Сон моих воспоминаний (СИ)

И эту девочку он считал эгоистичной и жеманной? По мере путешествия навязанные стандарты и манеры слетали с неё, как шелуха с лука, оставляя совершенно другую Виолетту. Смелую, самоотверженную, слегка наивную… Ту, которую он уже не был готов оставить. Внешнее сходство с его первой любовью? Скорее, досадное недоразумение. Впрочем, возможно, у Фета был типаж. Так или иначе, он сказал правду: он не готов был оставить Виолетту погибать в одиночестве. Он принял решение. Что ж, кажется, не так уж и сильно ему теперь нужно возвращаться к Теодору.
  
Виолетта сидела, прикрыв глаза и продолжала хмуриться. Фет протянул руку, чтобы разгладить застывшую на гладком лбу складочку. Но в последний миг замер и убрал ладонь. Не время ей мешать. У них есть всего полгода — и в эти полгода он будет рядом. А значит, нужно вернуть дар, впавший в спячку в момент освобождения боевого осколка.
Судя по всему, его слабый целительский источник не смог безболезненно пережить такой выброс боевой магии и попросту спрятался. Оставалось его найти. Тола объясняла это как-то по-своему. Фет лишь понял, что нужно закрыть глаза и прислушиваться к ощущениям. И когда наступит тот самый момент, он всё поймёт.
Отмучившись не меньше часа, Фет сдался. Виолетта с открытыми глазами гипнотизировала какую-то точку в стене. Настолько активно, что не отреагировала ни на своё имя, ни на взмах ладони перед глазами. Девушка явно была не здесь. Самое время навестить Толу.
— Как успехи? — спросил Фет, входя в лабораторию.
— Это у тебя нужно спросить, — проворчала она. — Как твои успехи? По-прежнему ничего не чувствуешь?
С досадой помотав головой, Фет шагнул ближе.
— Зато у Виолетты явно что-то выходит.
— Конечно, выходит. Она годами этим занималась, — фыркнула ведунья и устало откинулась на спинку стула.
— Не расскажешь, что ты ищешь? — поинтересовался Фет, придирчиво оглядывая стол с колбами.
— Не поверишь, — усмехнулась Тола. — Выясняю степень нашего с тобой родства.
— Это шутка?
Однако ведунья не улыбалась. Смотрела серьёзно и внимательно. Словно в душу заглядывала.
— Я из другого мира, — напомнил Фет.
— Я в курсе. Если бы я не была в этом уверена, уже признала бы в тебе своего.
Криво улыбнувшись, Фет уселся на стул и уставился на женщину. В голове крутились обрывки фраз, никак не желая складываться в наиболее саркастичный ответ. Стоило нужным словам найтись, сразу приходил на ум ещё более язвительный вариант. И в какой-то момент молчание достигло той точки, когда шутить было уже неловко.
— Я из другого мира, Тола, — устало повторил Фет. — У нас нет и быть не может быть родственной связи. Хотя бы потому, что нет общих предков.
— А вот тут притормози, красавчик, — ухмыльнулась Тола. — Давай рассуждать в другую сторону.
Мужчина закатил глаза.
— Только не надо тут рассказывать, что я сумасшедший и всё придумал. Это абсурд.
— Не буду, — покорно согласилась его собеседница. — Но подумай сам. Если ты из другого мира, и мы с тобой оказались бы родственниками, то это означало бы, что…
— Что ты тоже из другого мира?
— Что твои предки отсюда! — вспыхнула Тола. — Из нашего мира! А я знаю всего одно событие, которое дало достаточно энергии для перемещения между мирами!
— И какое?
Мозг почему-то заклинило. Соображать не получалось. Получалось лишь хмуриться и нервно колупать ногти. Энергия для перемещения между мирами. Как взрыв. Как тот взрыв, который послужил для него отправной точкой, перенеся сюда.
— Взрыв источника! — Тола понизила голос. — Семьсот лет назад.
— Но все ведь погибли, — пробормотал Фет. — Ты сама говорила…
— Это мы так считали. А что если… Они выжили? Выжили в том, новом мире, куда смогли перенестись?
Виолетта
Придя в себя, я обнаружила, что Фет куда-то смылся. Компанию мне составлял один лишь невесть откуда взявшийся Симба. Заметив, что я пришла в себя, кот потянулся и перетёк мне на колени, включая урчание. Я хмыкнула.
