Не думай обо мне (СИ)

Силой мысли заставляю его заткнуться, а сам пытаюсь пробить в интернете школу, в которую ходит Комиссарова. Хотя эту конуру сложно назвать школой. Тем более школой актерского мастерства.
– Как там Владка поживает?
Власов выжидающе смотрит в мою сторону и скалится.
Отлично она поживает. Вчера, например, спор мне проиграла и из паиньки, как она себя называла, превратилась в кобру. Но, надо отдать ей должное, минут пять она держалась. Потом, наверное, с тараканами своими переругалась и понеслось.
– На диету села, – бурчу себе под нос, вспоминая, как она психовала, когда я сказал, что желание не сразу загадывать буду. Ныла, бухтела, а потом сама стала накидывать варианты, среди которых и было желание до конца месяца есть один сельдерей, кефиром его запивая.
Еще никогда мне не было так весело. Вру, утром было веселее. Комиссарова, оказывается, не любит в должниках ходить, поэтому она вскочила с петухами в надежде поскорее приговор свой услышать. Меня просто радовала мысль, что она бесится. Есть в этом что-то злорадно-кайфовое.
– На диету? Малышка растолстела?
Хочу сказать да, но в памяти тут же всплывает момент, в котором Влада стоит напротив меня в мокром купальнике, а по ее коже стекают капли воды. Ее вид бесил, но оторвать взгляд было невозможно.
– Без понятия. Я ее не рассматривал.
Если из-за вранья и правда язык отсыхает, то я вскоре я стану немым. Комиссарова любого до греха доведет.
Есть у нее такой талант.
И еще умение проникать в голову, поражая каждую клетку мозга. Как бы ни старался, все мысли к ней возвращаются.
– Я рассмотрю! – подскакивает Яр. – Не будь засранцем, позови в гости.
Не хочется таким быть, но, видимо, придется.
Комиссарова под моей ответственностью. Зная Власова, это может закончиться…
Ничем.
Потому что пускать все на самотек я не собираюсь.
Когда она съедет, они могут хоть хомячка завести, сейчас же дурью маяться запрещено.
Гость, блин, чертов.
– Если ты собрался…
Стук в дверь прерывает мою фразу, и приходится переключиться на вошедшую ассистентку.
– Артём Юрьевич, к вам девушка пришла. Говорит, что по личному вопросу.
Юля мнется на месте, а мое подсознание уже подсказывает, кто стоит за дверью.
– Передай, пусть ждет.
Не думал, что Комиссарова и сюда заявится. То, что именно она пришла, сомнений не было. Уверен, по дороге сюда она уже обглодала свои локти.
Как интересно.
– Она говорит…
– Она подождет.
У нее выбора нет.
– Так, Козловский, я тебе не маршрутка, ждать не буду! – с криком фурия влетает в кабинет. – Чего ты цену себе набиваешь? Ой. Привет, Ярик.
Да чтоб тебя.
  
17.
 
– Комиссарова, выйди, – рычит мой палач, и я замечаю, как сжимаются его кулаки. – И жди за дверью.
Ух. Злюка.
С видом блаженной идиотки не двигаюсь с места, давая понять, что ему легче бульдозер вызвать, чем одним рыком заставить меня уйти. Он же это понимает?
Вряд ли.
По взгляду вижу, надеется, что убегу. Ноздри раздулись, а на лице улыбка Пеннивайза. Почему Артём и сейчас кажется мне милым?
Господи, приведи меня в чувство.
– Я под твоей дверью минут десять сидела и терпела убийственный взор этого цербера в юбке.
– Простите, но… – перебивает меня красноволосая.
– Не прощу. Она даже кофе не предложила, и я слышала, как она меня дурой сумасшедшей назвала. Что? – спрашиваю, когда цербер, краснея, ойкает. – У меня хороший слух. И он усиливается в те моменты, когда меня оскорбляют.
Уголок верхней губы Козловского ползет вверх.
Смешно ему?
– Юль, принеси кофе, – выдыхая, словно смирился с происходящим, приказывает Артём.
– Без сахара. Я на диете, – провожаю девку взглядом и только потом вспоминаю про свидетеля нашей стычки. – Ярик, а ты сам со мной здороваться не хочешь или тебя молчать заставили?
Власов совсем не изменился. Все тот же симпатичный плохиш с дьявольским огоньком в глазах.
Вот если бы я в него тогда влюбилась, все сложилось бы по-другому. Конечно, и Яр бы меня послал, но точно сделал бы это в своем веселом репертуаре. Считай, мое сердце и самооценка не пострадали бы.
 
