Я - NPC босс! 3 (СИ)

Стоило упасть на землю, как на Максима набросилась тройка уродов, удар за ударов по больным местам, ребра трещат, мышцы измываются, в глазах плывёт. Глаза умудряются подняться, и увидеть злорадную ухмылку китайца, гаденыш радуется что проучил пару щенков, и вернётся к боссу с хорошими новостями. Тварь! Урод! Ублюдок! Проиграл одному гаду, теперь вообще каким — то залетным парням? Во мне есть силы, есть стержень, я не помру тут!
  
Издав яростный гортанный рык, Максим хватается за летящую туфлю, и притягивает конечность, отчего не ожидавший такой выходки боец, теряет равновесие и падает. Терпя боль, вскочить на ноги, и с локтя ударить в кадык стоящему близко уроду, тот задыхается и отступает. Удар дубинкой по коленке, новая волна боли, развернуться и вновь зарычать. Китайский бандит, при виде разъярённого русского богатыря пугается, и отступает. Ошибка. Яростный, размашистый удар прямо под подбородок, и противник аж подпрыгивает, и падает на землю с хрустом в челюсти, и вылетевшей парой зубов.
Максим гневно раздувает ноздри, мозги совсем сьехали с катушек, хочется просто порвать этого наглого гада перед собой. Китаец в деловом костюме стал заметно нервничать, при подходе Максима, начинает пятится и нервно осматриваться в надежде отыскать ещё способного бойца.
— Стоять! — рявкнул мужчина — Я есть представитель Триада. Попробуешь меня коснуться и тебе конец. Ты…
Резкий удар кулаком в морду, и китаец падает на землю, раскинув руки и выдохнув от боли. Максим сжимает больные руки, костяшки хрустят, он разминает шею и садится прямо на грудь мужчины. Китаец пытается что то сказать, но новый удар в челюсть его утихомиривает. Ещё удар и ещё, кулаки словно отбойные кулаки разносят по переулку хруст костей, и чавканье крови, и болезненные крики человека. Пелена ярости не даёт младшему брату здраво мыслить, он хочет лишь выместить всю боль и гнев на человеке под ним.
Кто то хватает за плечо Максима, тот с разворота наносит сильный удар в район шеи, чтобы успокоить очередного бойца, но его лицо резко меняется и бледнеет. Владик падает на землю и хватается за шею, жадно хватая воздух но лишь кряхтит. Шокированный Максим дальше стоит на коленях, и испуганно смотрит на трепыхающегося брата, которому скорее всего выбило кадык и он задыхался от недостатка кислорода. Проходят бесконечные секунды, младший брат вдруг подскакивает и бежит к старшему, и падает возне него, держа за голову.
— Ять, нет! Нет! Нет! Чтоб тебя, не думай умирать! — в панике кричал Максим, держа голову брата чье лицо стало меняться в цвете, а глаза закатываться.
Нужно что то сделать, но что? Думай голова, думай, чтоб тебя! Глаза метаются по переулку, в котором валялись тела китайских бойцов, свою пачку Владик размотал и пришел остановить брата, но попал под горячую руку. Можно было воткнуть ручку в горло брата, и создать дыхательный карман, но где её взять то? Деловой! Максим вскакивает на ноги и бежит к убитому китайцу из Триады, чья голова превратилась в фарш. Быстро проверить карманы, ничего ценного, блокнот, кошелек, несколько монет на удачу…Ручка! Радостно подняв находку, младший брат убежал обратно к задыхающемуся Владику.
— Брат, я…
Лицо Владика посинело, грудь не вздымалась, руки лежали на шее и груди и не шевелились, глаза закатились и покраснели от лопнувшихся капилляров. Он умер. Максим затаив дыхание, не зная что делать, лишь упал на колени перед телом брата, и взяв его голову, прижал к груди, пока по его щекам текли слёзы.
Сколько он сидел, он не знал, он продолжал прижимать голову брата к груди, и молча смотреть в пустоту. Помнится лишь свет фонариков, переговоры по рации, вопросы каких — то людей в форме, после чего попытки отцепить их. Стоило полицейским отцепить Максима, как то накинулся на ближайшего человека.
— Не трогайте! Не трогайте нас! — кричал он.
