Сказка о том, как Герда бежит за Каем (СИ)

— Ты знаешь, что да, — она слышала лёгкие ноты раздражения в своём голосе, которые были смешаны с нетерпением, и повеселила его ещё больше.
Вдруг он отклонился на спинку дивана, отпуская её. Она сразу почувствовала холод, когда Малфой оказался дальше. Какого чёрта?
— Ты знаешь, как расстёгивается ремень, Грейнджер, — ответил он на её непонимающий взгляд, и она приоткрыла рот от неожиданности.
Это то, что Малфой делал — толкал её к грани, чтобы посмотреть, получится ли. Гермиона не отводила от него глаз, но по его выражению лица было видно, что слизеринец не шутил — он вообще не собирался ей помогать. Или так, или Драко просто не думал, что она реально станет. Нервозность курсировала по её нервам, и Гермиона замерла в нерешительности.
— Но ты… — она закусила губу, пытаясь сформулировать мысль, а он вообще не облегчал работу. Но затем Малфой всё же вновь склонил голову, кажется, немного смиловавшись над ней.
— Хочу ли я? — это был правильный вопрос, поэтому она просто ждала ответа. Он нагнулся, взял её руку и положил к себе на ширинку. — Ты бы знала, если бы попробовала.
Если бы сейчас у неё, как в детстве, спросили о супер-способности, которую ей хотелось иметь, она бы сказала, что желала бы силой заставлять себя переставать краснеть. Гермионе не хотелось, чтобы он видел стеснение, но чувствовала, как краска заливает её лицо. Конечно, она понимала, что Малфой хочет. Физически. Но было что-то ещё.
Он немного прикрыл глаза, когда она неосознанно провела по ширинке рукой, и глубоко вдохнул, не отодвигаясь. Такие его реакции действовали на неё, как импульс прямо по нервам.
— Ты такая красивая, Грейнджер, — вдруг произнёс он, склоняясь ещё немного ближе. — Особенно, когда краснеешь. Наверное поэтому я не могу перестать вести себя с тобой, как кретин, потому что мне нравится, как ты смущаешься.
Гермиона немного обескуражено выдохнула. Это было самое большое откровение, которое она от него слышала. Ты такая красивая. Эти слова всё ещё танцевали по её нейронам, заставляя всю комнату плыть. Он легко поцеловал девушку, немного всосав нижнюю губу, и отстранился чуть дальше. Ей хотелось ещё раз увидеть эту эмоцию у него на лице: когда удовольствие затапливало его ртутные радужки, делая черты жёстче, притягательней.
Гермиона расстегнула ремень парня, слыша, как с деревянным стуком с колен упала и покатилась по полу её палочка, но сейчас было не до неё. Драко приподнялся, помогая ей стащить с себя одежду, и наблюдал за ней. Она подняла его рубашку и увидела небольшой синяк слева, но даже если он и приносил болезненные ощущения, сейчас это мало беспокоило Малфоя. Гермиона склонилась и поцеловала его кожу вдоль косых мышц — у него по всему телу были разбросаны вот такие её любимые места.
— Драко, я не… — она выпрямилась, отрываясь от его живота.
— Я скажу тебе, — ответил он.
Девушка медленно опустила губы на его член и сразу же услышала вдох Драко. Ей нравилась его реакция, так что она села удобнее, чувствуя, как каждое движение её языка заставляет парня приподнимать бёдра.
— Да-да, вот так, — он рвано дышал, открыв глаза, и Гермиона ощущала на себе его взгляд. Возможно, она бы смутилась, но напряжение стучало по её вискам, абсолютно лишая любых чувств, кроме ощущений его удовольствия.
Он простонал, и Гермиона подняла на него взгляд, видя, что его губа опять покрылась кровью. Наверное, Малфой закусил её слишком сильно, пытаясь сдержаться. Это было ещё одной причиной наслаждения девушки — ей хотелось понимать, что ему нравится. Она точно знала, что Малфой её хочет, но такие реакции, как сейчас, когда он сминал одной рукой бордовую обивку дивана, а второй проводил пальцами по её щеке, делали Гермиону совершенно окрылённой. Ей казалось, что чем ниже она наклоняется, тем твёрже его естество становится, хотя, скорее всего, все мышцы на теле Драко оказались напряжены.
Сколько у него было девушек до? Сколько его пыталось впечатлить? Она силой вышвырнула эти мысли из головы. Ты такая красивая. Эти слова вынуждали Гермиону думать о том, какой он видит её на самом деле. Вдруг Малфой с шипением вобрал в себя воздух, немного дёрнувшись.
