Сон моих воспоминаний (СИ)

Всё было просчитано в теории сотни раз. Но разве можно продумать то, чего никто никогда не делал? Невозможно заранее оценить силу источника, а древние маги возомнили себя богами, взявшись за эту задачу.
За что жестоко поплатились. При попытке нарушить целостность источника, произошёл сильнейший взрыв. Все участники ритуала погибли мгновенно — не сохранилось даже тел. Земля вздыбилась. На месте живописного леса, где раньше находился источник, осталась лишь выжженная пустыня.
  
— Мёртвая пустыня, — пробормотала я заворожённо. — Значит, раньше там был лес?
— Магический лес, да, — кивнула Тола. — И если верить рассказам предков, он был невероятно красив.
Было трудно поверить, что раньше на месте безжизненной пустыни находилось нечто настолько живое. С другой стороны — там ведь произошёл взрыв… Школа, где я училась, находилась почти у самой границы гор, опоясывающих Мёртвую пустыню. Но даже не пересекая Мёртвый хребет, можно было почувствовать ужас, исходящий от этого места. Он как-то воздействовал на внутренний магический источник, словно подавляя его. Да и от других воспитанниц я слышала, что стоило проехать ближайший к школе Балль, как магических сил как будто бы становилось меньше.
— К сожалению, захватчиков это не остановило, — продолжила ведунья. — А через время стало понятно, что разделение источника не прошло бесследно. В том месте, где он находился, появилась брешь, в которую стало затягивать магию.
— Это как — затягивать? — поёжилась я.
— Медленно. По крупице. Сперва незаметно. — Тола поднялась и прошла к окну. — Прошли сотни лет прежде, чем мы поняли, что магия исчезает. Сперва списывали ослабление базовой магии на разделение источника.
— А потом?
— А потом мы заметили, что способности, никак не относящиеся к пяти базовым направлениям, тоже ослабели. — Она обернулась и в упор посмотрела мне в глаза. — Например, почти исчез талант разрывать пространство… Хотя это как раз можно списать на гибель сильнейших в ритуале.
Уже второй раз ведунья упомянула этот дар. Разрывать… пространство? Это как? Как ткань или бумагу? А это как-то связано с тем прозвищем, которым Тола наградила меня при нашей первой встрече?
— Почему вы называете меня разрывающей? — поспешила я задать вопрос. Почему-то прямо сейчас оказалось невероятно важно это знать.
— Потому что ты разрывающая, — лаконично ответила ведунья. — У тебя тот же дар, что у наших предков.
— Но у меня нет с вами общих предков. Я потомок тех самых завоевателей!
Меня прервал насмешливый взгляд Толы.
— Ты знаешь историю про Эрика и Ларсию? — спросила она неожиданно не в тему.
Я вздрогнула от вопроса. Знала ли я? О, конечно я знала эту прекрасную балладу. Настолько хорошо знала, что даже исполнила на благотворительным вечере в приюте, который в итоге оказался борделем. Удивительная песня. И удивительные воспоминания. Меняющие жизнь.
— Желала бы забыть, — вырвалось у меня против воли.
— Напрасно. История красивая. Она про…
— Я знаю, о чём эта история, — оборвала я женщину. — Один из пришельцев с Материка влюбился в местную девушку, поплыл домой, чтобы развестись, и погиб в дороге. Эта баллада исполняется, чтобы показать, что законный брак всегда важнее случайных связей.
— Верно, — хмыкнула Тола. — В Терии эту балладу понимают именно так. Но я о ней вспомнила не за этим.
— Тогда зачем? — Странно. Вроде бы небольшое напоминание, а внутри всё снова клокотало. Ярость рвалась наружу.
— Полегче, Разрывающая, — посерьёзнела Тола. — Твой огонь беснуется.
Да неужели?
— Видишь ли, Эрик и Ларсия были лишь одной парой.
— В каком смысле?
— В таком, что многие захватчики брали в жёны местных девушек, сражённые их экзотической красотой. Конечно, это в основном происходило до того, как они начали убивать местных жителей… Но этот момент мы опустим.
— Не понимаю.
Я действительно не понимала. Пыталась справиться с огнём, усмирить его, и это было сложно, как никогда. Да уж, месяцы и месяцы медитаций мне предстоят… Тут справиться поможет разве что чудо.
— Тогда скажу прямо: ты потомок одной из разрывающих, взятых в жёны пришельцем.
Я застыла. То есть, с одной стороны, ничего удивительного в этом факте не было — какая разница, что произошло семьсот лет назад? А с другой… Во мне текла кровь Ньёкаби?
— Но ведь прошло столько лет, — озвучила я.
— Это не важно. Дар передаётся из поколения в поколение, и в той или иной форме проявляется у всех женщин рода.
— Но у моей матери не было ничего подобного… — возразила было я, но осеклась. У матери не было. Значит, было у отца. Выходит, мой настоящий отец тоже потомок Ньёкаби. Надо же…
— Дар может спать поколениями, пока в роду не появится девочка. Хотя, конечно, обычно это случается чаще, — улыбнулась она.
— Получается, что я… Что я… — Вскинув голову, я уставилась в глаза Толе. — Что я сделала с боевым осколком?
— Ты его освободила, — ответила ведунья и шагнула к креслу. Её лицо обрело отстранённое выражение. — После того, как стал очевиден масштаб катастрофы, предки пытались вернуть источнику целостность. Но сколько бы ни старались — ни одной Разрывающей не хватило сил, чтобы это сделать.
— Тогда почему хватило мне?
Всё это выглядело сильно притянутым за уши. В голове не укладывалось, что какая-то неподготовленная девчонка может друг справиться там, где годами не справлялись более опытные маги. В чудеса я с некоторых пор не верила.
— Потому что у тебя сильный дар, — ответила Тола спокойно.
Я фыркнула.
— Уверена, что были и посильнее.
— Не было, — огорошила ведунья. — Как ты, возможно, запомнила из моего рассказа, все сильные Разрывающие погибли при ритуале. Их кровь не продолжилась. А твои предки к тому моменту уже затерялись на просторах Азуны.
Я застыла, пытаясь осознать. То есть, я — носитель древнего дара, передающегося через поколения. И буквально вчера я…
— И что теперь будет с источником? — тихо уточнила я.
— Пока ничего, — успокоила Тола. — Пока остальные четыре скреплены заклинаниями, он тоже останется на месте. Но после праздника мы бы хотели обсудить с тобой будущее нашего мира.
  
