Самое королевское убийство
Лицо Артура выражало чистую панику. Если он и собирался стать преступником, то задатков у него явно не было. Королева продолжила:
– В воскресенье я намереваюсь посетить утреннюю службу во Флитчеме. Офицеры королевской охраны всегда очень тщательно обыскивают помещение перед визитом монарха. Если в церкви оставят анонимный пакет – его обнаружат. Я думаю, он должен вернуться в ту сумку, под надежную охрану полиции, где он никому не навредит, – закончила она. – Как ты считаешь?
Артур кивнул.
– Я предпочитаю давать людям второй шанс, но не третий. Рада, что мы поболтали, Артур.
Он несколько секунд бессловесно хлопал глазами, а потом, едва поклонившись, пулей вылетел во двор.
– И что, он так и сделает? – спросила Рози.
Они должны были обсуждать график королевы. Рози обратила внимание на некоторые интересные пункты в расписании. Но, как случалось с ними достаточно часто, разговор ушел в сторону.
– Посмотрим. Может, я вообще ошибаюсь, – ответила королева. – Может, он просто выслушал меня из вежливости. Но я так не думаю.
– Я просто не могу поверить…
Рози постаралась, чтобы ее тон был как можно более уважительным, но закончить предложение не смогла. Королева понимала: она не может поверить, что кто‐то готов спустить с рук работнику кражу пакета с наркотиками.
– Если я права насчет него, если пакет найдут при нем, то его карьере конец. Из него неплохой грум и весьма паршивый преступник. Я действительно не думаю, что это была идея Артура.
– Если его кто‐то науськал, – сказала Рози, – не будет ли этот кто‐то возражать против того, чтобы пакет оказался в руках полиции?
Королеве пришло в голову и это соображение.
– Артур может сказать правду – что у него не было выбора. И в самом деле, никто ничего не теряет, наркотики ведь обнаружили случайно. Но я определенно не хочу, чтобы они оставались в руках одного из моих работников.
– Да, мэм. Понимаю.
– Надеюсь, ему хватит ума стереть свои отпечатки. В любом случае, довольно об Артуре. Как твои успехи?
– У Кэти для нас хорошие новости, – доложила Рози.
– Прекрасно.
– Она попыталась пробиться в больницу к миссис Распберри, но это невозможно. Джуди лежит в спецпалате, посетителей жестко контролируют. Пока что она в относительной безопасности.
– Слава богу. Что еще?
– Я и сама немного продвинулась. Правда, не в ту сторону, что вам хотелось бы, мэм.
– Да?
Рози пришло в голову, что в последнее время это стало частым явлением. Она рассказала королеве об обнаруженной вмятине на “фрилэндере”. И затем описала Джулиана Кэссиди, практически в винной коме, на полу гостиной в окружении пустых бутылок.
– Бобовый счетовод Кэссиди?
– Так точно, мэм.
Королева попыталась уложить в голове новости. Как снег на голову. Целый сугроб. Какое отношение он имеет к Джуди Распберри? Вот уж на чей счет она не имела никаких подозрений. И еще бутылки…
– Ты сообщила кому‐то? Про машину? – спросила королева.
– Нет смысла, – ответила Рози. – Полиция уже в курсе. Он не так глуп. Я выяснила, что он сам написал заявление. Сказал, что сбил оленя, выпрыгнувшего прямо перед ним на дороге к Манкастеру, врезался из‐за этого в дерево. Вторая авария, правда, подтверждается. Хелена Фишер за него поручилась. Она утверждает, что ехала в обратную сторону и видела, как все произошло. Полицейские даже позвонили куда‐то, чтобы оленя отыскали и гуманно усыпили.
– Я так полагаю, животное не нашли, – сказала королева.
– Не нашли, мэм.
– Ты видела повреждения. Как тебе кажется, насколько правдоподобна версия Кэссиди?
Рози вздохнула:
– Достаточно правдоподобна. Хотя я не верю.
– И он пьет?
– Много. И часто. За одну ночь столько не выпьешь.
Королева скривила лицо:
– Сначала перепалка с Недом. Теперь вино. А у нас были такие большие надежды на бобового счетовода.
– Если он и сбил миссис Распберри, то я не вижу, как он мог бы сделать это специально.
– Хмм. Не в одиночку, это уж точно.
