Правильный Драко (СИ)

Диадема молча смотрела на него в ответ.
Драко выпрямился.
— Фликси, — негромко позвал он.
С тихим хлопком в комнате появился домовой эльф.
— Господин Драко звал Фликси? Что прикажет молодой хозяин? — пискнул он, чуть склоняясь в поклоне.
— Слушай внимательно, Фликси, — Драко говорил спокойно. — Возьми очень аккуратно вот эту вещь.
Он указал на диадему, уже завёрнутую обратно в чёрную ткань.
  
Эльф почтительно вытянул шею и осторожно протянул руки.
— Фликси будет предельно осторожен, господин Драко! — заверил он с самым серьёзным видом.
— Отнеси её в Малфой-Менор. Положи в сейф моего отца, в его кабинете. Вот.
Драко снял с пальца тяжёлый фамильный перстень и вложил его в ладонь эльфа.
— С этим кольцом ты откроешь сейф. И запомни, Фликси: о том, что ты видел эту вещь — и где она будет лежать — никогда, слышишь, никогда никому не говори.
Фликси задрожал, но быстро закивал, всем своим видом показывая готовность исполнить приказ.
— Фликси никому-никому! Даже если его будут пытать! Даже если ему предложат свободный выходной! — прошептал он трагическим голосом. — Фликси будет молчать, как каменная статуя!
Драко едва заметно усмехнулся.
— Хорошо. Когда закончишь — вернёшься и отдашь мне кольцо. Ступай.
Эльф бережно поднял свёрток обеими руками и растворился в воздухе с мягким хлопком.
Комната снова погрузилась в тишину.
О том, как уничтожить эту дрянь… подумаю позже, — подумал Драко, чувствуя, как накатывает усталость.
Он стянул с себя грязную, пропылённую одежду, бросил её в угол и направился в душ — смыть с себя запах пыли… и липкий холод от прикосновения к проклятой реликвии.
Приняв душ и приведя себя в порядок, Драко вышел в гостиную. Там его уже ждали друзья. Когда он появился, все трое молча, без единого выражения на лице, уставились на него.
— Что? У меня что-то на лице? Или вы так поражены моей красотой, что и слова сказать не можете? — усмехнулся он.
Они переглянулись, синхронно встали и, не говоря ни слова, направились к выходу.
Драко пожал плечами и, всё так же улыбаясь, пошёл следом.
В Большом зале они расселись по своим местам. Астория, к удивлению всех, осталась с ними и тихонько что-то шептала постепенно краснеющей Пенси. Та шипела в ответ, отмахивалась и то и дело бросала взгляды на Уизли, который в этот момент оживлённо разговаривал с Поттером.
Драко окинул зал внимательным взглядом. За преподавательским столом отсутствовал профессор Корвин — что, впрочем, неудивительно. В последние дни он почти каждый вечер куда-то уходил в Хогсмид и возвращался только под утро.
По залу ходили разговоры: в деревню уже начали стекаться толпы людей, желающих увидеть Турнир Трёх Волшебников. Мест в Хогсмиде катастрофически не хватало, поэтому большинство гостей разбивали палатки на окраинах, превращая окрестности в нечто похожее на лагерь во время Чемпионата мира по квиддичу.
Первым уроком у них было зельеварение — совместно с любимым факультетом Снейпа, Гриффиндором.
Ученики варили укрепляющее зелье — капризную субстанцию, которая то закипала слишком бурно, то вдруг темнела раньше времени. Снейп, как всегда, мерно прохаживался между парт, обдавая учеников ледяным взглядом и бросая свои фирменные комментарии. Особенно доставалось Поттеру и Уизли — оба уже успели перепутать пропорции и едва не устроили небольшой взрыв.
Драко сидел рядом с Дафной. Он ловил её взгляд, пытался завести разговор, но она была где-то далеко.
Молча нарезала корень валерианы, размешивала зелье — и делала это с таким отсутствующим видом, будто вообще не замечала, что происходит вокруг.
Драко время от времени косился на неё, чувствуя раздражение, беспокойство и странное желание спросить что с ней в конце концов происходит.
Но момент всё никак не наступал.
Вторым уроком у них была трансфигурация — совместно с Пуффендуем.