Глава 16
 
К тому моменту, как мы вышли на крыльцо, большой костёр пылал до небес. По краям площади, возле деревянных идолов, горели костры поменьше.
Над площадью неслась ритмичная мелодия, и людские тела покачивались в такт, словно бессознательно двигаясь в одном направлении. Мы стояли в отдалении, не решаясь влиться в пульсирующую толпу. И вот вроде бы к нам никто не приближался, но Фет всё равно стоял вплотную и крепко сжимал мой локоть. Словно боялся потерять.
— Что это за музыка? — спросил мой спутник.
— Это играет гетарт. — Тола склонилась ближе к нам и повысила голос. — Священный музыкальный инструмент. Он звучит лишь в особо торжественных случаях.
— Музыка удивительная, — призналась я. — Так и тянет присоединиться к танцу.
— Совершенно не тянет, — с усилием возразил Фет и поёжился, словно стряхивая с себя оцепенение.
Тола лишь загадочно улыбнулась. Она тоже покачивалась в такт загадочной мелодии, как остальные.
— Сейчас все, в ком течёт кровь Ньёкаби, проникнутся атмосферой, — поделилась она. — А потом выйдет старый шаман. Ждите!
О, я ждала. Так ждала… Но напряжение внутри меня нарастало с каждым ударом сердца, с каждым вдохом, с каждым движением.
— Виолетта! Что ты делаешь? — Я почувствовала, как Фет сильнее сжал мой локоть. Ему точно что-то не нравилось. — Очнись же!
Руки на плечах. Меня встряхивают. Зачем? Мне ведь так хорошо…
  
— Со мной всё прекрасно, — отозвалась эхом. — Отпусти пожалуйста.
— Чёрта с два я тебя отпущу, — прорычал мужчина. — Мы уходим!
Столь желанная музыка стала отдаляться. Я перебирала ногами вовсе не в ту сторону, куда хотелось. Для чего мне туда идти? Я упёрлась в землю ногами. Рука превратилась в змею, стремящуюся выскользнуть из захвата. Я сама была змеёй, гибкой и плавной. Стремительной. И ловкой…