– Я язык свой жую, чтобы под горячую руку не попасть. Малявка, неужели это и правда ты? – слышу насмешливый голос. – Обалдеть. Я в шоке. Дружище, а ты чего не сказал, что она такая…
– Болтать не надоело? Мы здесь работаем, если вы забыли.
Игнорирую выпад Козловского, обнимаю его друга.
Он хотя бы рад меня видеть, в отличие от некоторых громил.
– Никогда не понимала, как вы можете дружить, если вы такие разные. Ярик, тебя точно не заставляют? Моргни, если да, и я тебя спасу.
– Ты зачем пришла?
Артём смотрит так, будто из-за меня весь мир на карантин закрыли.
– Ключи потеряла, – без приглашения сажусь в его кресло. – Домой попасть не смогла.
– Отлично! – ликует Яр. – Так бы мы с тобой нескоро встретились.
Киваю ему.
– Ты ключи потеряла? Комиссарова, почему я не удивлен?
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Я же не специально. Думаешь, мне самой хотелось сначала под одной дверью куковать, потом под другой, а после так вообще тете Наде звонить и адрес твоей работы выпрашивать. Женщина подумала, что ты меня довел и я решила прибить тебя на рабочем месте.
– Брейк, ребятки. Выдохните, иначе весь офис взлетит на воздух.
Чего?
Пф-ф-ф.
Власов подумал, что мы ругаемся? Эх, не видел он еще наших обычных стычек.
– Слышал, Тём? Офис взлетит. Пуф, и мы в открытом космосе.
– Кто-то высоты боится.
Чего он начинает? Или вспомнил, как я на него запрыгнула?
– А кто-то шуток не понимает, – бурчу под нос, разворачиваясь к Власову. – Ярик, если ты знал, что я приехала, чего в гости не заехал?
– Вчера хотел, никого дома не было. Может, хоть ты расскажешь, где вас носило? Тёмыч молчит как партизан.
Интересно, почему Козловский не рассказал другу о нашей поездке в кафе?
Постыдился? Типа, стремно ему рассказывать кому-то, что он со мной за одним столом сидел?
– Да и вообще, – продолжал Ярик, – после твоего приезда он странно себя ведет. Злится постоянно, ворчит как старый дед. Что ты с ним сделала?
Я?
– Яр, заткнись.
– Вот об этом я и говорю. Как ты с ним живешь?
– Меня все устраивает, – протянула я. Боже! Что я несу? – В смысле привыкла.
Губы Артёма дрогнули в усмешке.
Черт.
Он услышал.
– Значит, привыкла?
И снова от его взгляда щеки краснеют.
– У меня выбора не было. Ты же в курсе моей ситуации.
Я даже не знаю, почему начинаю оправдываться. И мне понравилось, как Артём на меня посмотрел.
– В курсе.
– Хочешь сказать, что сам ко мне не привык?
Ага. Давай, соври.
– Слушайте, а может, выпьем кофе на первом этаже? – не вовремя напоминает о себе Яр. – Там как раз сразу договоримся, куда вечером пойдем. Влада, ты же составишь мне компанию?
Что?
Идти куда-то с Яром? А Артём? Он в списке приглашенных?
Впрочем, мне-то какая разница? Я и без Козловского личность самостоятельная.
– Конечно. Разве от такого предложения отказываются?
Не отказываются. Тем более, если Артём захочет, он сам себя сможет пригласить.
Не пойму, кто зубами клацнул?
Точно не я. Власов улыбается. Значит…
– Она не пойдет.
  
18.
 
А чего он за меня решает?
В голову сразу же полезли мысли, вселяющие надежду, что Козловский ревнует.
Запрещает не потому, что его просили присматривать за мной, а из-за того, что он просто не хочет, чтобы я была с кем-то другим?
Девичья фантазия – зло. Хуже нее только чума.
– И почему она не пойдет? – спрашиваю, смотря на Артёма, возомнившего себя командиром галактики.
 
– У нее дела, – с тем же холодом в голосе отвечает парень. – Сама об этом говорила.