Ревизор: возвращение в СССР 49 (СИ)

А Галия тем временем с гордостью Миронову и говорит:
— А муж у меня, кстати, тоже немножечко к вашей профессии относится. Он пьесу написал, её в «Ромэне» ставят. Премьера в сентябре была.
— А, так вы драматург с супругой? — удивился и обрадовался Миронов. — Наши люди, в общем…
Автограф по итогу мы получили предельно странный: «Драматургу Ивлеву и его очень очаровательной супруге Галине».
  
Я, конечно, не стал уже ничего поправлять просить. Будет такой прикол на будущее.
Поговорили ещё буквально с минуту. Причём Миронов всё время меня расспрашивал про эту пьесу для «Ромэна». Очень его эта тема почему‑то зацепила. Возможно, с профессиональной точки зрения, мало ли, рассматривает возможность участия в новых постановках прямо сейчас. Хотя даже не представляю, как настолько популярный актёр может свободное время для этого находить, но я же не знаю его специфики.
А потом увидел кого‑то знакомого и, просияв, пошёл к нему общаться, вежливо попрощавшись с нами.
— Какой же обаятельный человек! — взволнованно прошептала Галия.
Тут я автограф молча подсунул под нос супруге.
— «Драматургу Ивлеву и его очень очаровательной супруге Галине», — растерянно прочитала Галия. — Ой, и зачем я сболтнула про то, что у тебя пьеса есть? Я что-то, когда он сам подошел к нам, перенервничала и решила сдуру, что так он нас больше ценить будет…
— Да ладно, забавно даже вышло, потом вспомнить будет что. И чисто технически — раз уж пьеса у меня уже есть, то я уже действительно и драматург тоже… он же журналист, сотрудник Кремля и так далее. Так что жаловаться ни на что не приходится. А так ты молодец, что не побежала к нему сама автограф просить. Видела, какая у человека реакция? Ему самому захотелось нам автограф дать, потому что мы себя достойно ведём и не пристаём. Вот так в жизни часто бывает: веди себя скромно — и тебе предложат и то, что ты не просил даже. А так, когда сами предлагают, по сути, получить автограф намного приятнее.
В общем, Миронов этим красивым жестом нам настроение, конечно, сильно поднял.
А вскоре нам с Галией смешно стало, когда совершенно неожиданно для всех болгарский посол вышел и сказал, что сейчас на основе приглашений, которые предъявят гости, будет разыграна лотерея с тремя призами: первый приз — японский аудиоцентр, второй — советский телевизор, и третий — болгарская магнитола.
Как тут задёргались все те граждане, кто у Андрея Миронова автограф взяли именно на приглашении в посольство! Тут же такое дело — и автограф дело не лишнее, и выиграть приз какой‑нибудь ценный тоже же очень хочется. Но если приглашение отдашь организаторам, чтобы сложили в ящик, откуда их будут случайным образом доставать, чтобы определить выигравших в лотерею, то не факт, что обратно его вернуть получится.
Галия тоже этот момент оценила. Так что мы с ней с иронией наблюдали за тем, как переживают те, кто взяли таким именно образом автографы у знаменитого актёра.
У них, конечно, первая мысль возникла, что надо в лотерее принять участие, а у Миронова новые автографы взять. Уже хоть на чём угодно, на любом клочке бумаги. Но, как обычно и бывает со звёздами, Миронов очень быстро с этого приёма уехал, вскоре после того, как с нами пообщался. Так что всё — поезд ушёл. Либо оставайся с автографом, либо принимай участие в розыгрыше дефицита.
Наше приглашение было чистеньким, так что мы его тут же в ящик для розыгрыша и положили без всяких колебаний — вместе с теми, кто никаких автографов не брал.
С некоторым удивлением обратил внимание на то, что иностранные дипломаты тоже очень охотно в лотерее участвуют. Казалось бы, им‑то зачем дефицитные товары? Они вполне себе хорошо зарабатывают, чтобы позволить себе купить всё что угодно — в разумных пределах, конечно.
Видел, что даже японский посол пошёл и своё приглашение положил. А вслед за ним это и посол Швейцарии сделал. Послы‑то уж точно очень неплохо зарабатывают, без всяких сомнений.
