Светлые Атавизмы

Я, чуть замедлив шаг, стала внимательно осматривать площадь, надеясь наткнуться на прогалину, где мог поместиться невидимый эласмотерий. Нигде не было места даже яблоку упасть, не говоря уже о достаточно крупном животном. Но зато чуть впереди я заприметила Тошку.
Она с волнением на меня оглядывалась, сжимая в руках небольшую походный мешок. Я показала ей кивком в обратную сторону, чтобы нира шла во дворец и там меня дожидалась.
  
С каждым шагом ощущая, что мне становится всё жарче, я подумала, что не хочу раньше времени изжариться. Развязав последнюю завязку, распахнула плащ, не снимая и надеясь, что в любой момент смогу его накинуть.
Но тут за плащ кто-то резко дёрнул, сорвав его с моих плеч. Обернувшись, я увидела, как один из сопровождавших меня эрлов издевательски скомкал плащ и кинул в защиту. Тот за секунду сгорел, не оставив мне и шанса на спасение.
Скоморохи прекратили играть и остановились, пытаясь понять, что произошло и почему я стою без плаща, в одном слипшемся от пота платье.
– Правильно, нечего прикрываться, если решила выйти замуж за правителя! – выкрикивали из толпы эрлы.
– Да, пусть докажет, что в ней есть кровь айли! – кричали белобрысые женщины.
– Она же вся сгорит?! – услышала я возмущённый возглас Агнии, и мне почудилось, что в нём я как раз расслышала волнение.
Сдвинув брови, я взглянула на сорвавшего с меня плащ эрла, но определить, кто передо мной, не могла, поэтому просто вопросительно кивнула. Скрытый под магическим плащом махнул мне рукой, указывая: мол, что стоишь, давай, продолжай движение.
Я резко отвернулась, не собираясь открывать эрлам, что трушу. Моё сердце давно уже отбивало свой ритм где-то в пятках, а ноги я передвигала лишь потому, что не привыкла показывать никому своей слабости. Конечно, была затаённая надежда, что, укрываясь плащом с созданной мейстами нитью, я смогу пройти магический барьер. Но тот, кто его демонстративно уничтожил, невольно меня спас, и я не совершила глупости.
Улицу уже начало заливать красным светом, вокруг многие открывали зонты, сберегающие от излучения, а сопровождавшие нас весь путь возгласы стихли. Все затаили дыхание, ожидая, что вот-вот наступит долгожданная развязка. Колени затряслись сильнее от охватившего меня страха, и я решила продолжить движение.
«Мне нарисованные девушки указывали на горизонт, пытаясь объяснить, что, как я увижу яркий круг, мне надлежит опростоволоситься! По-простому говоря, снять с себя косынку». – Я подняла руку, нащупав невидимую для всех ткань, и приготовилась.
На улице воцарилась такая тишина, что её можно было резать и складывать в стопку по кирпичику. Я ощущала на себе сотни взглядов, которые ждали, чем всё это кончится. Сзади тяжело дышали сопровождающие меня эрлы, а под помостом я уловила знакомый мне ритм биения сердца эласмотерия. Удивлённо взглянув себе под ноги, я поняла, что умное животное всё это время передвигалось под нами.
С каждым мгновением я чувствовала, что воздух раскаляется, и лучи вот-вот попадут на помост, где застыла в ожидании наша процессия.
Собравшись с духом, я в очередной раз вспомнила надпись на Оманской пороховнице: «Раз уж смерть неизбежна, стыдно быть трусом!»
Увидев, как лучи разрезали небосклон, проявив мне очертания величественного здания с острым шпилем, торчащим из него, словно трёхгранный обелиск, я стянула с себя косынку.
 
