Невинная вдова для императора (СИ)

— Что с мисс ди Гейл? Где она? — мой голос дрогнул.
— Не беспокойтесь, леди Кэйтлин, с ней всё будет хорошо. Целители оказывают ей помощь. Правда, из отбора она выбыла: ещё неделю ей предстоит лечиться, чтобы встать на ноги.
— Всё так серьёзно? — ужаснулась я, прикрыв рот ладошкой.
— Сломаны нога, рука и рёбра, повреждены лёгкие. Еле успели её спасти, — поджал губы Бенедикт, хмуря лоб.
  
— Что выяснили? Кто и зачем поставил магическую ловушку?
— Кто-то зуб точит на Белинду, ловушку расставили именно на её ауру. Видимо, хотели вывести мисс ди Гейл из отбора. Меня убивать пока бесполезно: наследник империи — мой кузен Эдвард ди Бофорт. — Тон у императора был серьёзный, отчего холодные мурашки пробежались по моему телу.
— Значит, осталось всего три невесты, — вздохнула я, прикусив губу.
— Выходит, что так, — Бенедикт выставил локоть, чтобы я подхватила его. — Я подумал: раз ужин готов, может, не будем его пропускать? В винном погребе накрыли стол и приготовили элитные вина для дегустации.
— Это приглашение? — изогнула я бровь и положила руку на локоть императора.
— Да, Кэтти, — и Бенедикт повёл меня по лестнице вниз.
Лакей распахнул перед нами дверь, и мы оказались скорее не в настоящем погребе, а в его имитации. Высокий потолок, просторное помещение, деревянные бочки в несколько рядов, стеллажи, где в ромбовидных ячейках хранятся бутылки с вином, каменные стены и пол. Ни пылинки на стеллажах и бочках, чистота и порядок. Множество магических светильников освещали погреб, создавая романтическую атмосферу, температура воздуха ощущалась комфортной.
В зале находился большой круглый стол, накрытый белой скатертью, а на нём — шикарный букет бордовых роз. Бенедикт подхватил цветы и протянул мне.
  
