Лорд-пират

Но даже если письмо попадет в Англию после отъезда Джордана и брат все-таки появится на острове, будет уже поздно. Через пару дней должен приплыть священник, и Сара с Гидеоном станут законными супругами. Тогда уже никто не сможет их разлучить. Даже непреклонный Джордан не посмеет заставить ее бросить мужа, любимого, единственного на земле человека, которому она готова принадлежать душой и телом.
  
Любимый человек. Мысль отозвалась болью в сердце. Да, она любила Гидеона. Любила так сильно, что порой пугалась своего чувства. Любовь материализовалась той ночью, когда он рассказал о матери, когда ласки, нежные и страстные, навсегда покорили ее сердце. Ей отчаянно хотелось признаться ему в любви. Однако чувство казалось таким новым, таким свежим! Сара испугалась, что умрет на месте, если вдруг не услышит ответного признания. Ведь какая-то часть души Гидеона все еще не доверяла ей, и успокоить сомнения мог только торжественный свадебный обряд.
Как же это произошло? Как случилось, что счастье бывшего пиратского капитана стало смыслом ее жизни? Этого Сара не знала. Да и не хотела знать.
Поэтому и согласилась выйти за него замуж. Больше не имело смысла притворяться, будто она уедет с Джорданом, когда он наконец-то ее разыщет. Оставить Гидеона было все равно что перестать дышать.
К тому же Сара ни за что не променяла бы безмятежную красоту Атлантиса на шум, грязь и суету Лондона. В Лондоне ей постоянно казалось, что она изо всех сил пытается заткнуть пальцами сточную канаву, чтобы не позволить бедности и грязи окончательно затопить город. Те, от которых можно было бы ждать помощи, насмехались над ее бесплодными усилиями.
Здесь, на Атлантисе, все складывалось иначе. Здесь она могла по-настоящему помогать людям. Благодаря ее поддержке женшины научились верить в себя и полагаться на собственные силы. Моряки проявляли к пленницам уважение, интересовались их желаниями, оказывали пусть и неуклюжие, но искренние, а потому трогательные знаки внимания. Почти все пираты оказались хорошими, добрыми людьми.
Жители острова, и мужчины и женщины, сообща строили новую жизнь. Приятно было наблюдать, как отвергнутые родиной изгои вновь обретают себя и цель жизни, добиваются уважения товарищей. Каждое утро Сара просыпалась, с нетерпением ожидая начала дня, стремясь открыть новые, еще не изведанные стороны жизни, познать новые радости вместе с Гидеоном.
Оставался лишь один-единственный повод для угрызений совести. Она до сих пор не добилась от капитана решения судьбы женщин. И Гидеон, и Сара избегали разговора о свадьбах, словно боясь спугнуть собственное хрупкое счастье. И все же скоро придется поднять острую тему, хочет она этого или нет. Через два дня закончится данный на размышление месяц. Большинство подопечных уже определились с выбором спутников жизни, но оставались и такие, кто решительно противился свадьбе, главным образом потому, что там, в далекой Англии, остались преданные мужья или верные возлюбленные.
Сара не сомневалась, что сумеет объяснить Гидеону особенности сложившейся ситуации, и он наверняка найдет в себе силы делать исключение для тех, кому оно необходимо. В последнее время стало ясно, что Гидеону не чужды благоразумие и благородные порывы души, безграничная щедрость. За внешним цинизмом скрывалась надежда на лучшее и стремление к совершенству. Капитан наверняка сможет решить вопрос так, как того требуют интересы колонии и ее обитателей.
Гидеон наконец усадил расшалившихся детей в кружок и начал рассказывать занимательную историю про Одноглазого Джека – корабельного попугая, который обожал соленую рыбу. Задумчиво водя пальцами по песку, она с упоением наблюдала за прекрасным, полным сил возлюбленным.
Гидеон закончил рассказ, и дети потребовали продолжения. Однако капитан поднял руки, словно сдаваясь:
– Простите, дети, но на сегодня хватит. Сайлас Драммонд и остальные уже ждут меня. Мы собираемся на охоту.
