Агентство «Всевидящее око». Дело о жене олигарха.

– От чего-то нужно отталкиваться. Почему бы не от квартиры?
– А, во-вторых?
– А, во-вторых, я не один. У меня есть партнёр, и все решения мы принимаем коллегиально.
– И он может не согласиться?
– Вполне.
– А, если так? – Зарецкий потянулся, взял мой блокнот и написал там сумму, от которой у меня чуть волосы дыбом не встали. Такого гонорара я в самых смелых мечтах не мог представить.
  
– Ладно. Для начала посмотрим квартиру.
– Мы можем поехать прямо сейчас.
– Да, это будет лучше всего. Мой напарник появится ближе к обеду, и у меня к этому времени должна сложиться картина происшествия.
– Так, поехали!
Мы вышли из офиса, и я направился к своему кроссоверу. Зарецкий мягко остановил меня, положив руку на плечо.
– Лучше на моей машине. А то вы на своей два часа будете по пробкам добираться. Потом водитель назад отвезёт.
Ну, так ещё лучше. Бензин нынче дорог, как говорится. Я обошёл «Мерседес», уселся рядом с Виктором Петровичем и огляделся. Да уж. Это не мой «Шевроле». Один запах кожи чего стоит. Вообще, словно находишься на роскошной яхте или в салоне бизнес-джета. Сидевший на переднем пассажирском сиденье помощник-«шкаф» кивнул головой, и водитель завёл двигатель. Машина тронулась с места, выехала со стоянки и поехала по дороге. Мне не нужно было смотреть на спидометр, чтобы оценить скорость, с которой мы мчались по улицам, покрякивая спецсигналом на зазевавшихся автомобилистов. Мне так быстро гонять не светит, если я не хочу штрафов насобирать, что блох на Бобике, или вообще прав лишиться.
Охранник поднял шлагбаум, и мы заехали во двор кирпичной трёхэтажки. Я вышел из машины и присвистнул. Красота. Зелень, газоны с цветами, детский игровой городок с горками и песочницей и тишина. Даже и не подумаешь, что это исторический центр города. стеклянные двери подъезда, стойка консьержа, широкая лестничная клетка, две двери на этаже – рай, наверное, для грузчиков. Мне, помню, диван заносили в квартиру, матерились так, что, на улице слышно было. Лестница – не развернёшься. Не то, что тут.
Помощник открыл дверь на втором этаже и жестом пригласил внутрь. Я шагнул через порог и огляделся. Не врёт народная молва. Действительно, высокие потолки, толстые стены и просторные комнаты. Дворец, не иначе. Только, бардак отменный. Всё перевёрнуто вверх дном. Остановив пытающего войти Зарецкого, я осмотрел замок, сразу отметив, что никаких царапин на личинке нет. Я, конечно, не эксперт, но на первый взгляд, замок отмычкой не вскрывали. А вот родным ключом или дубликатом, это уже эксперты должны разбираться.
Перешагнув через сваленную в прихожей верхнюю одежду, видимо, выброшенную из стоящего тут же шкафа с распахнутыми дверцами, прошёл в гостиную, потом прошёлся по остальным комнатам, сделал фотографии на сотовый телефон и вышел назад к входной двери.
– Ну? – нетерпеливо спросил у меня Зарецкий.
– Дверь открывали ключом, – ответил я. – Или открыла сама хозяйка изнутри. Следов борьбы нет. Бардак в квартире – результат обыска. Спешный, неаккуратный, но обыск. Что-то искали.
– Что?
– Не знаю. Вам виднее, что вы здесь хранили. Я бы порекомендовал обратиться в полицию. Желательно, чтобы здесь поработал эксперт. Тогда и картина произошедшего стала бы яснее, и пальчики, возможно, нашлись бы. А если по пальчикам пробить, можно было бы фигурантов выявить. Тут мои возможности ограничены.
– О полиции не может быть и речи.
– Повторяю, мои возможности очень ограничены. А у полиции, и база данных, и эксперты… Государственная структура, как-никак.
– Никаких официальных расследований.
– Почему?
– Я – человек публичный. Не хочу, чтобы моё имя трепали на каждом перекрёстке. А, если выяснится, что моя жена сбежала с любовником? Это удар по моему имиджу.
– И устроила обыск в своей квартире?
– Без разницы. Никакой полиции. Так, что, берётесь за это дело?