Глава 41. Допрос с пристрастием
 
Кэйтлин
— Это мне? — я забыла, как дышать, смотря на великолепный букет.
— Тебе, Кэтти, — улыбался довольный император, увидев мою реакцию. — Не знаю, любишь ли ты розы.
— Очень люблю. У нас свидание?
— Почему нет? Я хочу провести с тобой этот вечер, — его слова звучали мёдом для моих ушей. Вот только…
— Интересно, букет тоже для Белинды был приготовлен, как и романтический ужин? — я не собираюсь таять перед ним, как в прошлый раз, но букет всё же взяла.
— Нет, слуги срезали цветы из императорской оранжереи по моему приказу. Я просто хотел порадовать тебя, — нахмурился император, а потом самодовольно улыбнулся. — Мне нравится, что ты ревнуешь меня, ночная фиалка. Я уж думал, ты равнодушна к тому, что я флиртовал полдня с мисс ди Гейл.
— Делать мне больше нечего, — фыркнула я и уткнулась носом в цветы — пахли они бесподобно. — В прошлый раз ты застал меня врасплох, то была просто минута слабости.
— Ну минутой точно не обошлось, — в глазах Бенедикта заплясали огоньки от предвкушения удовольствия. — Может, уже поедим? Я голодный как волк. А ты?
Честно признаться, я тоже изрядно проголодалась, поэтому передала цветы лакею, который поставил их в вазу на столе, затем он отодвинул для меня стул, и я элегантно опустилась на сиденье. Слуга ловко разложил по тарелкам первую закуску, налил в бокалы белое вино.
— Начнём дегустацию, — улыбнулся Бенедикт, немного покрутил бокал, держа его за ножку, и втянул носом пары. — Прекрасный букет.
Я тоже взяла фужер и чуть вдохнула аромат напитка. Действительно, лёгкий и тёплый.
— За нашу встречу, Кэйтлин, — мой собеседник поднял бокал и сделал первый глоток, смакуя его. — Всё же у виконта хорошие вина, не зря он главный поставщик императорского двора.
Пригубив из своего фужера, я согласилась с насчёт вина — хорошее. Мы принялись за еду.
— Кэтти, ты почему опять не носишь защитный амулет? — прищурился Бенедикт, смотря на меня.
— Я сняла его, он не подходит к платью, — спокойно ответила, когда прожевала салат, но сердце взволнованно забилось в груди.
— Ты его и на конную прогулку не надевала, — строгим голосом пожурил меня император. — Я же просил тебя не рисковать.
— Он был на мне, просто я спрятала его под блузкой, — нашлась я, ведь на самом деле артефакт оставался в моей сумочке.
— Хорошо, не забывай, пожалуйста, его носить, — по его тону мне показалось, что он мне не поверил. Император подал знак лакею, чтобы тот снова наполнил бокалы.
Ужин оказался великолепным, и вина тоже. Одно блюдо сменяло другое, я наслаждалась небольшими порциями и беседой, которая коснулась следующего тура. Завтра днём невестам предстоит посетить приют для бездомных.
— Потанцуем? — император вдруг встал и оказался передо мной, протянув руку. Он успел снять с себя пиджак и жилет.
— Но здесь нет музыкантов, — растерялась я, не зная, как отказать ему.
— Разве это помеха? — ухмыльнулся Бенедикт и схватил меня за ладонь, подняв со стула. Его рука обвила мою талию, прижимая к мужскому торсу, от которого шёл головокружительный аромат лаванды. Император положил мою ладонь себе на грудь, где под белой рубашкой часто билось его мощное сердце. — Слышишь ритм? Тук-тук, тук-тук, тук?
Я кивнула как заворожённая, ощущая волнующий стук сердца любимого. Бенедикт шагнул, увлекая меня в ритм вальса. Он оказался прекрасным партнёром, умело держа моё податливое тело в своих горячих руках. Тук-тук, тук-тук, тук — отбивало сердце у меня в груди.
Я даже не заметила, когда слуга испарился из погреба, оставив нас с императором вдвоём. Вдруг Бенедикт прекратил танец и пристально посмотрел мне в глаза.
— Ты невероятная, ночная фиалка, — шептали его губы, приближаясь к моим устам. Вот уж нет!
— Хорошо устроились, Ваше Величество. С одной спите, с другой ходите на свидание и целуетесь. Сколько у вас ещё таких дурочек, как я?
— Что? — нахмурился император и непонимающе уставился на меня. — Ты о чём сейчас?
— Думаете, я не заметила, что губы у графини ди Гейл припухли и покраснели от ваших поцелуев, — язвительно процедила я, сбросив со своей талии наглую мужскую ручищу.
— О боги! Кэйтлин, ты такая красивая, когда ревнуешь, — он вдруг рассмеялся. — Я не целовался с Белиндой, честно. Губы у неё припухли от острого соуса, в который она макала каждый кусок еды. Я тогда удивился: обычно леди не очень любят острую пищу, а тут она уплетала соус, касаясь его губами. Теперь я понял, зачем она это делала. Хотела похвастаться перед соперницами, заявив, что я безудержно целовал её на свидании.
— Правда? — усмехнулась я, расслабившись, прямо гора с плеч упала. — Надо же такое придумать.
— Ты веришь мне?
— Верю, — кивнула я, понимая, что это правда.
— На самом деле, я всё свидание думал только о тебе, — его пальцы коснулись пряди моих волос, перемещаясь на шею, потом на затылок. — О том, как буду целовать тебя, — Бенедикт наклонился, приближаясь к моим устам, — вдыхать твой волнующий аромат, сжимать твоё чувственное тело в объятиях.
Сердце ухнуло вниз, и я невольно приоткрыла губы, а внизу живота разливалось волнующее напряжение. Бенедикт жадно смял мои губы, держа мой затылок рукой, я вцепилась в его стальные плечи, прижимаясь крепче к мужской груди. Безумие страсти моментально охватило нас. Словно звери, мы набросились друг на друга, утоляя голод плоти.
Не успела я оглянуться, как оказалась на столе. Император усадил меня, продолжая неистово целовать, и вклинился между моими бёдрами, раздвинув их. На пол полетела посуда, разбиваясь вдребезги, даже вазу не пощадил Бенедикт, и цветы оказались там же.
Мужские ладони скользили по моим шёлковым чулкам, задирая подол платья, и, когда они коснулись кружевных трусиков, я протяжно застонала. От резкого рывка предмет моего белья беспомощно затрещал, и в одно мгновение я лишилась его.
  
— Кэтти, ты сводишь меня с ума, — шептали губы Бенедикта, обжигая дыханием мою шею. — Ни одну женщину я так сильно не желал, как тебя.
От его слов я вздохнула, закатывая глаза от удовольствия — дерзкие пальцы уже вовсю ласкали моё влажное лоно.