  
— Зубы, — объяснил он хриплым голосом, и она уже готова была извиниться, но, видимо, зная её достаточно хорошо, Драко покачал головой и нажал ей на затылок, опуская обратно.
Слизеринец вновь низко простонал, зажмурившись, и это опять придало Гермионе смелости. Боже, как вообще можно думать о том, чтобы держаться от него подальше? Хоть в какой-то момент? Сейчас это казалось просто тратой времени. Она знала, что возбуждение затопило её рассудок, но в данный момент Гермиона была готова сдаваться сколько угодно, сколько угодно показывать, что он на самом деле ей нужен, лишь бы вновь и вновь иметь возможность это ощущать.
Малфой протянул руку и аккуратно сжал её волосы в ладони, позаботившись о том, чтобы оставить пару прядок у лица. Ему нравилось, когда волосы девушки лезли ей на щёки, он давно это заметил. Она отклонилась, делая языком круг по его головке. Малфой был уверен, что ещё чуть-чуть, и если он не перестанет на неё смотреть, у него посыпятся искры из глаз, целый звездопад, но всё равно не мог оторвать свой взгляд.
— Расстегни блузку, — попросил Драко, потому что ему было нужно, чтобы она остановилась на секунду и потому что парень так сильно соскучился по её телу.
Гермиона на секунду растерялась, но потом потянулась пальцами к пуговицам, пока он продолжал держать её за волосы. Красные щёки, опухшие губы, заслезившиеся глаза. Блять, нужна больше, чем просто секунда, иначе я не выдержу.
— Да, вот так, — её блузка была расстёгнута до середины живота, и он видел, как бельё обхватывает грудь девушки. Драко закрыл глаза, когда она вернула свои губы на его член.
Малфой стиснул её волосы сильнее, заставляя Гермиону увеличить темп. Она слушалась, и это проносилось ещё одной волной по нему — осознание того, что Грейнджер сама хотела, её просто нужно было подтолкнуть. Он чувствовал, как в нём всё напрягается, и прикусил губу, заставляя себя не делать грубых движений, к которым Гермиона не привыкла.
— Мать твою, Грейнджер, — окончание слов пропадало, он едва ли мог звучать внятно, — расслабь горло, — велел Драко и вскинул бедра, погружаясь глубже.
Гермиона издала приглушённый стон, и последняя ниточка, которая удерживала его в этой реальности, треснула. Малфой знал, что, наверняка, его движения стали чересчур резкими, но контролировать это было слишком тяжело, поэтому он просто попытался не лишить её волос, когда держал за голову, поднимая бедра навстречу рту девушки. Вспышки лихорадки пронеслись по телу Драко, прямо к паху, когда он стонал какие-то слова, вперемешку с её именем, чувствуя, как она сжимает его бедро рукой, продолжая двигаться в том ритме, который задавала его ладонь на затылке.
— Ч-чёрт, чёрт, Грейнджер… — шептал Малфой, откидывая голову на спинку дивана и наконец чувствуя на языке привкус крови, к которому, впрочем, ему до сих пор не было никакого дела.
Он почти не осознавал реальность, когда она отодвинулась. Гермиона вытерла рот рукой и продолжила смотреть на то, как быстро поднимается и опускается его грудь, а лицо покрывается румянцем. Каждый раз ей казалось, что его внешность не может быть ещё более привлекательной, но… просто возмутительно.
Гермиона поднялась на ноги и, беззвучно призвав палочку, наколдовала себе стакан воды и полностью его осушила. Она слышала, как Драко двигается на диване, но не осмеливалась повернуться к нему. Девушка цедила воду по чуть-чуть, пока он не позвал её. Гермиона повернулась и увидела, как Малфой застегнул одежду, но всё ещё сидел, положив затылок на спинку дивана, лукаво прищурившись.
— Иди сюда, — произнёс Драко по-прежнему сиплым голосом.
Она сделала пару шагов вперёд и как только оказалась в поле его досягаемости, он протянул руку и повалил её на диван. Движения Драко были уверенными, но плавными, похожими на кошачьи. Гермиона помнила, что впервые подумала об этом, когда увидела, как Малфой играл в бильярд. Он был похож на породистого, но слишком обнаглевшего кота, над которым все тряслись от обожания и раздражения в абсолютно равной степени.