– Надо подумать. Да и с напарником посоветоваться не мешает.
– Думайте, – Зарецкий сунул мне в руку визитку. – Завтра жду вашего решения.
Чингиз был уже в офисе. Довольно жмуря свои раскосые глаза, он пил чай, с удовольствием причмокивая, и, между делом, делал пометки в бумагах, лежащих перед ним.
– Привет, шеф! – поприветствовал он меня. – Куда отлучался?
– Привет. Кажется, у нас жирный клиент.
– Это ты, сейчас, с ним встречался? А почему кажется? Он колеблется? Давай, я дожму его.
– Я колеблюсь.
– Вот как? Тогда, может, не стоит браться?
– Может, и не стоит. Только, взгляни на это, – я развернул к нему свой блокнот, открытый на той странице, где Зарецкий написал сумму гонорара.
– Ого! – присвистнул Чин и отставил в сторону пиалу с чаем. – Это в рублях?
– А ты в долларах хотел? Тут и в рублях впечатляет!
– Не то слово! И что мы за это должны сделать? Выкрасть американского президента?
– Нет. Найти жену Зарецкого.
– Того самого?
– В нашем городе, может, и есть однофамильцы, только, вряд ли кто-то из них мог бы заплатить столько.
– А что там с его женой?
– Она пропала из своей квартиры на Семёновском бульваре.
– Почему сразу пропала? Может, сбежала.
– Там всё вверх дном перевёрнуто. Что-то искали. И Зарецкий утверждает, что у неё не было причин исчезать так внезапно.
– Мало ли, что он утверждает!
– А обыск?
– Специально, чтобы пустить следствие по ложному следу.
– Ну, нам легче. Найдём – приведём, и деньги на карту.
– Но, что-то тебя тревожит, – Чингиз слишком хорошо меня знал, чтобы этого не заметить.
Ещё бы ему не знать меня. Мы, хоть, операми вместе недолго землю топтали, зато потом, когда я открыл детективное агентство «Всевидящее око», и он пришёл ко мне, мы начинали, практически, вместе, и немало дул распутали в тандеме. Всякое бывало.
– Да, Чин. Тревожит.
– Что?
– Чем-то гнилым несёт от этого заказа. Сам не пойму, но дело нечистое.
– С чего ты это взял?
– Как я уже говорил, в квартире всё перевёрнуто вверх дном. Логично обратиться в полицию и обследовать всё с помощью экспертов? Ведь, даже неясно, чем открывали замок. С первого взгляда, вроде, не отмычкой. Но я не специалист, и отсутствие царапин на личинке ни о чём не говорит. Ну и, если не отмычкой открывали, другой вопрос: родной был ключ или дубликат? А отпечатки пальцев? Если они будут, могут сразу определиться подозреваемые. Если они есть в базе данных, конечно.
– Логично.
– А Зарецкий категорически отказывается привлекать полицию. Почему?
– А как он сам это объясняет?
– Ну, типа, не хочет быть выставленным на посмешище, если выясниться, что его жена сбежала с любовником.
– Я, как мужчина, его прекрасно понимаю.
– А я – нет. Если он подозревает жену в измене, почему не воспользуется собственной службой безопасности вместо того, чтобы сулить частным детективам астрономические суммы? Не думаю, что его начальник службы безопасности какой-нибудь кретин. Бизнесмены такого уровня нанимают на эту должность не меньше, чем бывшего следака с репутацией, а то и ветерана ФСБ. Уж беглую жену найти они по любому смогли бы. Да и начальник службы безопасности обычно в курсе его внутрисемейных проблем и дрязг. Это тоже его работа. А нам, в любом случае, много не расскажут. Любая инфа урезанной будет. Ну и сам гонорар настораживает. Столько за такую работу не платят. Мы с тобой не первый день в этом бизнесе. Знаем, что сколько стоит.
– И что ты предлагаешь? Отказаться?
Ох, как бы мне хотелось позвонить Зарецкому и отклонить его предложение! Но сумма! Аж свербит под ложечкой. Не то, чтобы я жадный такой. Но аренда, счета за свет, общие расходы, в кубышку на чёрный день… Да и самому хорошо пожить хочется. Тот же вискарь стоит недёшево. Люблю я его. А, если учесть, что последнее время мы сидим без работы, то такой вкусный заказ для нас самое то.
  
– Я – за то, чтобы взяться за это дело.