И болгары, что приглашения собирали, тоже совершенно нормально к этому отнеслись — словно так и надо. То есть, похоже, на дипломатическом приёме не так и важно, кто ты тут по статусу. Во всех увеселениях и лотереях все на равных вполне могут участвовать.
Выиграть мы, конечно, ничего не выиграли. Две сотни человек минимум на три приза пришлось. Впрочем, я никогда в жизни не верил в лотереи. Только на себя и свои усилия и стоит рассчитывать в этой жизни.
А первый приз посол Италии в итоге утащил…
Вернулись домой уставшие, но довольные. Вдоволь с Галией пообщались на приеме в этот раз. Не пришлось ей одной бродить, пока со мной кто-то все время разговаривает.
И еда, кстати, вполне себе пристойной оказалась. Болгарские дипломаты люди умные, так что блюд с брынзой было совсем немного. И около таких было специально указано, что это по рецептуре полностью блюда национальной болгарской кухни.
И на прощание они еще каждого гостя бутылкой белого вина одарили…
Вошли в квартиру, и Галия тут же начала с восторгом рассказывать Валентине Никаноровне, что мы Андрея Миронова встретили, и он к нам сам подошел. Посмеялись вместе и над тем, почему автограф дали «драматургу с супругой»
Отпустили Валентину Никаноровну, и минут через пять к нам зашли Аполлинария и Ахмад с сыном. Женщины тут же уединились с детьми в гостиной, а мы с Ахмадом прошли на кухню. Я уже понял, что он пришёл рассказать о своём кадровом решении.
— В общем, дал я добро заместителю министра на предложенную им должность. Он меня сразу и в кабинет мой новый отвёл. Ты знаешь, Паша, он всего лишь немного меньше размером, чем его собственный кабинет. Сказал, что я могу уже и вещи туда переносить, все кадровые формальности он сам в отделе кадров уладит, мне потом только в приказе о переводе нужно расписаться будет. Так что я сегодня вещи свои переносил из старого кабинета в новый и обустраивался.
— Ну что же, поздравляю, — ответил я. — Теперь у тебя точно не должно быть свободного времени для чтения художественной литературы в рабочее время.
— Да, заместитель министра мне уже накидал дел на завтрашний рабочий день, — с довольным видом кивнул Ахмад. — А ещё он на эту субботу пригласил меня с супругой к себе домой в гости, чтобы познакомиться. Хотел заранее с вами договориться, чтобы ребёнка вам подкинуть на это время.
— Да, конечно, — сказал я. — Просьба только за пару дней уточнить, в какое именно время пойдете, а то мы в субботу можем уже с Галией на стрельбище отправиться. Я ей ещё не говорил — это сюрприз будет. Но ничего страшного. В этом случае я просто Валентину Никаноровну попрошу ещё и с вашим Ринатом посидеть, кроме наших.
— Спасибо, Паша, за понимание, — с благодарным видом кивнул Ахмад. — Но если что не так, то скажи — мы тогда Аннушку попросим посидеть с ребёнком. Загит, не помню уже, дежурит в эту субботу или не дежурит, а она, по идее, точно должна быть дома.
  
Глава 3
 
Москва, квартира Ивлевых
Только гостей сверху проводил и начал дверь закрывать — лифт открывается, и вижу в нём Марата. Конечно, ясно, что к нам приехал, раз на этой площадке вышел, а не выше, где Загит живёт.
— О, здорово, — сказал я, пожимая ему руку. — Как раз тебя небольшой подарок с Кубы дожидается.
— Это что за подарок такой? — тут же заинтересовался Марат.
— Проходи, разувайся, сейчас выдам.
Тут и Галия подскочила на звуки знакомого голоса.
— Привет, братик! — обняла она его.
Прошли в гостиную, Марат с детьми поздоровался, подхватив каждого на руки и подкинув легонько. Ну а после этого я вручил ему кокос.
  
Марат долго с любопытством его изучал:
— И как его правильно есть?
— Ну, если будешь молоко из него пить — не все просто любители — то надо аккуратно его раскалывать над какой‑нибудь большой кружкой или миской из нержавейки. Ну и помыть сначала, конечно.
Да, Марат захотел отведать таинственный фрукт по полной программе. Попил он кокосовое молоко и скептически поджал губы: