Правильный Драко (СИ)

— Но вот другое дело — Хогсмид. Защиты там почти нет. А с приездом делегаций он будет переполнен: студенты, родители, гости или просто приезжие маги желающие посмотреть на турнир…
Если бы я хотел нанести удар с максимальным эффектом, я бы выбрал именно его. Он открыт со всех сторон.
— Профессор, вы рисуете слишком уж мрачную картину… — тихо сказала Нимфадора Тонкс, впервые нарушив молчание.
  
Судя по её виду, она чувствовала себя не в своей тарелке, словно случайно оказалась среди старших. Когда все взгляды обратились к ней, она слегка стушевалась и неловко опустила глаза.
Профессор Корвин внимательно посмотрел на Нимфадору. Его взгляд скользнул по ней сверху вниз, оценивающе, но без тени грубости — скорее, как у человека, привыкшего мгновенно запоминать детали. Затем он снова сосредоточился на её глазах.
На лице профессора появилась редкая для него — почти тёплая — улыбка.
— Нимфадора, верно?
— Тонкс. Лучше просто Тонкс, — быстро поправила она, слегка покраснев.
Уголки губ Корвина чуть приподнялись.
— Ладно, мисс Нимфадора Тонкс.
Девушка зыркнула на него, на скулах заиграли желваки, но она промолчала.
— Так вот, — спокойно продолжил профессор, — я не рисую мрачную картину. Я лишь предполагаю возможные варианты.
И, поскольку многие из присутствующих здесь были свидетелями того, что происходило в прошлый раз, когда эти люди и их хозяин были на свободе… — он сделал короткую паузу, — мой «кошмар», как вы выразились, может оказаться вполне реальностью.
Он обвёл взглядом комнату.
— Запугивания, террор, похищения — это была лишь малая часть того, что тогда творилось.
А теперь, когда на территории Хогвартса и Хогсмида соберётся множество влиятельных гостей, они могут стать первоочередной целью. Даже министр…
— Корвин чуть наклонил голову. — Устраните его — и в системе власти начнётся хаос.
Он перевёл взгляд на Дамблдора.
— Поэтому, профессор, я предлагаю взять на себя ответственность за обеспечение безопасности Хогсмида. Разумеется, если вы не возражаете.
Дамблдор какое-то время молчал, пристально глядя Корвину в глаза. Потом медленно кивнул.
Северус Снейп поднял голову и медленно окинул взглядом всех за столом.
— Прекрасно, — протянул он, растягивая слово. — Мы усилим защиту, удвоим патрули… И, конечно же, будем надеяться, что преступники проявят редкое благородство и проигнорируют три сотни подростков, которые с трудом справляются даже с простейшими заклинаниями.
— Дети находятся за надёжными стенами школы, Северус, — спокойно возразил Дамблдор. — Здесь им ничего не угрожает.
— А они всегда будут находиться за этими стенами, Альбус? — хрипло спросил Аластор Грюм, откинувшись на спинку стула. — Этим молокососам давно пора научиться чему-нибудь действительно полезному. Если хотите, я могу…
— Это совершенно недопустимо! — резко перебила его Макгонагалл, вскинув голову.
Её голос прозвучал твёрдо, — Дети не должны сражаться с тёмными волшебниками. Они могут пострадать — и мы не имеем права подвергать их такому риску!
В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня в камине.
— У них может не остаться выбора, — произнёс профессор Корвин, сосредоточив взгляд на столе, будто видел там что-то за гладью полированного дерева.
— Профессор Макгонагалл, — начал он спокойно, но с едва заметной тяжестью в голосе, — вы ведь помните события последней войны. Как быстро вчерашние студенты брали в руки палочки и выходили против Пожирателей.
А ведь, по сути, они всё ещё были детьми… семнадцатилетними мальчишками и девчонками.
Он замолчал на мгновение, словно подбирая слова.
— Ещё недавно я был полностью согласен с вами, профессор, — сказал он тихо. — Дети не должны участвовать в подобном.
Корвин глубоко вдохнул:
— Но… недавно у меня состоялся разговор с одним из студентов твоего факультета, Северус.
Снейп лишь приподнял бровь.
— Я не буду называть его имени, — продолжил Корвин. — Но он попросил меня научить его сражаться и защищать себя.
Корвин перевёл взгляд по кругу, глядя на каждого из присутствующих.
— … и как вы считаете, много ли ещё таких студентов как он, на других факультетах.? — наконец произнёс он.
Дамблдор повернулся и молча подошёл к окну. Несколько секунд он стоял, глядя на чёрную гладь озера. В его взгляде было что-то далёкое — будто он смотрел не на отражение луны в воде, а на воспоминания, которых никто не должен был видеть. Через мгновение он тяжело вздохнул и обернулся.
— Что вы предлагаете, Орион? — тихо спросил он.
— С вашего разрешения, — спокойно начал Корвин, — и при содействии профессоров Макгонагалл и Флитвика, я хотел бы немного скорректировать учебную программу и расписание.
Сделать в них больший упор на обучение защите и противостоянию магов, а не только существ.
Он сделал паузу и добавил:
— А если подобные изменения невозможны, то я бы предложил организовать нечто вроде дуэльного клуба, где смогут заниматься все желающие.
Макгонагалл резко подняла голову, уже готовая возразить, но Корвин, будто предугадав это, мягко продолжил:
— Разумеется, только начиная с третьего курса. И не раньше.
Флитвик, сидевший чуть дальше, заметно оживился. Он подтянулся на стуле, словно стал выше на целую голову:
— Если речь идёт о дуэльном клубе, директор, — произнёс он с неожиданной для своего роста серьёзностью, — я с удовольствием помогу. У меня есть опыт обучения контрзаклинаниям, и я мог бы разработать базовые упражнения для младших курсов.
Он чуть порозовел от собственной смелости, но глаза его сияли живым интересом.
Дамблдор тихо улыбнулся — не своей привычной мягкой улыбкой, а усталой, но искренней. Он перевёл взгляд с Флитвика на Корвина, затем на Макгонагалл и Снейпа.
Некоторое время он молчал, словно взвешивая всё сказанное.
— Что ж, если таково желание наших учеников, — произнёс он наконец, — то ни я, ни вы не вправе его игнорировать. Времена меняются, и им действительно нужна подготовка.
Он сделал шаг вперёд и опёрся ладонью о край стола:
— Хорошо, Орион. Я разрешаю.
— Но, — голос его стал твёрже, — всё должно проходить под строгим контролем преподавателей. Чёткое расписание и никаких «самодеятельных дуэлей».
Он коротко кивнул Корвину:
— Приступайте к подготовке. И представьте мне план к понедельнику.
Ещё некоторое время они обсуждали вопросы безопасности. Затем директор кивнул, давая понять, что совещание окончено, и все присутствующие начали подниматься.
— Орион, останься, — сказал Дамблдор, когда профессор Корвин уже встал со своего места.
Тот лишь посмотрел на него и снова сел.
Когда кабинет полностью опустел, Дамблдор долгое время смотрел на Корвина, не отрывая взгляда. Профессор отвечал тем же, спокойно и выжидающе.
— Директор, если вы хотите мне что-то сказать, то говорите. Играть с вами в гляделки слишком долго у меня нет времени.
Дамблдор встал со своего кресла и подошёл к насесту, где сидел Фоукс. Он мягко провёл ладонью по ярким перьям феникса.
— Почему ты не сказал мне о крестражах, Орион?
Профессор Корвин резко поднял глаза. В его взгляде появилось что-то хищное — настороженность и холодный расчёт.
— Я думал, мы доверяем друг другу, мой мальчик, — тихо сказал Дамблдор. — Ты уверял меня, что хочешь уничтожить Волан-де-Морта. Ну почему же тогда ты скрывал от меня столь важную вещь?
В кабинете повисла короткая тишина.
— Мы с вами на одной стороне, директор, — спокойно ответил Корвин. — Но это единственное, что я могу вам сказать. Чем меньше людей знают о существовании крестражей, тем меньше вероятность, что Волдеморт каким-либо образом об этом узнает.
  
— Но мы могли бы тебе помочь. Я и Северус — втроём мы смогли бы сделать больше, чем…
— Со всем уважением, директор, но мне не нужна чья либо помощь, — перебил Корвин. Голос его оставался спокойным, почти мягким, но в нём чувствовалась непоколебимая твёрдость. — Я говорю это не из за собственной гордыни. Просто знаний у меня более чем достаточно. Не хватает лишь нескольких деталей, чтобы сложить картину целиком. Все последние годы я провёл… — он запнулся, чуть отведя взгляд. — Ладно, не будем об этом. Скажу лишь одно: защищайте мальчишку. Волдеморт попытается вернуть себе тело. Для этого ему понадобится кровь Поттера.