Кэш (ЛП)

— Что смешного?
— Да так… У тебя яиц больше, чем у большинства мужчин, с которыми я общаюсь каждый день. Чем не повод для старика улыбнуться? — Замолчав на секунду, он добавляет: — За это спасибо.
Я чувствую на своём плече его руку, но, обернувшись, застаю его полностью одетым.
— Увидимся на следующей неделе, малышка. Найди для меня окошко.
Не зная даже, что сказать, просто отхожу в сторону и с улыбкой наблюдаю, как он выходит.
— Серьёзно? — Я хохочу, размышляя над тем, что только что произошло.
Я не могу перестать смеяться, что лишь доказывает, что я вся на нервах.
Минут двадцать у меня уходит на уборку, после чего я иду к Райли у стойки, чтобы отметиться об уходе.
— Ты в порядке, детка?
Я киваю и улыбаюсь, завидев рядом с ней Хейвен.
— Как же она выросла! — Хейвен смеется и хлопает меня по лицу, когда я наклоняюсь к ней ближе.
— Извини, она сейчас в том возрасте, когда всё нужно потрогать и пощупать.
Я беру крошечные пальчики Хейвен в свои и улыбаюсь, надеясь, что этот маленький ангелочек поможет мне хоть на секунду забыть о Кэше.
Но нет…
— Всё ещё не разговариваешь с ним? — решается спросить Райли.
Знаю: она всю неделю хотела задать мне этот вопрос, но старалась щадить мои чувства и не напоминать о нём. Нетрудно прочитать выражение жалости в её глазах каждый раз, когда она смотрит на меня.
— Нет. — Я встаю за стойку, чтобы собраться и успокоиться. — Я ещё не готова. Просто… не знаю, это такое личное, как мне его простить? Он обидел меня, Райли. Очень.
— Знаю, малыш. — Она отрывает глаза от ребёнка и смотрит на меня. — Посмотри на всё с его точки зрения, — предлагает она. — Может, это поможет простить его и понять, что он никогда не причинит тебе боль нарочно. Пойми его — он просто испугался.
Я смотрю на Райли широко раскрытыми глазами. Как я сама до этого не додумалась? Нет, может, в глубине души я понимала, просто нужно было услышать это от кого-то ещё.
— За всё время, что я его знаю, Кэш ни разу не был в серьёзных отношениях. Никогда не видела, чтобы он так боялся потерять или обидеть кого-то. — Замолчав, Райли берёт Хейвен на руки и поднимает высоко над головой, строя ей смешные рожицы. — Какие только глупости не делают мужики, когда влюблены.
— Влюблены? — Сердце моё бешено колотится при одной только мысли, что Кэш может быть в меня влюблён.
— Ну да. Он любит тебя, разве ты не понимаешь? — Райли улыбается мне. — Кэш влюблён, это же очевидно. Без тебя ему совсем плохо. Он почти не выходит из дому, только по крайней необходимости. Почти каждый вечер отпрашивается с работы в клубе, а если и приходил, то только когда подходило его время выступать на сцене, и отказывался от приватных танцев. Всё остальное время он торчит в офисе Кейла и болтает, как сильно скучает по тебе и Алеку. Кейл говорит — на него смотреть жалко. А вчера он ушёл из клуба, бросил.
Сердце болит, и слёзы на глаза наворачиваются, когда думаю, как несчастен Кэш.
Честно, я и подумать не могла, что наш с Алеком уход так сильно повлияет на его жизнь.
— Мне надо идти, — шепчу я, снова ощущая себя подавленно. — Найт придёт повидаться с Алеком ненадолго перед боем. Я… увидимся завтра.
Не дав Райли ответить, выбегаю на улицу и сажусь в свой джип, желая побыть в одиночестве. Дав, наконец, волю чувствам, я закрываю лицо руками и заливаюсь слезами.
Быть мамой не всегда легко — я это знаю. Принимать решения за Алека и выбирать, что для него в жизни лучше, чертовски сложно.
Что, если для него будет лучше, чтобы Кэш был рядом? Что, если так лучше для нас обоих, а я всё разрушила?
Просидев так минут десять, а, может, и все двадцать, я беру себя в руки и еду домой.
Десять минут назад Найт прислал сообщение, что он с Алеком у нас и отпустил Ханну.
Мне не нравится, что Найт уже приехал. Меньше всего мне нужно, чтобы он видел, в каком я раздрае из-за Кэша. Лишний повод для него ткнуть мне этим в лицо и заставить чувствовать себя ещё ужаснее.
Когда я подъезжаю к дому, Найт сидит на крыльце, а Алек играет с мячом, который Кэш подарил ему в тот вечер, когда мы с ним впервые поехали на бейсбольное поле.
 
