Как я (не) любила некроманта (СИ)

И тут, взгляд желтых глаз мельком останавливается на мне. Оборотень замирает чуть дольше, чем на остальных. Конечно, ведь я все время смотрела и смотрю на него.
Переводит взгляд дальше. В это время второй кандидат все-таки называет новую сумму, которую тут же перебивает эта с***.
— Саймон, если вступить в торги, мы сильно подорвем бюджет Вестора и в целом его земель?
— Нет, госпожа, мы еще можем побороться, — кажется, в голосе Саймона я услышала радостные нотки. Надо же, проникся к этому оборотню?
  
Тяжело выдохнув, я поняла, что тоже прониклась. Жаль его. Такой живой, эмоциональный. И мне совсем не нравится то, что я начинаю видеть в его желтых звериных глазах.
И вот, второй покупатель тоже отходит в сторону, признавая право владельца дома удовольствий.
И именно тогда, оборотень вновь переводит взгляд на меня. В его глазах уже мольба. Он в упор смотрит на меня. И когда, продавец громко уточняет, точно ли никто не хочет присоединиться и начинает отсчет, я вижу, как оборотня начинает потряхивать.
— Бедовый ты оборотень, — тяжко выдыхаю и подняв руку, громко озвучиваю сумму, превышающую последнюю ставку, чем тут же привлекаю внимание всех, и сутенера, и продавца и оборотня.
Мы с Саймоном не спеша пробираемся к помосту.
Владелец дома альтернативных удовольствий пристально смотрит на меня, переводит взгляд на Саймона. Явно оценивает меня, как конкурента. И взгляд такой, будто видит насквозь.
— Госпожа, полагаю? — звучит небрежный красивый голос моего конкурента за раба.
Растягиваю губы в вежливой улыбке. Не отвечаю.
Мужчина тем временем делает ленивый поклон, тоже самое, только быстро, проворачивает и продавец.
Я перевожу взгляд на оборотня. Он удивлен. Постарался собраться, держится уже лучше. Вот же лапочка.
— Очень ценен? — спрашиваю с такой же ленцой у конкурента, кивнув в сторону раба.
Смотрю прямо. Улыбаюсь. Я умею играть в эти игры.
— Оборотни выносливы. У них прекрасная регенерация, что несомненно полезно там, где я хочу его видеть.
В голове прокатывается неприятное понимание. Оборотня хотят не просто заставить удовлетворять потребности посетителей. Его хотят отправить туда, где эти потребности выходят за рамки чего-то обыденного.
— Понимаю, — хмыкаю, стараюсь держаться расслабленно и это напрягло оборотня. Он уже не смотрит на меня как на спасителя.
Мужчина наконец перебивает мою ставку. Я не сомневаясь, перебиваю его.
Мы продолжаем торговаться и кажется, мужчину это забавляет, в его глазах азарт.
Я называю новую ставку. Это стоимость уже шести моих демонов. И кажется, это моя самая дорогая покупка за всю жизнь намечается, если я переспорю своего соперника.
А вот мужчина уже тем временем присматривается ко мне, снова к оборотню. Думает. Это радует. Видимо, он не готов все-таки выложить бездумно огромную сумму. Не окупится, наверное.
Я не смотрю на оборотня. Продавец притих, он не торопит никого из нас. Он в любом случае сегодня станет богат.
Мой соперник бросает последний короткий взгляд на оборотня, ухмыляется почти по мальчишески, и переведя цепкий взгляд на меня, склоняет голову, сделав шаг назад.
Внутри все ухает вниз.
Смогла.
Улыбаюсь мужчине. Признавая в нем достойного противника. Держу лицо, чтобы не выдать ярого желания плюнуть ему в лицо. Ну до чего противный.
Наконец, мужчина скрывается в толпе, никто больше не желает побороться за раба и я поднимаю взгляд на оборотня.
Он смотрит на меня немного растерянно. Наверное, не знает, чего от меня ждать теперь.
Саймон отдает продавцу целое состояние. А мне вручают знакомую теплую монету.
Нехотя, я поднимаюсь на помост. Оборотень высокий, сильный. Чувствую себя маленькой на его фоне. Он напряженно следит за каждым моим движением.
— Ну что, бедовый оборотень, подними левую руку вверх, — говорю почти ровно.
Мужчина подчиняется.
