З.П.И.С.П.Ю.Ш. Фантасмагория Часть 2
Борис Конофальский
З.П.И.С.П.Ю.Ш. Фантасмагория Часть 2
Забавные, а порой и страшные приключения юного шиноби Ратибора Свиньина.
Фантасмагория
Часть вторая
ТАРАКАНИЙ МЁД
Внимание, все события и персонажи в книге вымышлены, а совпадения случайны. К тому же вещица получается злая, и посему рукопожатным людям, людям со светлыми лицами и людям с тонкой душевной организацией книга к прочтению категорически не рекомендуется!
П. С. А ещё в произведении полно плохих стихов. Так что, дорогие мои… На свой страх и риск, на свой страх и риск.
Глава 1
Ну, что ж… Идя по не очень хорошо убранным коридорам и лестницам, стуча деревянными сандалиями по побитому кафелю, он делал вид, что серьезен и собран, ну, это на тот случай, если за ним следят какие-нибудь внимательные глаза, хотя в душе юноша заговорщицки улыбался самому себе и потирал в злорадстве руки. Ну да, ну да… Пока всё шло по плану. И никак не выбивалось из тех предположений и прогнозов, которые ему озвучили умные люди перед самым выездом на это задание. Ратибор прекрасно помнил те наставления:
«Они будут затягивать дело». – И представители местного семейства действительно тянули как могли. «Будут пакостить по мелочи». – И с этим господа из дома Эндельман не стеснялись. «Будут оказывать давление, пытаться оскорбить, вывести из равновесия». – И это было… «Будут следить за каждым шагом». – Следят, юный шиноби в этом не сомневался ни секунды. В общем, ничего неожиданного, пока что, не происходило.
– Они могут отказать вам в доступе к телу усопшего и тогда вы просто уедете оттуда… – Вспоминал он. – Ну… Или они решатся на крайние меры, но в подобном случае вы об это не узнаете.
– Не узнаю? – удивился Свиньин. – Но почему же?
– Если они решатся на что-то радикальное, вы умрёте очень быстро, скорее всего во сне, так что вам не о чем беспокоиться. – Успокоили его заказчики.
«Скорее всего во сне… Ну, слава Богу».
В общем он был окрылён нелегкой, но плодотворной беседой с раввинами. Тем более, что управдом был уверен, что совет, или скорее, собеседование, прошло… Неплохо… И пока бородатые мудрецы, знатоки талмуда будут принимать решение, он может немножко отдохнуть. Признаться этот совет оказался для юноши не таким уж и простым, каким поначалу он его себе представлял. Уж больно пылкими и въедливыми оказались ревнители дома Эндельман, уж больно упорны они были в своём желании вывести хитрого гоя, этого юного убийцу, на чистую воду. Мудрецы словно соревновались перед друг другом в своём рвении. Но Ратибор с самого начала понимал, что решение всё-таки, будут принимать не эти учёные люди. Решение вопроса о допуске шиноби в святая святых дома Эндельман, в нижние этажи, в прохладные подвалы, конечно же будет принимать тот человек, которой до сих пор себя ещё никак не проявил, не показал себя юноше, но который, безусловно, с самого появления здесь Свиньина, неотрывно за ним следит. И которому мамаша Эндельман доверяла, как никому другому.
***
Путь, бесконечный путь, болота, дороги, придорожная грязь и промокшие онучи. А ещё клинки, яды и засады, ненависть и удары исподтишка – вот удел шиноби. А в награду лишь пригоршня монет, не так уж и много за все его усилия…
Он пережил нелёгкие минуты на совете, и напряжение пережитое там, в молодом организме легко преобразилось в голод. И посему, выйдя из дворца фамилии Эндельман, он собрался пойти в город, и там перекусить, но перед этим решил поменять кто-что в своём костюме. Так как предполагал задержаться в городе до вечера… А может быть и до ночи.
Он думал, что Муми, ждёт его «дома» одна, Свиньин собирался заскочить туда всего на минутку, но у дверей его дома, под козырьком крыльца, шиноби ещё издали, разглядел через дождь, крупную фиолетовую голову на худом и сутулом тельце. Президент
всех свободолюбивых пытмарков Лиля…
«Опять она… Не долгою была разлука, а обещала мне явиться к ночи. А, впрочем, может быть, визит её придётся, кстати. Обед отложим, ради дел насущных, вести беседы будем натощак».