И при этом он пытается упиться до смерти. Королева вспомнила юного Артура: еще один безнадежный преступник, не находящий себе места. И все же, зачем бы Кэссиди так поступать?
– Еще кое‐что, мэм. Касательно Хелены Фишер.
– Ммм?
– Вчера полиция нашла в ее поместье закопанный труп дикого кабана. Он получил заряд из винтовки ровнехонько между глаз.
– Один из недовских? – спросила королева. – Я так понимаю, его кабаны пропали.
– Похоже, что они сбежали в манкастерские леса. Хелена Фишер говорит, что гуляла с собаками, одна из них как‐то потревожила кабана – пес не пережил стычки.
– Кокапу, – тихо проговорила королева.
– Хелена беспокоилась за остальных. И за себя. Она признала, что попросила мистера Кэссиди помочь, так как муж был в отъезде, и Кэссиди оказался первым человеком с винтовкой, которого она вспомнила. Судя по всему, они вместе загнали кабана на следующий же день. Я знаю, что Кэссиди это по силам – и не так уж много людей, о которых можно с уверенностью такое сказать.
– Почему она просто не сказала Неду забрать животных к себе?
– Говорит, не верила, что он не упустит их опять. Добрососедские отношения дали трещину. Она была зла и расстроена и сделала первое, что пришло ей в голову. По крайней мере, так говорит. Кэссиди подтверждает ее историю.
– Два сапога пара, Хелена и Джулиан, – задумчиво отозвалась королева.
Глава 19
Кслову о пустых бутылках: вечером в Сандрингеме гости славно повеселились. После завтрака на следующее утро, пока многие жители дома еще отсыпались, королева пошла выгулять собак и поразмыслить. Обычно для этой цели подходил обход озер. Озера были небольшими – скорее даже крупные пруды, – и их украшали островки, рокарии и богатая растительность, так что глазу всегда было на чем остановиться. Ее прадедушка однажды сказал, что, если бы не родился королем, с удовольствием посвятил бы себя садово-парковому искусству. Королева не разделяла эту мечту, но подумала, какая это, должно быть, приятная работа: большую часть времени проводишь на свежем воздухе, в окружении природы, создавая что‐то руками. Ей еще не доводилось встречать садовника, чье общество было бы ей неприятно.
Вчера она спросила миссис Мэддокс, не ходят ли слухи о миссис Фишер и бобовом счетоводе. Астрид Вестовер говорила, что “ужасный мужчина из Манкастера” угрожал Неду после гибели пса миссис Фишер. Тогда королева предположила, что Астрид намекает на Мэтта Фишера, но теперь она задавалась вопросом, не был ли “ужасным мужчиной” Кэссиди и не имела ли в виду Астрид ту драку на парковке, о которой упоминал сэр Саймон. Застрелить кабана, а затем угрожать человеку, потому что животное стало причиной смерти собаки жены вашего бывшего работодателя, – весьма острая эмоциональная реакция. Затем спрятать помятую машину и заставить ту же жену бывшего работодателя подтвердить вашу версию событий на дороге. Королева начинала смотреть на Кэссиди по‐новому.
Экономка с готовностью подтвердила подозрения королевы. Если верить манкастерской прислуге, роман начался летом. Судя по всему, это была месть супруги за связь мистера Фишера с арт-консультанткой. Королева пожалела о том, что упускает столько деревенских сплетен, находясь в Лондоне. Хотя, конечно, столица тоже была фабрикой слухов.
Итак, Кэссиди и миссис Фишер были не просто знакомыми. Должно быть, именно Кэссиди угрожал Неду из‐за бедного кокапу. Королева также вспоминала о собаках Неда и о бардаке в гостиной в Эбботсвуде после его исчезновения – обстоятельства, которые, кажется, не особенно занимали полицию. Затем телефонный звонок Джулиану Кэссиди без какой‐либо очевидной причины за день до исчезновения. Картина никак не желала складываться, и было довольно утомительно пытаться связать все эти события в одну цепочку. Единственной причиной, по которой она вообще вмешалась, была уверенность, что наезд на Джуди Распберри важен и что он не имеет никакого отношения к происходящему в Манкастере. Любому человеку хочется думать, что его соседи и работники не могут быть убийцами. Теперь, если уж на то пошло, у нее было больше тому доказательств, чем у констебля. Возможно, все‐таки следует предоставить расследование полицейским. Но люди продолжали говорить.