Сказка о том, как Герда бежит за Каем (СИ)

— У моего отца другие заботы, — коротко ответил слизеринец.
Лицо Драко не выражало никакого сожаления, но оно затопило девушку вместо него. Гермиона помнила, каким взглядом смотрел на сына Люциус, когда на одном из начальных курсов его едва не убило бладжером, который, впрочем, целился в Гарри. Даже тогда, не зная, какие чувства мог у неё вызывать блондинистый мальчик на поле, она ощутила отвращение к Малфою-старшему. А сейчас и подавно.
— Разве ты не должна в данный момент быть в палатке у Поттера?
— Я уже виделась с Гарри, — спокойно сказала Гермиона, всё же решаясь подойти поближе, говоря себе, что вот так стоять и вести беседу, когда их разделяло несколько метров, было глупо. И зачем такой большой тент всего лишь для одной лавочки и пустой вешалки? — Ты не хочешь меня видеть? — ей хотелось убить себя за этот неуверенный вопрос, но сейчас она была на грани, чтобы вести какую-то игру.
Драко на секунду закрыл глаза, будто собираясь с мыслями или пытаясь найти в себе источник сил для продолжения беседы.
— Можешь побыть здесь, пока ты всё ещё хочешь меня видеть, — пробормотал он, и вряд ли она бы услышала, если бы они не были здесь одни. Гермиона нахмурилась. С чего бы ей не хотеть его видеть? Если он имел хотя бы десятую долю представления о том, что она к нему чувствует, то… — Ты здесь за чем-то конкретным? — Драко прервал поток её мыслей, наконец, повернувшись.
— Я пришла пожелать тебе удачи, — ответила Гермиона.
Она подошла к нему на нормальное расстояние. На расстояние обычного разговора двух людей. К удивлению, Гермиона поняла, что это непривычная для них дистанция. Они либо кричали друг на друга, стоя в разных концах комнаты, либо целовались, не оставляя между собой пространства даже для вдоха. Им почти никогда не удавалось нормально друг с другом говорить.
— Ты вроде как хочешь победы Поттера, нет? — усмехнулся Драко совершенно без тепла.
— Мне плевать на то, кто победит. Я хочу, чтоб вы оба были в безопасности, — кажется, Гермиона ненавидела эту дистанцию, поэтому подошла ближе. Возможно, ей чудилось, но создавалось впечатление, что с Драко что-то не так. Она молилась Мерлину, чтобы он выспался. Чтобы был готов. — У меня плохое предчувствие, Драко. И я не знаю, почему. Мне ужасно неспокойно.
На секунду его маска стёрлась, и он нахмурился. По лицу парня пробежала тень, но затем Малфой взял себя в руки и снисходительно вздохнул, как будто Гермиона донимала его мыслями, по важности сравнимыми с выбором цвета маникюра.
Совершенно глупый вопрос пронёсся в её голове: интересно, если бы Драко Малфой заводил отношения, он был бы тем типом парня, который помогает своей девушке с цветом лака, потому что она никак не может выбрать или же оставался бы недосягаемо холодным? Господи, какие глупости.
Внезапно Драко поднял правую руку, проведя большим пальцем по её губе. Как всегда.
— Это просто испытание, Грейнджер, — сказал он успокаивающе, и она открыла глаза, облизав губы.
— Драко, будь осторожен, — произнесла Гермиона и коснулась ладонью его лица.
Она опустила взгляд на губы парня и подумала, что пожалеет, если не сделает этого. Пусть потом будет больно, но за весь этот год Гермиона так привыкла к боли, что это её даже не пугало. Она скользнула рукой к его затылку, притягивая к себе. Он вообще не сопротивлялся.
Влажный тёплый поцелуй выбил из неё все мысли, действуя как наркоз. Ей стало спокойно. На пару секунд, но прямо сейчас, прямо в этот миг ей было спокойно. Гермиона зарылась пальцами в его волосы, притягивая к себе, становясь на носочки, желая стать ещё ближе. Когда Драко опустил руки ей на талию, привлекая к своему телу, места между ними не осталось вообще.
Это был чуть ли не первый раз, когда они просто целовались. Его ладони не опускались ниже поясницы девушки в желании сжать, шлёпнуть, возбудить её. Это был просто поцелуй, который ни один из них не прерывал.
Она погладила Драко по щекам и опустила ладони вниз, разведя в стороны края куртки и обняв его торс, чтобы стать с ним почти одним целым. Гермиона чувствовала вкус отчаяния на языке, когда он выдохнул ей в губы, прижимая крепче.