Выстрел из шокера, и младший…Хотя уже единственный сын в семье завалился на землю в отключке. Пришел он в себя лишь в камере, думал что всё это был сон, что вечером перепил и подрался в баре, и сейчас он в обезьяннике. К сожалению нет. Пожилой полицейский пришел к его камере, открыл её и повёл в допросную. Там его допрашивали несколько часов, которые были страшно расплывчатыми. После Максима стали уводить обратно в камеру, но тот вдруг спросил:
— Эй, а где мой брат? Почему мне нельзя с ним встретится? — старался вырваться из хватки двух полицейских и спросил мужчину за столом Макс.
— Он умер Максим Андреевич — ошарашил следователь мужчину — Удушье, и судя по следам, от ваших рук. Скоро будет суд, показаний и вашей истории хватает с головой. Увести его.
Как и сказал следователь, на утро следующего дня был суд, собрались люди, полицейские, зачитывались показания, и даже присутствовали побитые бандиты китайца, которые представлялись как простые прохожие. Максиму было плевать на суд, на тюрьму, на окоченную жизнь, её в принципе и не было, но вот лицо Ани, жены Виталика было настолько страшным, что повергала в ужас. Лицо женщины, потерявшей любимого человека, и теперь она смотрит с лютой ненавистью на убийцу. Отец тоже присутствовал, но сидел в очках и даже не смотрел в сторону Максима.
Дальше была поездка в тюрьму, в тринадцатый блок, где руководил местный авторитет с чёрной бородой, но на него было плевать. Впринципе вся жизнь казалось пресной и серой, хотелось просто сжаться на кровати и заснуть на всегда. Лишь на вторые сутки заключения, на свидание пришел отец, который без лишних слов перешел к делу, и сказал что отрекается от Максима. Кратко, и быстро. Как обычно. Спустя время заключения, его и ещё четверку таких же осужденных отвели к цифровым капсулам, присоединили и отправили в игру, в качестве управляющих локальными боссами. Вот тогда и началась агония и наказание за поступки Максима. Игроки приходили и убивали его десятки раз каждый день, и так продолжалось целую неделю, пока он не начал сходить с ума от такой пытки.
Конечно, изначально Максим не сопротивлялся но получил штраф на чувствительность боли, и как же он кричал от боли. В каждом убийце он видел лицо Виталика, он принимал смерти как должно, с каждым разом молился о последней смерти, но лишь погружался в болезненное ожидание и всё повторялось.
Всё закончилось тогда, когда прошел игровой глюк, освободивший его от оков привязанной зоны, и движимый ярость и желанием мести, он создал бомбу на складе с арсеналом стражи. Мощный взрыв стёрший несколько районов позволил ему потеряться среди лесов, и выбраться к морю. Где он уже отдыхал и раздумывал о следующих действиях. Он хотел закончить всё это дело и умереть, но так же хотел устроить грандиозный уход, оставив неприятный осадочек у игроков. Тогда к нему пришел голос чрева. Голос того, кто жил до начала войны, и живёт по сей день, чтобы поедать и становиться сильнее.
Максим заключил контракт, и скрепил его кровью не думая о последствиях, да и какая разница? Он решил что жить долго не будет.
Возвращаясь к нынешнему времени, Максим стоял посреди циркового поля и осматривал залитый песок кровью, и терзал себя мыслью. Стоило ли оно того? Оказался бы он тут, если бы не стал влезать в драку с китайцем? Всего можно было избежать, можно было перетерпеть, проглотить гордость, и позволить разойтись миром. Хотя было ли делом в этом? Возможно младший брат просто решил пойти в драку в надежде что его братца умничку зашибут? Кто знает…Искупление близко.
  
Глава 15
 
Исполин. Оранжерея. Разговор
 
— Знаете, я уверен что в этом ивенте сокрыт какой — то сакральный смысл — вдруг сказал Тифти — Ну помните как на событии «Восстание гномьей армии»? Мол старшее поколении запечатало великое зло, и пожертвовало целым поколением стариков. Молодняк припёрся, раскопал могилы и древнее зло вырвалось на свободу, подчинив древних гномов. Мораль: не тревожь покой мёртвых и погоня за секретной фигнёй, порой того не стоит.
  
— Ты же в курсе, что видишь то чего нет на самом деле? — спросила Золотавка — Нету смысла в том событии, просто разработчики сделали обоснуй неожиданной армии нежити под гномьей горой.