Я не медлю, так же как с демоном. Резко прикладываю монету, которая выжигает метку.
Вижу, как оборотень морщится, сжимает челюсть и кулаки.
Убираю это пыточное устройство.
Мне жаль его. Хочется погладить, успокоить. Однозначно, я умудрилась проникнуться к нему симпатией.
Моего раба отстегивают от цепей, снимают ошейник и наручники. Оборотень трет запястья, стоит замерший, немного потерянный, смотрит настороженно на меня.
— Идем, — кидаю на него беглый взгляд и иду прочь. Хватит с меня на сегодня. Больше стараюсь ни на кого не смотреть, чтобы не проникнуться жалостью ни к кому. Стараюсь отгонять мысли о том, что тот придурок уже наверняка присмотрел себе другого раба, вместо моего оборотня.
С территории рынка мы выходим молча. Оборотень идет за мной так же бесшумно, как и демон ранее. Когда, шум рынка немного стихает, я останавливаюсь.
— Как тебя зовут? — смотрю на мужчину.
— Данияр, госпожа, — звучит бархатный голос.
Я удивленно приподнимаю бровь. Да, за такой голос можно и приплатить.
Мужчина немного напрягается. Сморит еще более настороженно.
— Ты ведь знаешь, для чего тебя хотел купить тот сэр? — смотрю пристально в желтые глаза, в которых на миг отображается опасение и даже страх.
— Да, госпожа, — следует тихий ответ.
— Понятно. Я не ищу кого-то, кто доставит мне удовольствие, не ищу никаких извращений. Я не собираюсь пользоваться тобой, — киваю в сторону его бедер, — мне нужен был защитник, сильный, надежный, который будет рядом. Хочется верить, Данияр, что перебив ставку, я не совершила ошибку, потратив сумму, на которую я могла бы купить нескольких охранников.
Не знаю, зачем я выговариваю ему все это, наверное, чтобы он наконец успокоился, не ждал от меня ужасов, которые наверняка нарисовал в голове.
— Благодарю, госпожа! Клянусь, я не подведу Вас, — проговаривает эмоционально и бухается на колени прямо передо мной.
Почесав нос, я растерянно выдыхаю. Перебор, кажется. Видимо этот оборотень слишком уж сильно стрессанул.
— Бедовый оборотень, — бурчу беззлобно, — не смей никогда кидаться мне в ноги. Желательно, чтобы когда я буду выходить за пределы имения, никто в принципе не знал, что ты раб. Ясно?
Мужчина смотрит удивленно и плавно поднимается на ноги.
— Да госпожа.
Мы молча приближаемся к нашей повозке и скучающей страже. Уже издалека, вижу моего первого раба, который стоит около повозки каменным изваянием. Крупный, в разы больше любого скелета, которые в силу отсутствия мышечной массы и вообще чего-либо кроме костей и одежды, смотрятся очень изящно.
— Кстати, за что тебя отправили в рабство? — задаю вопрос, кинув взгляд через плечо.
Но, мужчина тормозит резко и взгляд его мне совершенно не нравится. В нем паника, обреченность и неуверенность. Кажется, тянет на пожизненное, или на что-то крайне неудобное.
— Убийство, госпожа, — следует неуверенный ответ.
— Хм, — я разворачиваюсь и обвожу мужчину взглядом, снизу вверх.
Вот не верю, что это было преднамеренно. Если бы мне сказали, что демон убил, поверила бы на раз. А он…
— Кого убил? При каких обстоятельствах? — впиваюсь прямым взглядом в звериные глаза. Красивые все-таки, именно своей необычностью.
— Троих отцов, дома, — именно на этих словах, на красивом лице Данияра я увидела что-то уверенное, будто, он не раскаивался, даже взгляд стал упрямый, прямо как у демона.
— За что?
— Они издевались над матерью и хотели отдать сестру тому, кто не заслуживал этого. Тому, кто сломал бы ее. Я ни о чем не желаю, госпожа и сделал бы это снова!!
— Поняяятно, — глубоко выдыхаю и перевариваю сказанное. Кажется, я его не осуждаю.
— Женщины ведь под защитой, почему не сдал их?
  
— Отец был главной клана. Он бы не позволил информации уйти дальше. Меня бы он устранил.
Киваю. Устранил и продолжил делать то, что делал.
— У матери и сестры остался кто-то, кто смог бы их защитить и позаботиться?
Оборотень удивленно вскидывает брови, но следом берет себя в руки.