  
— Заканчивайте уже, — она вздрогнула, услышав недовольный голос. Разорвав поцелуй, Гермиона испуганно обернулась, увидев Забини на входе в палатку. Малфой тоже посмотрел в его сторону, но не отодвинулся от неё ни на сантиметр. Точно. Он же знает. — Сюда идёт Флитвик.
Драко коротко кивнул, и слизеринец скрылся, задвигая назад полотно тента.
— Тебе нужно идти, — наконец сказал Малфой.
Гермиона ненавидела своё разыгравшееся воображение, потому что ей не переставало казаться, что он прощается. Это просто испытание, Грейнджер. Просто. Испытание.
— Умоляю тебя, Драко, будь осторожен, — она в последний раз провела ладонями по его скулам. — Останься живым.
Они услышали шаги, и Драко толкнул её вправо, показывая щель между краями навеса с другой стороны. Гермиона выскользнула оттуда, как раз за пару секунд до того, как раздался задорный голос Флитвика, спрашивающий Малфоя о готовности.
***
— Главное, не нервничайте, всё уже готово, я уверен, вы имеете все шансы справиться на отлично… — лепетал Флитвик успокаивающие речи.
Профессор семенил впереди Драко, из-за чего ему приходилось почти плестись. Он вообще не понимал, зачем нужно было провожать его к стадиону школы, в которой он учился четыре года, но, видно, это какая-то очередная срань с почитанием традиций.
Когда они подошли к полю, стало видно, что оно изменилось до неузнаваемости. По всему периметру тянулась плотная живая изгородь высотой в двадцать футов. Прямо перед ними чернел вход в лабиринт, коридор внутри которого был образован густым кустарником и уходил в черноту. Малфой посмотрел на Флёр, она побелела при взгляде на эту картину.
Небо уже окрасилось первыми звёздами, когда к ним подошли чемпионы и их сопровождающие.
— Все в сборе? Отлично, значит… — Макгонагалл прошлась взглядом по всем, остановив строгие глаза на Драко. — Мистер Малфой, у вас все губы в помаде, — произнесла она с укором.
— Простите, не думал, что этот цвет мне настолько не к лицу, — сказал он нарочито невинно, проводя ладонью по губам и убирая остатки помады.
Женщина сжала губы, игнорируя сарказм и решая, что сейчас явно не время для нотаций.
— В лабиринте есть несколько выходов, возле них будут патрулировать дежурные учителя, — продолжила она, показывая на Хагрида, Флитвика и Грюма. — Если кто-нибудь попадёт в беду и почувствует, что требуется подмога, выстрелите в воздух красными искрами, и таким образом мы быстро найдём вас, чтобы помочь. Всё ясно?
Чемпионы кивнули, слыша нарастающий гомон с трибун.
— Тогда начнём! — восторженно подпрыгнул Бэгмен, и Драко едва не закатил глаза. Мужчина направил палочку на горло, применив Сонорус, и его голос тут же разлетелся по всему стадиону. — Леди и джентльмены! Третье и последнее испытание Турнира Трёх Волшебников начинается! Разрешите мне напомнить вам турнирное положение участников на сегодняшний день! Первое место между собой делят мистер Драко Малфой и мистер Гарри Поттер, оба — школа «Хогвартс», у каждого восемьдесят пять очков!
Крики громом взорвались на местах наблюдателей, и птицы, отдыхавшие на ветвях деревьев Запретного Леса, недовольно закричали, взмыв в небо.
— На втором месте мистер Виктор Крам, институт «Дурмстранг», восемьдесят очков! — теперь уже крики со стороны гостей заполнили стадион. — И на третьем месте мисс Флёр Делакур, академия «Шармбатон»!
Малфой выдохнул, чувствуя, как лёгкие наполняются едва прохладным ночным воздухом. Очистить голову. Заморозить чувства. Принять правильное решение.
— Итак, Гарри, Драко, начнёте по моему свистку! — обратился к чемпионам Хогвартса Бэгмен. — Три… два… один!
Он резко свистнул, и парни двинулись с места, заходя в лабиринт. Резкая тишина ударила по ушам, и Малфой обернулся. На лабиринте очевидно стояли заглушающие чары, потому что как только они ступили внутрь, любые звуки оборвались, как выключенный радиоприёмник. Общая тропинка тянулась метров двадцать, а затем виднелась развилка.