Дети разочарованно зашумели.
– Но вы же любите жареное мясо?
Дети дружно закивали.
Гидеон поднялся и стряхнул с одежды песок.
– В таком случае пора это мясо добыть. Но к вечеру мы обязательно вернемся, и я непременно расскажу вам перед сном еще одну интересную историю. Согласны?
– Да! – восторженно завопили малыши.
Капитан подошел к Саре. Энн понимающе улыбнулась и жестом подозвала детей.
– Ну-ка, ребятки, не пора ли нам прогуляться по пляжу? Где-то неподалеку я видела гнездо черепахи.
Сара благодарно взглянула на подругу. Шумная компания тронулась в путь. Наконец-то выпала минутка побыть наедине с любимым.
– Вы уходите на весь день? – спросила Сара. В голосе ее звучало разочарование.
Гидеон подошел и крепко обнял возлюбленную.
– Так обычно спрашивают жены. А мы с тобой еще не женаты.
– Значит, я не имею права спросить? – лукаво поинтересовалась Сара.
– Разумеется, имеешь. – Гидеон подкрепил разрешение горячим поцелуем и смелым объятием, от которого здесь, на открытом всем взорам пляже, следовало бы воздержаться. Потом Сара сама прильнула к любимому. Очень не хотелось его отпускать. Они мало времени проводили вместе. А сегодня предстоящая разлука почему-то особенно тяготила.
– Я могла бы пойти с тобой.
Гидеон от души рассмеялся.
– И чем ты будешь там заниматься? Заряжать ружья? Разделывать туши? Понесешь добычу в деревню? Уверен, ты найдешь куда более интересные занятия, чем продираться сквозь заросли в обществе грязных потных охотников.
– На самом деле ты не поэтому не хочешь брать меня с собой, – укорила его Сара. – Просто вам не хочется тащить за собой свидетеля, чтобы можно было и выругаться, и почесаться, и к фляжке приложиться, не заботясь о том, что подумаю я.
– Так оно и есть, раз уж ты сама догадалась.
– Ладно, иди. – Сара оттолкнула Гидеона. – И учти: даже не вздумай явиться ночью в постель и принести с собой запах грога и свиной крови.
– Не беспокойся. – Гидеон нежно прижал Сару к груди. – После почти целого дня блужданий, ругательств, нескромных почесываний и грога я буду мечтать только о ванне. – Он оттянул пальцем ворот блузки и воровато заглянул внутрь. – Ну и, конечно, о некоторых других удовольствиях.
– Гидеон! – Сара зарделась, заметив, как возбужденно потемнел взгляд возлюбленного, как сжала талию сильная горячая рука. Она уже дрожала в ожидании страстного поцелуя.
– Капитан! – донесся из леса голос. – Ты скоро?
Гидеон со стоном обернулся:
– Уже иду, черт возьми!
– Не волнуйся обо мне. Все будет хорошо. – Сара приподнялась на цыпочки и поцеловала любимого в щеку. – Удачной охоты. Добудь для нашего свадебного пира самую большую и жирную свинью.
– Именно это я и собираюсь сделать, любовь моя, – с улыбкой ответил Гидеон и быстрым шагом направился к лесу.
Сара смотрела ему вслед. Он остановился и, обернувшись, помахал напоследок. «Любовь моя». Да, он сказал именно так: «Любовь моя». Возможно, слова ничего не значили, и все же дарили надежду. Скоро он наверняка скажет главное. Она уверена. Сара с нетерпением ждала счастливого момента: ведь тогда и она сможет с полным правом произнести заветные слова.
Со вздохом приподняв юбку, Сара медленно побрела по пляжу. Поглощенная мыслями о Гидеоне, она не заметила, как далеко зашла.
Вдруг кто-то набросился на нее сзади и, зажав рукой рот, потащил к деревьям. Сара не на шутку испугалась и стала отбиваться.
– Отпусти ее, Питер, – донесся из чащи шепот. – Отпусти.
– Только не кричите, мисс, – промурлыкал над ухом знакомый голос. – Сейчас я вас отпущу.
В ответ Сара изловчилась и локтем ткнула злоумышленника в бок.
  
– Ой! – воскликнул тот и разжал руки. – А это за что?
Сара смерила негодяя гневным взглядом.
– За то, что чертовски напугал, дурак!
– «Чертовски»? «Дурак»? – Из-за дерева появился Джордан. Выглядел он усталым, исхудавшим и таким неуместным в своем щегольском лондонском наряде – сюртуке от лучшего портного и строгих брюках. – За время путешествия твоя речь заметно обогатилась.