Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
За всеми её неожиданными переходами от страха или злости к искреннему веселью и беззаботному, лукавому кокетству Виталий никак не мог уследить и не переставал удивляться той смеси легкомыслия, шалой удали, наивности и хитрой ограниченности, которые составляли суть её натуры.
— Ну и какой вам нужен муж? — с интересом спросил он.
— Современный, — с ударением произнесла Вера. — Это значит: кандидат, Москва или Киев, потом, обязательно выездной. Весной чтобы Дзикаури, горные лыжи. Это сейчас, знаете, первый класс. Ну, «Жигули», конечно, «восьмёрка», скоро её доведут. И сам чтобы красивый, сильный блондин, да, длинный, вроде вас. Потом, что ещё? — Вера очень серьёзно отнеслась к проблеме, которая, видно, давно уже её занимала. — Ну, чтобы жизнь знал и умел крутиться. Да, и потом папа дипломат. Пусть там живёт. Мы к нему в гости будем ездить. Во престиж, верно?
— Идеал хоть куда, — засмеялся Виталий. — Помереть можно от зависти.
— А мне однажды попался один псих, — с увлечением продолжала Вера. — Предложил так. Ты, говорит, выходишь замуж за иностранца, а я женюсь на иностранке. Оба уезжаем на Запад. Там разводимся и женимся. Я, говорит, директор на радио, ты манекенщица. Слыхали? Ну, я его послала, он долго катился. Только такой головной боли мне не хватало.
— Вера, — неожиданно спросил Виталий, — а у Олега кольцо на пальце откуда, не говорил?
— Чего? — словно споткнувшись, переспросила девушка. — Ах, кольцо? Мировое, да? Это ему один человек перед гибелью подарил. Память. Жутко, да?
— Жутко, — согласился Виталий.
Сомнений не оставалось. Это было то самое кольцо, которое видела буфетчица на вокзале поздним вечером у маленького человека, покупавшего у неё пирожки и пиво. То самое кольцо, подумать только.
— Мой вам совет, Вера, — задумчиво сказал Виталий. — Подальше держитесь от денежных людей. Весёлая жизнь — опасная жизнь.
— Ай, это мне мама всё время говорит, — беззаботно и капризно отмахнулась она. — А вы же молодой. Зачем нам такая философия?
— Ну ладно, Верочка, пора прощаться, — сказал Виталий, вздохнув.
— Ой, вы всё-таки какой-то странный, — встревоженно сказала Вера. — До свидания. А с Олегом, я встречаться больше не буду, увидите. Зачем мне нужна такая головная боль.
Она явно повторяла чьи-то слова.
* * *Утром Лосев прилетел в Москву и сразу поехал на Петровку.
— Ну, за двое суток отоспался? — спросил его Цветков.
— Последнее в самолёте добрал, — в тон ему ответил Лосев и блаженно улыбнулся. — А уж в море как хорошо, вы бы знали. — И уже деловито спросил: — Разрешите доложить?
— Давай.
Цветков слушал внимательно, не перебивая, не задавая вопросов. Все вопросы он задал потом. И когда всё выяснил, задумчиво заключил:
— Так-так. Опасная фигура оказалась. Скорей всего, соучастник убийства. Даже старший. Деньги-то все у него.
— И убивал он, — добавил Виталий. — Гарик за рулём сидел.
— Именно что. Главарь. Но кого-то испугался.
— Вы уже начали проверку домов вокруг бассейна?
— Начали. И слава богу, не кончили. А то бы схватили Серкова, наделали шума, и всё. Этот Журавский к ней бы уже не пришёл. Ты понял мою мысль?
— Так точно.
— Вот и подключайся. Немедленно. Ты остаешься старшим по этом делу.
— Спасибо, Фёдор Кузьмич.
— Ну, смотри. Сейчас-то хоть не упусти, — Цветков поднял руку. — Знаю я все твои оправдания. Знаю. И генерал знает. Легче тебе от этого? То-то. Ну двигай.
* * *Виталий у себя в комнате дождался условленного звонка Откаленко и помчался на встречу.
Остался третий этаж последнего из домов. По домовой книге изучили жильцов всех квартир там. Окончательную ясность внесла молоденькая девушка-счетовод.
— А тут моя подружка живёт, Зоя, — сказала она.
— Одна? — поинтересовался Виталий.
