Классная для полковника (СИ)

— Че-че? — немного передразниваю его я. — Следить за ребенком надо. Воспитывать лучше. Объяснять, как следует, что если драться, то только один на один. Как ты тогда хотел в кабинете у директора, помнишь? А не толпой на одного кидаться.
— Мы идем? — слышу из-за спины недовольный голос сына. В нем еще бурлит адреналин, поэтому и позволяет себе лишнего. Понимаю.
— Да, идем, — киваю я ему. — Ангелина Андреевна, можем подбросить вас до дома.
  
Глава 9. Ангелина
 
Я сажусь на заднее сидение внедорожника, испытывая неловкость. Второй раз за этот вечер оказываюсь в автомобиле Иосифа Давидовича. И каждый раз для этого есть неприятная причина. Пока я тереблю пояс плаща, Миша, залезает на переднее сидение машины и громко хлопает дверью. Иосиф Давидович морщится от этого звука, но никак его не комментирует.
— Ну в чем была причина драки? — холодно спрашивает он Мишу, заводя машину.
Парень не отвечает, а только раздраженно дергает плечом. Отец внимательно смотрит на сына, в ожидании ответа, а я молча наблюдаю за ним двумя, пока не вмешиваясь в разговор.
— Еще даже неделя не прошла, а ты уже два раза подрался, — продолжает отчитывать сына Иосиф Давидович.
Миша в ответ лишь демонстративно отворачивается к окну. Иосиф Давидович еще пару секунд сверлит сына взглядом, но, наконец, машина трогается с места.
Я мучаюсь от двух противоположных желаний — не вмешиваться или попытаться разговорить парня. Учитель во мне побеждает. Поэтому наклоняюсь к передним сидениям и кладу ладонь Мише на плечо. Он вздрагивает, но, на удивление, не вырывается. Его отец бросает на меня угрюмый взгляд через зеркало заднего вида, но ничего не говорит.
— Миш, как же ты решился с четырьмя сразу драться? — аккуратно спрашиваю я.
Иосиф Давидович хмыкает, но продолжает сосредоточенно вести машину, внимательно глядя на дорогу. Миша все так же молча спорит в окно.
— И ведь не испугался, что они тебя побьют, — продолжаю я задумчиво. — Силой что ли решил похвастаться?
— Нет, — тихо цедит подросток.
— Тогда я вообще не понимаю твой выбор спарринг-партнеров, — качаю головой. — Вот так взять и на пустом месте полезть в драку, в который ты заведомо слабее. Мне казалось ты мудрее.
— Да потому что они просто уроды, — вскидывает голову подросток.
— Это как же ты выяснил? — с интересом спрашиваю, все еще сжимая его плечо. — Вы знакомы-то всего несколько дней.
— А мне одного разговора хватило, чтобы понять, — стискивает руки в кулаки парень. — И по морде они заслуженно получили.
— И что они тебе такого сказали? — пытаюсь я подвести его к причине драки.
— Ничего, — снова отворачивается к окну парень. — Это не имеет значения.
Я вижу как дергается голова Иосифа Давидовича и не даю ему сказать.
— Миш, ты понимаешь, что родители ребят на тебя заявление могут написать?
— Не напишут, мы все решили.
— Это вы с парнями все решили, а вот родители Виталика Власова могут с тобой не согласиться. И тогда заявление, постановка на учет и туманное будущее.
Я вижу как Миша задумывается над моими словами, опуская голову и разглядывая свои ногти.
— А если они тебя спровоцировали, это уже будет другой разговор, — понимая куда я клоню, аккуратно добавляет Иосиф Давидович, и я ободряюще ему улыбаюсь.
Миша молчит и угрюмо смотрит вниз. Тем времени мы подъезжаем к моему дому и его отец паркуется у парадной. Я стискиваю напоследок плечо парня и убираю руку, когда Миша резко поворачивается в мою сторону.
— Они Олю обсуждали, — насупив брови выпаливает он. — Как Лебедев притворится влюбленным в нее, а потом… переспит с ней, — запинается Миша.
— Вот как, — закусываю губу
Перевожу взгляд на Мишиного папу и вижу как его брови сходятся на переносице. Как же они похоже с Мишей.
— В общем, они там целый план составили, — продолжает подросток. — Как один ее чморить начнёт, а Костик заступится. И как он весь такой благородный рыцарь ее в себя влюбит и она ему в благодарность за это даст.
Иосиф Давидович переводит на меня непонимающий взгляд, и я решаю прояснить обстоятельства.
 
