Песнь нефилимы (СИ)
— Как я уже сказал, войска обеих сторон были истреблены, а ключи разбросаны по планете. Но, не зря Просветленные ведают, что беда никогда не приходит одна. От падения Эги произошел настолько сильный всплеск эфира, что в Бхаре открылись многие Зеркала Перехода. Видимо планета, словно живой организм, старалась сохранить некий баланс. Поэтому перенесла в этот мир различные враждующие между собой расы. Как оказалось потом, все народы попавшие на планету находились в состоянии войны. Урднотцы и лиграсы, дарды и нуры, алантиды и цзанги, такури и шаласты, кентары и валкорны. Все попали с оружием в руках. Десятки и сотни народов одновременно оказались на и без того измученной планете. Кто-то вместе с целым гхардом, как, например, мой народ. Кто-то перенесся с с островом, а кто-то попал вдвоем или втроем. Например, известно, что из расы сифов, Всплеск переместил лишь одного представителя. По крайней мере за десять тысяч эр других обнаружено не было.
На общую беду, помимо разумных, во время Всплеска было перенесено и бесчисленное множество кровожадных тварей. Демоны, троли, драконы, големы, элементали и еще тысячи и тысячи других. Но это лишь полбеды. Взрывная волна эфира была настолько сильна, что безвозвратно поменяла все тела и организмы. У всех, вне зависимости тварь ты разумная или дикая, пробудилась Искра. У кого-то сильная, у кого-то слабая. НО! — Сероглазый многозначительно поднял палец вверх. — У людей Искра проявилась сильнее всего. Более того вскоре было определено, что Искры бывают двенадцати типов — ровно по количеству Несокрушимых Зверей и несут в себе определенную предрасположенность. Например, из луидиан с Искрой Льва получаются лучшие воины, а из тельцов — лучшие земледельцы. Таким образом луидианы разделились на двенадцать каптонов и до сих пор придерживаются такого порядка.
Но вернемся к бедам. Изменения коснулись и прибывших тварей. Они получили возможность развиваться. Чем больше они убивают — тем больше получают, так называемых, эфирных едениц и могут менять свою форму на более совершенную. Одним из Просветленных была введена градация в зависимости от уровня опасности и формы существа. Где фиолетовый — это низший уровень угрозы, а красный — высший. Им же, Просветленным Гратаном, был следом написан целый Гримуар в котором он дает рекомендации, как бороться с тем или иным видом существ. Например, у твари на которой мы сейчас находимся — две головы и синий уровень. Это значит, что то, что ранее называлось урук, теперь стало урук-мба! И теперь убить ее в десятки раз сложнее! А теперь представьте, что Вам встретиться Кислотный Дракон из Кротовых Гор, принявший третью форму! Это уже минимум оранжевый или красный уровень угрозы! И тут уже без нескольких мантар с Красными Стражами не обойтись! Вы даже не представляете, что способна сотворить подобная тварь с обычным людом! Понадобятся десятки, если не сотни тысяч жизней! — глаза Сероглазого на миг вспыхнули огнем. То, о чем он говорил не было выдумкой. Пятнадцать эр назад он сам был свидетелем разрушительных последствий кислотного дыхания подобного дракона. Гхард с населением в двести тысяч был превращен в оплавленную груду камней. И только совместно с пятью мантарами им удалось серьезно ранить и спустя десять дней преследования — догнать и наконец убить прожорливое чудовище. "Худа без добра не бывает." — полуулыбнулся Сероглазый, вспомнив, что именно тогда он нашел обезвоженное тельце Камала, от которого оказалась стая из-за его чересчур непривычного вида.
— Бижак, — окликнул Ибрис. — Ты же сам сказал, что мантары погибли, когда призывали луну?
— Да. Первые Мантары погибли. Но их потомки быстро воссоздали орден. И теперь каждый год в Аскаре из своих детенышей отбирают тех, у кого самая сильная Искра. После чего обучают их всем премудростям борьбы в Джаврас — школе мантар сокрытой среди гор. Среди прибывших разумных рас, лишь у некоторых представителей так же оказалась довольно сильная Искра. Нашей расе повезло. Со временем наши инталлары, правители, — тут же пояснил Сероглазый в ответ на озадаченный взгляд Ибриса, — переняли опыт у людей и основали свою школу мантар Баккар-Инта. Еще небольшие школы есть у лиграсов — полу-тигров полу-людей, цзангов и аури.