— Ага. Только сейчас у неё брат. Болеет. Руку ему раздавило на заводе, что ли. Мы с ней сегодня в молочную ходили, она говорила.
— Раньше вы этого брата видели? — как бы между прочим спросил Виталий, листая книгу.
— А я его и сейчас не видела, — засмеялась девушка.
— Всё-таки у нас к вам будет просьба, — уже совсем другим тоном сказал Виталий.
Девушка выслушала просьбу внимательно и безбоязненно.
— Я ей обещала к одной нашей жиличке отвести, в другом подъезде, — сказала она. — Та платье продаёт, заграничное, муж привёз.
И всё эта девушка сделала как надо. Виталий сразу понял, что она всё так сделает.
Зоя вышла на площадку лестницы, захлопнула за собой дверь и побежала вслед за подругой вниз. Когда они обе скрылись на улице, оперативная группа спустилась с верхнего этажа. Виталий спросил Валю Денисова:
— Ты Зою разглядел?
— А как же, — усмехнулся Денисов.
— Тогда спустить вниз и, если мы не успеем управиться, задержи её каким-нибудь разговором.
— Вы там только поаккуратнее, — недовольно сказал Валя. — Пистолет у него, не забудь.
— Ну-ну, — усмехнулся Лосев. — Два раза на одном месте не спотыкаются.
После этого он и Откаленко неслышно открыли дверь и вошли в квартиру.
Серков был схвачен мгновенно, он даже не успел шевельнуться в кресле у окна, из которого был виден бассейн. Пистолет оказался в пиджаке, висевшем в шкафу.
— Идём, идём, — сказал Откаленко. — Мы тебя быстрее вылечим.
Серков был до того ошеломлён, что не нашёл что ответить. Он лишь молча написал под диктовку Лосева записку здоровой рукой: «Ушёл. Так надо. Привет».
Вечером Цветков сказал Лосеву и Откаленко:
— Ну вот, милые мои, одного нашли. Теперь дальше надо искать, второго, главного.
— И это не конец, — добавил Откаленко.
— Да-а, — вздохнул Виталий. — Много денег — много крови. Так обычно. Кто же он был, этот маленький человек? За что они его так?
— И записка у него странная была, — добавил Откаленко.
А Цветков заключил:
— Всё тут ещё странно, милые мои. Никуда не денешься, будем работать дальше.
Глава 5. Тропинка к болоту
Утром Виталий позвонил Марине Булановой и попросил приехать в управление. Девушка словно ждала его звонка и мгновенно согласилась. Она примчалась минут через двадцать. Даже Виталий был удивлён её стремительностью.
В огромных её глазах светилась тревога, при этом она ещё демонстрировала своё негодование: как это посмели её задержать в тот злосчастный вечер. На Марине были всё те же белые фирменные брючки, но вместо лёгкой кофточки она на этот раз надела яркий пушистый свитер. В Москве вдруг похолодало и который день уже моросил мелкий, нудный дождь.
— Пришлось вас снова потревожить, — улыбаясь, сказал Виталий. — В связи, как вы понимаете, с чрезвычайными обстоятельствами.
— Но Гарик ни в чём не виноват, я вам слово даю! — запальчиво воскликнула Марина. — Как вы смели так ворваться?
— Почему же он убежал, как вы думаете?
— А раз вы его ловите! Тут кто хотите убежит.
— Если бы он не чувствовал за собой вины, он бы не убежал, — покачал головой Виталий. — Серьёзной вины.
— Ну да! Вы схватите, а потом доказывай. Мы что, думаете, газет не читаем? — упорствовала Марина. — Знаем, чем вы занимаетесь.
Это было сейчас самым больным местом: в газетах появлялись один за другим очерки о безобразиях в милиции, о беззаконии, фальсификации дел, взятках и прочее. Очистительная гроза, гремевшая над страной, не обошла стороной и милицию. И чем больше до сих пор она была укрыта от критики, тем сильнее и болезненнее ветер гласности и перестройки обнажал скопившиеся там пороки. И, умом признавая справедливость и необходимость перемен, Виталий стыдился и страдал. Вот даже эта сопливая и бесстыжая девчонка осмеливается бросать ему все это в лицо.
— Жулики и прохвосты попадаются всюду, — сдержанно ответил Виталий. — И всюду с ними надо бороться. Вот Гарик. Ведь, когда за ним побежали, он начал стрелять и ранил человека. Вы раньше видели у него пистолет?