Сказка о том, как Герда бежит за Каем (СИ)

— А чего тогда Крауч взъелся на эльфийку за это? — наклонился Рон к столу с таким удовольствием, будто этот аргумент мог уделать Гермиону. — Значит, явно есть исключения!
— Да нет никаких исключений, — цокнула она языком, сложив руки на груди. — У Крауча не все дома, если он правда полагает, что бедная Винки могла хоть муху…
— Да вы можете оба помолчать или нет? — Гарри раздражённо перевёл взгляд от одного друга ко второму. — Я пытаюсь объяснить. Вы знаете, что у Крауча есть сын? Точнее, был.
— Был? — переспросил Рон, хотя они могли только по интонации догадаться о его вопросе, потому что рот Уизли оказался занят.
— Да, он умер в Азкабане, после того, как узнали, что он являлся Пожирателем Смерти.
— Что? — в один голос воскликнули Гермиона с Роном, и несколько людей обернулись к ним, так что Грейнджер миролюбиво им улыбнулась, чтобы те не вздумали подходить.
— Ага, — кивнул Гарри. — И отцовской любви Крауча хватило лишь на то, чтоб устроить суд над сыном, да и то, наверняка, это больше походило на представление того, насколько ему отвратительна мысль о тёмной магии. Ведь Сириуса он бросил в тюрьму, даже не разбираясь, — кончики пальцев Гарри побелели от злости, когда парень проговорил последнее предложение, и Гермиона сжала его плечо рукой.
— Поверить не могу… — растерянно произнёс Уизли. — Как же так получилось?
— А вот так, нужно чаще дома бывать, чтоб видеть, что за сын у тебя растёт, — фыркнула Гермиона. — Вон он даже на Турнире не появлялся! Кошмарная безответственность или что бы там ни было…
— О, об этом Нюхалз тоже говорил, — переключился Поттер, вспоминая новые детали разговора. — Газеты ведь пишут, что он заболел. Крауч. Он организовывал Чемпионат и не пришёл на игру, помните? Потом так корпел над Турниром и не явился на него. Нюхалз сказал, что может поклясться: Крауч ни разу не пропускал рабочий день из-за болезни.
— Думаешь, он врёт?
— Не знаю, Рон, — пожал плечами Поттер, — но, согласитесь, это странно.
— Мы можем написать Перси и спросить, как давно он видел своего начальника, — предложила Гермиона. — Хотя, честно скажу, после пропажи той Берты Джоркинс, которую до сих пор не бросились искать…
— Нюхалз сказал, что знал ту Берту, — встрял Гарри. — Говорил, что она хоть и не была наделена блестящим интеллектом, но с памятью проблем у неё не возникало, так что он не верит, что Джоркинс могла просто взять и забыть дорогу домой или испариться.
— Вот о том я и твержу, — Грейнджер зло разломала гренку на две части, осыпав свою тарелку крошками. — Люди не пропадают просто так, а Министерство всё талдычит, что нет никаких улик, свидетельствующих о том, что её похитили. С ума сойти!
Они молчали примерно минуту, вдумываясь в услышанное, пока Гермиона продолжала терзать кусок хлеба.
— В любом случае, он сказал, чтоб я не высовывался и как можно лучше подготовился к третьему туру, когда узнаю, что будет, — вздохнул Гарри, допивая свой чай.
— А написать Перси — хорошая идея! — выпалил Рон. — Сегодня же отправлю ему письмо с Сычиком.
Гермиона кивнула и, опомнившись, убрала палочкой бардак на столе, который сама же и развела. Сегодня ей кусок в горло не лез, так что она кое-как проглотила часть своего завтрака и подняла голову на привычный шелест крыльев сов.
— Клянусь, с каждой неделей они прилетают всё позже! — недовольно пробурчал Рон, будто ожидал письма как минимум от министра.
Перед Гермионой упал новый номер «Пророка» и несколько коробочек, которые она сразу же уничтожила взмахом палочки. Теперь девушка только так и поступала с непрошеными посылками, которые продолжали её преследовать. Но среди всех рекламных буклетов и вырезок Гермиона успела заметить два красных конверта, до которых она случайно дотронулась, но этого касания хватило, чтобы письма взлетели в воздух прямо перед её лицом.
— Что это за?…
— Громовещатели, — простонала Гермиона, и в следующий момент они начали визжать наперебой так громко, что точно слышал весь Большой зал.