— Ты тоже мантар? — Тут же спросил Ибрис.
— И да и нет. Смотря с какой стороны посмотреть. — Уклончиво ответил Сероглазый. — Основная цель любого мантара — защитить любой ценой Калиард от когтей и зубов различных тварей. К тому же, время от времени открываются Зеркала из других миров и сюда проникают все новые и новые чудовища. Будто бы старых не хватает. — Угрюмо добавил он. — Основополагающие цели ордена Отшельников другие. Мы — баланс. Мы — последний рубеж. Мы ищем способ избавиться раз и навсегда от этой заразы. А для этого нам необходимо найти…
Стук в дверь прервал Сероглазого. Спустя несколько мгновений открылась дверь и на пороге появился упитанный Джара-Уту. За его спиной нервно посапывал еще более толстый уру в ярко-алой накидке.
— Хороший торг скрасит путь любой длинны. Надеюсь, вы подготовили только лучшее? — улыбнулся Сероглазый советнику, жестом приглашая его войти.
Глава 15
— По одному золотому за каждые четыре щита из крыла клорга! Это мое последнее слово! — рявкнул Сероглазый, разгоряченный торгом. — И только из черного! Не вздумай мне подсунуть подкрашенного бурого или серого! — добавил он, с силой опустив кулак на стол.
— Да пусть мне сожрут глаза пустотные блохи, если эти щиты не стоят одного золотого за каждый! — с неменьшим задором ответил торговец, подскочив с дивана. — Ты хоть представляешь, как сложно найти старого черного клорга и убить его? Ты подумал сколько стоит выделать одно крыло!? И не просто выделать, а сохранить все его свойства! Да тут только одного амаяра на пол золотого выходит! — высказавшись, толстяк Зонг обратно плюхнулся на диван и чинно расправил смявшуюся накидку.
Сероглазый на долго уставился на торговца, но тот даже не дрогнул, продолжая спокойно попивать курум — обжигающе-горячий напиток, приготовленный из молока пустынного бизона с добавлением масла, соли и крохотной капельки амаяра. Каждый понимал, что пауза в торге на вес золота. Кто первый заговорит — тот потеряет свои позиции.
Отшельник отщепил одну виноградинку и отправил себе в рот. Затем, вздохнул и полез в походный мешок. Торговец даже ухом не повел, хотя в душе уже довольно потирал лапы.
Из мешка появился небольшой скрученный корень, покрытый тысячами мелких ярко-красных чешуек. Сероглазый взвесил его в руке и достав из наруча кунай, отрезал четверть.
— Зонг, ты знаешь, что это?
— Уру Зонг вел дела с лучшими торговцами, кормчими и тафартиями Калиарда! Конечно, я знаю, что это! — приняв напыщенный вид, важно пробасил торговец.
— Вот и отлично. — кивнул Сероглазый. — Это, — он положил часть драконьего корня на стол, — с лихвой уравновесит стоимость до необходимой. К тому же в свои записи ты добавишь тридцать простейших одноразовых барьеров. Что-то по-типу Отвода Глаз или Невидимой Чаши. — Зонг уже было открыл рот, чтобы разразиться новым потоком возмущений, но Сероглазый остановил его порыв взмахом лапы:
— Я еще не закончил. Помимо барьеров мне нужно тридцать два ездовых бизона. И десять, нет, пожалуй двадцать матр звездной пыли. Возможно, я бы еще не отказался от нескольких бутылей амаяра. Полезная штуковина. — добавил Отшельник, кивнув в сторону списка, который вел торговец.
— Да ты смеешься надо мной!? — Взорвался Зонг праведным негодованием, потрясая перед Отшельником исписанным пергаментом. — Да тут лишь доспехов, оружия, одежды и провизии минимум на две тысячи золотых. Все остальное, названное тобой, стоит еще, — торговец ненадолго задумался подсчитывая цену, — пятнадцать с половиной тысяч. Без учета стоимости звездной пыли, разумеется, — спешно добавил он. — А ты мне предлагаешь, какой-то кусок старого корня, который, даже в самые плохие времена стоит не дороже пятиста монет. Такой поворот я обсуждать не намерен. — Закончил Зонг. Раздраженно махнув пухлой рукой, он потянулся за чашей с курумом.