— Представляешь, — поделилась я. — Тола тут сказала, что ты, якобы, не кот, а какой-то йонгу… йонги. Это ж надо такое придумать…
Симба на миг замолк. А потом, словно опомнившись, заурчал с удвоенной силой.
— Это же надо такое придумать, — вздохнула я. — Обозвала тебя неведомым лесным духом. Который якобы может чувствовать древнюю кровь.
Кот усердно урчал. Лежал, подобравшись, прижав уши к голове, и урчал. Как будто пытался убедить, что никакой он не древний дух. Куда только делся вечно лениво-расслабленный котик?
— Но это же невозможно, правда? Ты простой кот, а в Фете не течёт никакой древней крови. Он ведь из другого мира.
Мне показалось или кот попытался кивнуть, но сдержался? Я ласково-ласково протянула руку и нежно почесала котика за ушком.
— Симба, — прошептала вкрадчиво. — А ты ничего не хочешь мне сказать?
Кот медленно повернул ко мне голову с огромными, как блюдца, глазами, раскрыл пасть и…
— Мяу! — ответил он. — Мя-уа-уау!
А потом нагло перевернулся на бок и прикрыл глаза. Всё, кот выключился. Зато на полную мощность включилась урчалка.
Я с облегчением выдохнула. Какая глупость, я готова была поверить в то, что Симба действительно древнее существо, почуявшее в Фете кровь местных племён. Почему-то это казалось важным, хотя мозг никак не мог ухватить, почему именно.
Подхватив кота на руки, я вышла из домика и уселась на крыльцо. Симба даже ухом не повёл: лишь дёрнулся кончик хвоста.
— Это так глупо, — поделилась я, устраиваясь на ступеньках. — В двадцать с небольшим узнать, что жить осталось всего полгода… Я ведь правда хотела выйти замуж, родить детей, стать уважаемой дамой… Про последнее, впрочем, забудь. Мне это никогда не светило, учитывая мой дар.
С удивлением обнаружив, что Симба замер и перестал урчать, я запустила пальцы в чёрную шерсть и принялась отстранённо почёсывать спинку.
— Конечно, я соглашусь. А как иначе? Если мир обречён, но есть шанс его спасти, то это нужно сделать. Я выполню свою часть. А Берхане пообещала обеспечить безопасность людей…
Интересно, а как она собиралась это сделать? Допустим, с источниками Терии проблем возникнуть не должно. Целительский располагался посреди болота, где люди попросту не селились. Тот, что находился на юге… там тоже не селились. Правда, по другой причине: слишком много умертвий. Живым находиться возле восставших мертвецов как правило некомфортно. А источник некромантии, словно не понимая этой простой истины, продолжал снова и снова питать местные погосты на радость некромантам.
Но как быть с оставшимися двумя осколками? Я совершенно не представляла, что окружало защитный источник. Этого не знал, пожалуй, никто кроме живущих там племён. Зато я была абсолютно уверена в том, что бытовой осколок прятался то ли в самой Аданее, то ли очень близко. Освободить источник, чтобы стереть с земли столицу Париса? Нет уж, спасибо. Там, конечно, жили нелюди, которых яро презирал мой несостоявшийся родитель, но лично мне-то они ничего плохого не сделали.
Что ж. Раз уж я решила пожертвовать собой, стоило хотя бы посмотреть на план защиты горожан. Без него шагу не сделаю.
И ещё одно. План спасения с принесением меня в жертву, конечно, был хорош… Но я хотела проконсультироваться со специалистом. Специалиста я знала всего одного, зато потрясающего. И я почему-то была уверена: он ни за что не откажет племяннице, пусть и не родной, в такой мелочи, как просмотреть расчёты и не дать погибнуть напрасно.
Кто знает, вдруг мир на самом деле вовсе и не умирает? И спасать его тоже не надо? Дело даже не в том, что Ньёкаби решили меня обмануть — возможно, просто ошиблись. Конечно, столетиями ослабевающую в Азуне магию отмечали даже учёные, но… Кхаш с ней, утекающей магией. Подобное можно пережить. А вот смерть пережить никак не получится.
  
Что ж. Кажется, у меня вырисовывался план. Сначала вызнать у Толы все подробности. А потом, когда к Фету вернётся магия, связаться с Теодором и проверить расчёты.