Глава 6
 
Улица разразилась удивлённым гулом, когда по моим распущенным кудрявым волосам заструился красный свет. Но, вопреки всем ожиданиям, он не поджигал, а переливался.
– О, великий Бельфегор, я не могу поверить в то, что вижу! – скрипучим голосом воскликнула пожилая женщина. – Неужто я дожила до возвращения светлой магии?!
– Чего это она не горит? – спросила у товарок белобрысая девица, скрывающаяся под двумя зонтиками.
– Наверное, что-то пошло не по плану, вот и сорвали представление, – ответила ей торговка, которая так и не смогла протиснуться через толпу со своей тележкой.
А я, завязывая зелёный платок на руке, чтобы не потерялся, с интересом разглядывала мир, который, как мне казалось, изменился. Путь теперь представлял собой не помост, а светящуюся и ведущую вверх лестницу.
Я запрокинула голову и увидела полупрозрачное сооружение, смутно напоминающее храм, разрисованный рунами. Кованые ворота были закрыты, но в центре них я рассмотрела барельеф с изображением большой кошки или кота с хвостом, который раздваивался.
«Очень похоже на приснившееся мне как-то животное, сидевшее на противоположном берегу», – вспомнила я свой сон про белое озеро и тут же потеряла дар речи. Полупрозрачный храм открывал мне вид снизу, и я поняла, что во дворе есть небольшое озеро.
Я, будто под наваждением, не понимая, что творю, шагнула на полупрозрачную светящуюся лестницу. Преодолев одну ступеньку, шагнула на вторую, запрокинув голову, глядя только вверх и стремясь попасть за ворота. Толпа разразилась восклицаниями и окриками, а я продолжала подниматься.
– Стой! – выкрикнул один из сопровождавших меня эрлов.
А второй, схватив меня за подол, дёрнул так, что я сверзилась со ступенек. Он вовремя успел меня подхватить, а затем, аккуратно поставив на ноги, поинтересовался неузнаваемым голосом:
– Ты что, видишь храм?
– Ваши плащи скрывают не только внешность, но и голос? – ответила я вопросом на вопрос, будучи ошеломлена этим открытием.
– Да, это было условие тех, кто был против идти вместе, – объяснил эрл, а я заметила на поле его плаща разорванную нить, – значит, это он не дал мне слететь с помоста.
– Ты не ответила, на вопрос, – напомнил мне кто-то неузнаваемый.
– Ты ещё поинтересуйся, чего это я не горю, а то все зеваки собрались ради жареного, – с издёвкой ответила я эргу, надеясь, что после этой грубости он отстанет от меня.
– Ты видишь храм? – потребовал подошедший к нам эрл, схватив мою руку. – Ответь нам! Это очень важно!
Я, выдернув руку отошла назад и, чтобы прекратить допрос, коротко объяснила:
– Да, вижу, но он полупрозрачный и находится за коваными воротами, – вновь подняв голову, я с облегчением осознала, что наваждение прошло, и сейчас я могу спокойно смотреть на озеро.
– Где храм? – чуть ли не захлебнулся словами ещё один, вопрошая истерично. – Ты должна показать мне его, я всю жизнь на это рассчитывал.
– Ёля, ты понимаешь наш язык? – удивлённо поинтересовался эрл с порванным плащам.
– О да! Я уже наслушалась достаточно и поняла, что большая часть толпы думает – это простое представление, – ответила я, оглядывая притихший народ, который пристально наблюдал за всем, что происходило на помосте.
– Так где храм? – спросили у меня, слегка подёргав мои волосы, как когда-то делал Леонид на лекции. Я обернулась и увидела позади себя эрлов в одинаковых плащах, похожих на привидения.
– Он перед вами! – констатировала я, указав пальцем вверх. – Вы только что сдёрнули меня с лестницы, ведущей к воротам.
Мужчины дружно запрокинули головы, скрытые под капюшонами. За ними движение повторили скоморохи, а следом – и обступившая помост толпа. А я по блуждающим глазам и вопросительным возгласам поняла, что явившееся в лучах Ярила чудо в виде храма вижу, собственно, только я.
«Ха! Может, я с каким-то артефактом действительно впитала магию вымершего племени?!» – предположила я, внимательно разглядывая висящее в воздухе сооружение, но тут, опять почувствовав охватывающее меня наваждение, отступила.
«Не, не, туда мне точно не надо. Тем более, я уже получила всё, что требуется, чтобы самостоятельно провести исследование», – сказала я себе, отворачиваясь.
  
Но, наверное, что-то почувствовав, один из сопровождавших схватил меня за руку и, развернув к себе, безапелляционно заявил:
– Ты должна провести меня туда, и тогда мы с тобою поженимся.
Я, опешив от наглости, пару раз глупо моргнула, придумывая, как бы позаковыристей его послать, да так, чтобы он посильнее обиделся.