто бы знал, как сильно в этот момент она злилась. Аж до кровавых всполохов перед глазами. Подумать только, какая-то старая б/ушная сука уже дважды ее обломала.
— И что теперь? Отступишь?
— Еще чего! Я свои права знаю, Глеб должен меня обеспечить жильем.
— Почему? — спросила Олеся.
— Что почему?
— Почему он должен?
— Блин, Олесь, ты вообще, что ли, дикая?! — Ольга обоими указательными пальцами уперлась в свой живот. — У меня вот! Я беременная! От него!
— Но в законе нет статьи…
— Какая разница, что там в законе? — рявкнула Катька. — Ребенок его, значит, он должен. Точка!
— Вот именно!
— Но технически…
— Все! Не душни! Если не разбираешься в вопросе, то просто молчи и все! Не подливай масла в огонь. И без тебя тошно.
Понимая, что слушать ее никто не собирается, Олеся замолчала. Конечно, ей было обидно за такое отношение, но она ни слова не сказала. Зачем? Все равно не услышат.
— Что будешь делать?
— Что, что, — проворчала Ольга с тяжким вздохом, — требовать своего, конечно.
— Ну и молодец!
— Правильно!
Конечно, правильно! Только, к сожалению, через пень-колоду. Не так все должно было быть. Проще, веселее, быстрее. Но кто ж знал, что там жена такая сволочная попадется? Но ничего, недолго ей еще радоваться и на сытых хлебах жировать, все равно придется подвинуться.
Ольга не собиралась сдаваться и отступать от намеченной цели. Весь следующий день она провела на телефоне, пытаясь добраться до Прохорова. Увы, он по-прежнему не отвечал на ее звонки.
Неужели все с женой разобраться не мог? Вышвырнул бы за порог, да и дело с концом! Чего с ней цацкаться? Пинка для ускорения, и пусть летит на все четыре стороны.
Ждать было невыносимо.
Поэтому она отправилась к нему на работу, но и там ждал неприятный сюрприз. Ее не пропустили через проходную. Сколько бы она ни требовала, сколько ни доказывала, что имеет право, и что ее ждут, тупой охранник и с места не сдвинулся. Нет и все! А мимо проходили дорого одетые люди и смотрели на нее как на дуру, путающуюся под ногами.
Уходила Ольга в ярости. Подумать только! Какое неуважение к беременным! Нет бы помочь, а они, наоборот, палки в колеса вставляли!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Но ничего…
Если до Глеба пока достучаться не удавалось, то уж до его старой коровы она доберется без проблем. В конце концов, это из-за нее весь этот бедлам начался, вот пусть теперь и расхлёбывает, если не захотела все сделать правильно и по совести.
Кипя от праведного гнева, Ольга набрала номер Прохоровской карги.
Та ответила не сразу. Будто тоже решила испытать ее беременные нервы на прочность.
Дважды пришлось набирать, прежде чем в трубке раздалось сухое, стервозное:
— Слушаю.
Ольгу аж передернуло. Если бы и правда слушала, да еще и понимала, то всего этого геморроя бы теперь не было.
— Значит так, я хочу, чтобы ты знала…
— Представьтесь, пожалуйста, — прилетело хлесткое, как пощечина, замечание.
У Ольги полыхнуло. Да так, что чуть телефон в стену не улетел.
— Это Ольга!
В трубке тишина, подразумевающая пояснения. Да какого черта!
— Я – женщина Глеба.
— Ах, эта, — прозвучало совершенно без интереса, — ну и что тебе от меня надо, Ольга, женщина Глеба.
Вот тварь!
— Ты сорвала нам покупку квартиры! Из-за твоих выходок Глеб вынужден был уйти.
— Пардон муа, — равнодушно хмыкнуло в трубку.
— В агентстве ждут, так что передай Прохорову, чтобы срочно приехал!
— Непременно. Что-нибудь еще?
Создавалось впечатление, что стерва на другом конце провода глумилась над ней. Но ничего, скоро жизнь все расставит по местам. Не долго ей осталось жировать за чужой счет.
— Пока достаточно! — рубанула Ольга и отключилась, не зная, что еще дальше сказать.
Чуть позже, конечно, пришел откат и три миллиона слов, которые надо было бросить в лицо этой зажравшейся старухе, чтобы поставить ее на место, стереть с наглой морды выражение незаслуженного превосходства. Увы, поздно.
Оставалось только на разные голоса спорить с самой собой, да злиться все сильнее.
Потому что Глеб не звонил. Ни через десять минут после общения с его женой, ни через час. Номер его все так же был недоступен.
Это уже ни в какие ворота не лезло.
Зато из Агентства названивали, спрашивали, когда они с Прохоровым подойдут, и состоится ли сделка. Кто-то еще на эту квартиру претендовал, и держать долго они ее не могли. Еще день, ну два, и потом все, уйдет на свободную продажу.
От бессилия сводило зубы. Как это мерзко, когда проблемы надо срочно решать, а те, кто должен их решать не отвечают!
Ольга поставила себе срок до следующего полудня. Если Прохоров за это время не объявится, то она поедет прямиком к нему домой. Сколько можно ее динамить?
К счастью, на следующий день Глеб очнулся и позвонил сам.
— Глеб! — тихонько взвизгнула Ольга, едва не захлебнувшись от радости, когда увидела его номер на экране. — Ну наконец-таки! Я соску…
— У меня мало времени, — невежливо перебил он, — через час приезжай по адресу, который я тебе скину.
В груди сладко екнуло. Ну наконец-то!
— Меня ждет сюрприз? — кокетливо промурчала она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Может, тогда ты заберешь меня, и поедем вместе…
  
— Я же сказал. Мне некогда. Все. Через час чтобы была на месте, — и отключился.
Хам!
Через секунду пришло сообщение. В нем только улица и номер дома.