Она тоже увидала его и когда шиноби приблизился, то помахала ему рукой:
– От всех пытмарков земли Эндельман и от меня лично, вам пламенный привет… Ту фаер хай.
– Мне снова видеть вас приятно, и пусть расстались мы совсем недавно, отрадно сердцу появление ваше, – заверил её Ратибор. Он зашёл под козырёк крыльца и учтиво поклонился ей. – Вы как всегда милы, и красок ярких, в обычный, серый дождь добавили немного.
– Ой, ну чего вы… – Засмущалась Лиля. И неожиданно дёрнула головой, словно хотела кивком поправить чёлку. У неё были ямочки на щеках. Такая милашка… Глядя на неё и не подумаешь, что вот это вот существо неопределённого пола, и с местоимением «оно», совсем недавно, после допросов и пыток, без всякой жалости отправила группу революционных лесбиянок и их приспешников в биобаки на переработку. – А я тут как раз ту ран по делам мимо вашего дома, и подумала, может зайду… – Она в смущении тискала в руках какую-то, видавшую виды, тетрадь. – Ну, вдруг вы уже освободились от важных дел.
– Брешет она, ту лай, – донеслось из-за двери, голос был сдавленный, кто-то из дома, в щёлочку меж косяком и дверью, шёпотом пытался донести до Свиньина правду. – Она тут уже полчаса торчит. Ломилась ин дор, так я ей не открыла. А она не ушла…
Не только шиноби это услышал, президент всех свободных пытмарков тоже услышала правду о себе, и кажется уши над её «туннелями», немного покраснели и она поморщилась как от чего-то противного. Но на Ратибора слова из-за двери не произвели никакого впечатления, и он вполне радушно и с галантными жестом произнёс:
– Надеюсь я, что сей приятный случай, визитом вашим обернётся долгим. И времени у нас изрядно будет, чтобы как следует общеньем насладиться.
– Ой, ну я просто не могу… – Президент пытмарков закатывает глаза, – вы так разговариваете, я бы листен энд листен ту ю.
И после этого наконец заходит в дверь, услужливо и галантно распахнутую перед нею юным шиноби.
Струны сямисэна, тёплое сакэ, у гейши
Тонкие пальцы и нежный голос. Она
Знает много красивых стихов. Вечер
Будет тихий… Долгий…
Муми тут деваться было некуда, и она стала прислуживать господину посланнику и президентке. Наконец они расселись и тогда Ратибор говорит:
– Я вашему визиту рад безмерно, вот только к нему я оказался не готов, мне угостить вас абсолютно нечем, хотя бокал игристого вина, в сей день туманный и дождливый, пришёлся бы сейчас, как никогда.
– Хе… – Негромко хмыкнула Муми, за стулом Свиньина. И потом, склонясь к нему, зашептала в ухо. – Да какое ей вино, вы на лупыдры её гляньте, там зрачков не видно, она серым грибом закинулась, ей не до вина.
– Ой, да ладно, – махнула рукой Лиля. – Мне и без вина норм. Ай эм окей.
У неё и вправду были странные зрачки, и президентка немного дёргалась время от времени, но улыбалась при этом. И тогда Свиньин перешёл к делу:
– Сдаётся мне визит ваш не случаен, явились вы ко мне с каким-то делом, в руках у вас тетрадь я вижу и, кажется, она здесь не случайно.
– А, ну…. – Лиля немного смущается. Но потом находит в себе силы. – Окей, вы тут как-то назвали меня коллегой… Ну, я тут ту синк, что мэй би, я почитаю вам свои стихи… Ну, вы как рил мэн мне может, что-то подскажите… Ту рекоменд насчёт них…
– Послушаю, послушаю конечно. Я с нетерпеньем жду, скорее начинайте.
– Ой, – президентка смущается ещё больше, она раскрывает тетрадь и глядя в неё своими изменёнными зрачками лихорадочно листает страницы: не то! Не то! Опять не то! Наконец ей попадается что-то нужное: – Ну, вот… – Она пару раз хлопает себя по груди, потом откашливается. И говорит сама себе. Донт ворри Лили, донт ворри. – Она бросает на шиноби пронзительный взгляд и поясняет. – Это очень личное… Это воспоминание о моей первой любви.