Сегодня профессор Макгонагалл решила заняться чем-то посерьёзнее: ученики должны были превращать бумажных пергаментных птиц в металлические фигурки, способные «летать» за счёт магии.
Задача требовала тонкого контроля, и Макгонагалл, как всегда, мерно прохаживалась между рядами, то хваля, то мягко поправляя движения палочки.
У большинства пуффендуйцев птицы либо становились тяжёлыми, как кирпич, и с глухим тук падали на стол, либо, наоборот, превращались в тонкие металлические скрепки. Один мальчишка умудрился сотворить из своей птицы что-то вроде колючей шестерёнки, которая тут же укатилась с парты.
Драко справился быстро: его бумажная птица стала изящной серебристой фигуркой с чётко очерченными крыльями — и даже сумела взлететь, сделав аккуратный круг над его головой.
Он обернулся к Дафне, чтобы показать результат, но она снова сидела в своих мыслях, медленно вертя в пальцах уголок пергамента.
Свою птицу она явно упустила — та больше напоминала расплющенное металлическое пятно, чем законченную фигуру.
Именно поэтому на уроке Защиты от тёмных искусств, сражаясь в дуэли против Поттера, Драко был раздражён.
Они двигались по кругу, палочки вспыхивали в воздухе, выпуская заклинания одно за другим. Поттер, как всегда, шёл в атаку напористо, почти грубо — будто полагался не на технику, а на чистую магическую силу.
И силы у него, надо признать, было… предостаточно.
Как и положено «главному герою», мрачно отметил про себя Драко.
Сам же Малфой действовал иначе: точнее, вывереннее, собраннее. Его заклинания ложились одно за другим, и постепенно он начал брать верх — Поттеру всё чаще приходилось уходить в защиту, не успевая ответить.
— Protego! — выкрикнул Гарри, отражая очередной луч.
— Expulso! — отозвался Драко, и Поттер еле успел нырнуть в сторону.
Но в следующий миг Гарри вдруг споткнулся — будто кто-то ударил его изнутри. Он резко схватился за шрам, скривился и согнулся пополам.
Драко замер, но посланное им заклинание уже сорвалось с кончика палочки и ударило Поттера в грудь, отбросив его назад.
— Поттер! — крикнул Драко, мгновенно опуская палочку и бросаясь к нему.
К ним уже стремительно приближался профессор Корвин, двигаясь куда быстрее, чем обычно можно было от него ожидать. Он опустился на одно колено рядом с Поттером, голос его звучал ровно и холодно-собранно:
— Мистер Поттер, поднимите голову. Скажите, что произошло?
Гарри, морщась, сжал виски.
— Это… снова. Резкая боль. В шраме…
Корвин внимательно всмотрелся в линию шрама на его лбу.
Поттер тем временем начал приходить в себя — дыхание выровнялось, и он медленно поднялся на ноги.
— И часто вас мучают подобные боли? — тихо, но отчётливо произнёс профессор Корвин.
— Уверяю вас, профессор, в этом нет ничего страшного, — ответил Гарри, стараясь говорить уверенно. — Он просто иногда болит. Время от времени. Хотя в последнее время… чуть чаще, чем обычно.
К этому моменту урок уже подходил к концу, и ученики начали собирать вещи.
Когда Драко вместе с друзьями направился к выходу, он услышал спокойный голос Корвина:
— Мистер Поттер, задержитесь на минуту.
Идя по коридору, Драко то и дело бросал взгляды на молчаливую Дафну и тяжело вздыхал — вся эта её замкнутость уже начинала его раздражать.
Он наклонился к Теодору и тихо сказал:
— Ступайте дальше без нас, мы немного задержимся.
Он кивнул в сторону Дафны.
Теодор коротко взглянул на него, понимающе кивнул и, не задавая вопросов, направился вперёд вместе с Пенси.
Драко выждал пару секунд, пока они скрылись за поворотом, и тут же достал из внутреннего кармана мантии Карту Мародёров. Несколько секунд внимательно всматривался в неё, затем перевёл взгляд на дверь слева.
  
Судя по карте, класс за ней пустовал.
Он быстро спрятал карту, схватил Дафну за руку и, не дав ей опомниться, распахнул дверь и втянул её внутрь.