— Оля — это наша отличница. Она тихая, спокойная. Таких девочек обычно называют зубрилами, — обращаюсь я с мужчине. — Мальчики на Леру внимания не обращают, а девочки больше смеются. Так что, — развожу я руками.
— А потом они решили, что Костик ее бросит, — чуть громче говорит Миша. — А Мартынов пойдет ее утешать.
Я вижу в свете фонаря как краснеет лицо парня от злости и проникаюсь к нему уважением. Все-таки отец к нему несправедлив. Да и к себе тоже. Иосиф Давидович вырастил сына настоящим мужчиной.
— Ты поэтому в драку полез? — спрашивает Мишу отец.
Парень кивает, но продолжает смотреть на меня, словно боясь, того, что отец его не поймет и ища у меня поддержки.
— Вы им только не говорите, что я вам рассказал, — просит Миша.
Я теряюсь, потому что, откровенно говоря, уже мысленно продумываю неприятный разговор с подростками. Миша понимает это по моему лицу и тут же нахмуривается.
— Ангелина Андреевна! — восклицает он. — Мы с ними все решили! Не надо вмешиваться.
— Миша! — строго одергивает его отец, но я отмахиваюсь от мужчины.
В глазах его сына застыло упрямое выражение, и он выжидающе смотрит на меня.
— Миша, — вздыхаю я. — Ты понимаешь, что это очень серьезно?
— Понимаю, — кивает он. — Но они тоже все поняли. И Олю за километр будут обходить, — стоит на своем подросток. — Не надо говорить им ничего.
Я перевожу взгляд на Иосифа Давидовича, но он в ответ лишь пожимает плечами. И второй раз за вечер я не знаю как мне поступить. Как учитель или как человек, который не хочет потерять хрупкое доверие подростка. Миша видит, как я колеблюсь, поэтому немного наклоняется ко мне.
— Ангелина Андреевна, — чуть тише произносит он. — Пообещайте, что ничего им не скажите!
Утром следующего дня я сижу в кабинете, подперев голову руками. Перед глазами все еще стоит упрямое выражение, застывшее на лице Миши. Всю ночь я вертелась, не в силах принять окончательное решение. Если честно, я до сих пор так и не приняла его, решив действовать по обстоятельствам.
Дверь классного кабинета отворяется, и я поднимаю голову.
— Здравствуйте, Ангелина Андреевна, — тихо здороваясь, в класс заходит Оля Савченко.
Девочка идет, скромно потупив взгляд, и немного сутулясь. Ее русые волосы стянуты в низкий хвост, а на лице ни грамма косметики. Мое сердце тут же сжимается от обиды за этого ребенка и праведный гнев разливается в груди. Ну какие все-таки мерзавцы. И Вова Краснов туда же. Вот от кого я совсем не ожидала такой подлости. Он, конечно, хулиганистый подросток, только подлым никогда не был. А тут что, решил не идти против дружков?
Пока я злюсь на глупых и жестоких детей, вслед за Олей в кабинет плавно вплывает Лена, в окружении подружек. Вот у кого от внимания мальчик точно отбоя нет, так это у Леночки. Словно в подтверждение моих мыслей за Калягиной, не спуская с нее восторженного взгляда, в кабинет вваливается Вова, таща за собой на принципе Костика Лебедева. Тот что-то шепчет на ухо Краснову, бросая недовольные взгляды назад. Лица парней отливают синевой. Вова поворачивается к другу и спихивает с плеча руку Кости и поворачивается ко мне.
— Ангелина Андреевна, доброе утро, — широко улыбается мне Вова. — Как настроение?
— Хорошо, Вова, а твое? — многозначительно спрашиваю я.
Вова на мгновение замирает, а затем потупляет взгляд. Я смотрю на него в ожидании ответа пока он проходит между рядами и бросив рюкзак на пол, садится за свою парту.
— Могло быть и лучше, — бурчит подросток, не поднимая глаз.
Я наклоняю голову и пристально смотрю на парня. Класс постепенно заполняется ребятами, со всех сторон раздаются взрывы смеха, визги и громкая речь. Вова поднимает голову и встречается со мной взглядом, но тут же отводит его. Долговязая фигура заслоняет парня, и я перевожу взгляд на нее. Передо мной стоит Миша, сверля меня своими серыми глазами из-под сведенных к переносице бровей.