— Ты гадкая девчонка! Ты не для Гарри Поттера! Убирайся к своим магглам! Ты не дос…
  
— Гарри и Виктор найдут кого-то лучше! Сварить бы тебя в жабьей икре, чтоб всё тело…
Они верещали, перекрикивая друг друга, и окончания этих проклятий было трудно разобрать. Не то чтобы Гермиона горела желанием слышать, чем заканчивалось послание с пожеланием ей свариться заживо. Люди начали поворачиваться на звук, и, поняв, что в этот раз ничего ужасного не произошло, принялись хихикать, а некоторые повторяли особо весёлые, по их мнению, отрывки. Гермиона залилась краской и сцепила зубы.
— Вот говорил же тебе: не зли эту Скитер! — Рон потянулся к одному из клочков бумаги. — «Я прочитала в «Ведьмином досуге» о том, как ты дурачишь Гарри Поттера, а он уже и так много натерпелся. В следующий раз я найду конверт побольше и пришлю тебе настоящее проклятие». Нет, такое никуда не годится, это уже прямые угрозы!
— Тебе нужно пойти к Дамблдору! — поддержал Гарри Рона, но Гермиона только раздражённо оттолкнула бумажки, упавшие кипой на тарелку.
— Ещё не хватало забивать голову Дамблдора этой ерундой, — Гермиона отбросила волосы с лица с такой силой, что едва не поцарапала себе бровь ногтем. — Поверить не могу, что кто-то клюёт на эту чушь, которую строчит Скитер. Ну, ничего, я ещё до неё доберусь…
Она подняла подбородок и встретилась взглядом с Малфоем. Его выражение лица было напряжённым, пока он медленно осматривал её, шерстя глазами по телу. После последнего подобного случая она оказалась в лазарете.
Гермиона задержала на нём взгляд дольше. Если бы это был не Малфой, она решила бы, что подобное разглядывание — проявление заботы, но когда дело доходило до Драко, ей всегда казалось, что её разум играет с ней, принимая желаемое за действительное.
Слизеринец отвернулся, слушая Забини, и она выдохнула, осознав, что всё это время не дышала.
***
Драко ещё раз перечитал письмо, прежде чем скомкать его и бросить в камин, как и было велено в постскриптуме.
— Это типа шифр? Что вообще за ахинея? — нахмурился Блейз, отступая от него и переводя глаза с вспыхнувшей бумаги между поленьями на Малфоя. — «Ты хотел ответов, я устрою тебе встречу с тем, кто даст тебе ответы». К кому он тебя отправляет?
— Мать твою, Блейз, я похож на Трелони? Откуда мне знать? — обернулся Драко к мулату, почувствовав раздражение, хотя оно быстро испарилось. Он получит ответы. Ответы, которые, наконец, смогут объяснить, какого хера происходит. Вот что важно. — Плевать, главное, чтоб это не была очередная уловка моего папочки.
— Он написал все эти инструкции, явно, чтоб отправить тебя куда-то. Разве переноситься с территории школы во время учёбы — не вне правил? — спросил Забини, садясь на кресло.
— А разве держать у себя в шкафу бутылки алкоголя — не вне правил? — фальшиво наивно спросил Малфой, подняв брови вверх.
— Это разные по тяжести проступки, и ты знаешь об этом.
Драко закатил глаза, показывая, что большего ответа друг не получит. Письмо уже давно стало кучей пепла, размазанной по камину, но он всё ещё смотрел туда, осмысливая.
— Во сколько тебе нужно там быть? — прищурил глаза Блейз.
— В пять.
— Пять утра, Салазар! Что за странное тяготение к ночным встречам? Честное слово, Люциус под подушкой держит маггловские детективы, — фыркнул он. — Клянусь, магглы настолько тупы, что почти в каждой книге им посреди ночи чешется спуститься в какой-то подвал, чтоб предоставить убийце максимально удобные условия.
— Маггловские детективы? — издевательски переспросил Малфой по слогам, зная, что потом ещё не раз припомнит другу это.
— Что? Моя маман их любит, а ты же знаешь, что на мужчин и книги у неё примерно одинаковый вкус, — скривился Забини, закидывая ноги на стол. — Ты будешь ложиться спать?
Драко одёрнул рукав рубашки, посмотрев на часы. Час ночи.
— Не думаю, — ответил он. — Вряд ли я усну.
— Не попадись Филчу на глаза. Он с прошлых выходных, когда Блетчли от него сбежал, точит зуб на всех слизеринцев, — предупредил Блейз. — Если старик тебя поймает, то живым не отпустит.