Найт отрывается от телефона, дерзко ухмыляясь, пока я выхожу из машины.
— Похоже, достаточно было разок заявиться, чтобы этот придурок понял, что я никуда не свалю.
— О чём ты? — Сердце моё замирает. Я переживаю, что Найт мог что-то сделать Кэшу.
— Я не слепой, Иден. Я знаю, что он давненько сюда не захаживал. Неужели ты, блин, думала, я не буду следить за ним? Поверь, он знает меня в лицо.
— Ты просто козел. — Я отворачиваюсь и улыбаюсь Алеку, который подбрасывает мяч, играя сам с собой. — Не устраивай сцен перед моим сыном, Найт.
— И не придется. — Он встаёт и кладёт руки мне на плечи, потирая их. — Его здесь нет. Это всё, чего я хотел.
Чувствуя отвращение, я убираю его руки с плеч и отстраняюсь.
— Ты тут ни при чём. Поверь, никто тебя здесь не боится. — Отталкивая его, я шагаю к дому. — Поиграй хоть раз со своим сыном и оставь меня в покое.
Стоило войти в дом, как меня бросает в дрожь.
Что, чёрт возьми, он имел в виду, говоря, что Кэш знает его в лицо? Кэш никогда не рассказывал, что у него были проблемы с Найтом. Хотя зная его, он наверняка просто проявлял заботу.
— Чёрт! — Я прислоняюсь к стене, и тут мне вдруг всё становится ясно.
Кэш хотел защитить меня от правды, пока не убедится, что я к ней готова. Я постоянно рассказывала ему, как жестоко с Алеком поступил отец, и Кэш знал, как страшно мне впускать в жизнь сына другого мужчину.
Разве можно винить его в том, что он уже был знаком с Алеком? Он оказался в ситуации, с которой не знал, как справиться, а я наказываю его за это.
Правильно ли я всё вижу?
— Чёрт, я не знаю!..
Не проходит и пяти минут, как Найт врывается в дом, раздражённый и злой.
— Ты что, не отдала Алеку подарок, что я для него оставлял?
— Не-а. — Я встаю и убираю волосы с лица. — Ты сам должен его ему вручить. Не моя вина, что ты давно не приезжал провести время с сыном.
— Ну и где он, чёрт возьми? — Найт несётся на кухню и начинает лихорадочно шарить по шкафам. — Если я приношу что-то для сына, ты должна ему это давать.
— Нет, — уверенно возражаю я. — Ты не редко тут бываешь, сам дари свой подарок.
Наконец, Найт достает маленькую коробку из кухонного ящика, в котором я её спрятала.
— Сам ему сейчас и вручу, тварь!
— Да пошёл ты, — отвечаю я сквозь зубы. — Дари и уходи. И, кстати, мне нужны обещанные алименты. Это твой последний шанс, или я подаю на твою задницу в суд, пусть там с тобой разбираются.
Найт останавливается в дверях и оборачивается.
— Как и обещал. Хочешь свои деньги? Приходи и забирай сегодня после боя.
С этими словами он выходит на улицу, захлопывая за собой москитную дверь.
Я вздрагиваю, нервы у меня ни к чёрту.
Этот козёл, должно быть, спятил, думая, что я не приду за теми деньгами, что он мне должен. Я заберу всё до последнего цента, все две тысячи долларов в счёт алиментов.
Через несколько минут Найт уезжает, а Алек забегает в дом с видеоигрой в руках, которая у него уже есть.
— Папочка подарил мне игру. Я сказал ему, что у меня уже есть такая, и он расстроился — Сын грустно смотрит на меня и бежит в мои объятия. — Мамочка, я скучаю по Хантеру. Он всегда со мной играл и знал все мои видеоигры. Где он? Он больше не приносит мне блинчики и не приходит к Ханне. Я сделал что-то не так?
Сердце уходит в пятки, когда слышу, с какой болью он это говорит. Ненавижу, что всё так сложилось, ненавижу, что из-за меня Кэша нет в жизни сына.
 
Мне так страшно, что, думаю, сейчас самое время сказать ему правду.
— Нет, малыш, конечно, нет! Ты ни в чём не виноват. — Я приседаю перед ним на колени. — Хантер дорог мамочке, как и папочка когда-то был дорог. Просто кое-что произошло, и я попросила его какое-то время не приходить. Прости меня, малыш.