Шут из Бергхейма. Книга первая. Выводок
– Миша.
– Так, вернемся. Что значит, как и все мы? – повторил я. Воздух будто похолодел немного. – У всех такая ошибка?!
– Постойте, Егор. Я все вам объясню. Поверьте, все эти вопросы я уже слышал и все вариации человеческих реакций видел. Поэтому попытайтесь просто успокоиться. Помойтесь, например. Я вижу у вас рука повреждена – Светлана сможет с ней что-нибудь сделать. Вы сейчас похожи на человека, вышедшего из кровавой бани. Откуда это?
– Хмырь на поле. Я ему голову отрезал.
Книгожор с легким удивлением хмыкнул:
– Николай выбрал не самый лучший путь. Мы отгоняем его с поля, если случается непредвиденное. Но дежурить там каждый день – не получается. Да и новички у нас нечасто, чтобы его отбивать.
– Он из ваших что ли?
– У него нет терпения. Здесь все не так, как в играх, в которые вы играли. Я вообще склонен считать, что это не игра. Раньше Николай был с нами, но теперь… Нет.
Снежок явно после этих слов напрягся. Глянул на Книгожора с осуждением, а на меня с подозрением.
– Помойтесь. Миша, покажете ему где? Я пока поговорю со Светланой.
– Конечно! – долговязый быстро-быстро закивал.
– А потом заходите в дом.
Игрок Книгожор предлагает вам фазовое перемещение «Дом у озера» Да/Нет?
– Что это? – я уставился на вопрос.
– Это доверие, Егор. С тех пор как Николай…
– Погодите! Я хочу понять, как это работает!
Я вошел в темный проем и оказался в затхлом, пропахшем сыростью и плесенью доме. Крыша прохудилась в нескольких местах, на полу гнилые останки мебели. Всюду мусор, рухлядь.
Снежок вошел за мною и исчез на пороге. В проем заглянул Книгожор.
– Удовлетворены?
– Это такой клан холл? Но без клана?
– Простите? – не понял Стас. – Я не слишком разбираюсь в вашем языке.
Я вышел из промозглого дома. Ткнул «Да». Вошел внутрь: чистое, сухо. Комната всего одна, на всю длину здания. Печка посередине, напротив нее стол. Дальше, в конце, виднелись койки. На одной из них сидела девушка.
– Егор? Помойтесь, пожалуйста, – тон Стаса чуточку изменился.
– Иду-иду.
За столом с задумчивым видом устроился коротышка с хитрым лицом, но недобрыми глазами. Он играл с ножом, а когда перехватил мой взгляд, подбадривающе подмигнул.
***
После ледяной воды я немного преобразился. Посвежел уж точно. Пока мылся пытался разговорить долговязого Мишу, но тот отвечал как-то спутанно. Осторожно. Тоже оказался игрок, но из Схватки – не самый популярный продукт Волшебных Миров. Что-то про спецназ и враждебные джунгли. Для молодых, короче, игрушка. Здесь оказался также, как и я. Выкинуло из рейда и засунуло сюда.
Месяц назад.
– За месяц только второй уровень? – удивился я.
– Тут все по харду, – ответил Прыщ. И посмотрел на темнеющее небо. Он во время всего разговора на него косился и ощутимо нервничал.
А потом я познакомился с той девушкой. Светлана. Брюнетка с длинными волосами и ярко-зелеными глазами. Стройная, милая. Ник – Сучка. Да, тут уж не с Лолушкой плакаться. За все то время, пока она меняла повязку – целительница ни разу не подняла взгляда. Я же завороженно надеялся, что удастся посмотреть в них еще раз. Никогда таких красивых глаз не видел. С раной целительница обходилась чрезвычайно бережно. Промыла (неужели тут и заражение крови запрограммировано?), почистила, а затем втерла какую-то мазь.
Система сообщила о восстановлении здоровья на десять очков.
Пока Светлана обрабатывала раны – Стас рассказывал, и новости были безрадостные. Это не сбой. Не ошибка. Они все во что-то играли. Кроме Светы и Снежка. Девушка не знала, как здесь очутилась. Помнила только, что возвращалась домой от подруги и услышала шаги за спиной, хотела повернуться, но тут ее ударили по голове. В сознание пришла только здесь. Снежок поймал попутку и очнулся уже в игре. Совсем не похоже на баг глобальной сети Волшебных Миров.
В душе разыгралась тревога, вышедшая на пик, когда Книгожор признался, что находится здесь три месяца. Три гребанных месяца!
Три! Гребанных! Месяца! Я никак не мог принять эту информацию. Три месяца в игре! Она же, надеюсь, не в реальном времени идет? И за три месяца – три уровня?! Подобным злоключенцем в компании был еще один паренек. Тот самый коротышка с ножом. Ник – Кренделек. Как и Книгожор – всего лишь третьего уровня.
Когда окончательно стемнело – дверь заперли, накинули засов. Оставили пару лучин и плотно закрыли ставни. Голоса притихли. Мы собрались за одним столом. Я похлебал какой-то травяной похлебки, горячая пища довела хит-поинты до сотни. Интересно, в этой игре можно жрать бутерброды в бою, или как всегда? Надо попробовать.
В целом, беседа вышла не самой легкой. Да и закупоренные выходы из дома – беспокоили. Не сильно, и без того хватало потрясений, но задавать лишние вопросы не хотелось. Ведь для начала предстояло осознать услышанное. Понять, что добрый дяденька администратор не придет, и не вытащит меня отсюда.
После Стаса заговорил Кренделек, в миру – Юра. Явно, как и я, матерый игрок.
Хитроглазый изложил все в довольно понятном духе. Квестов нет. По крайней мере при текущей репутации – никто в Бергхейме их игрокам не выдает. Так что на заданиях опыта не поднимешь. Уничтожать окружающую живность – невероятно сложно. В лесу можно было найти зверье для охоты, но проценты уровня оно давало крохи, к тому же не более 4% в день. А рисков чаща несла больше чем выгоды. Обитатели рощи частенько сами атаковали игроков, и все, как один, радовали вопросительным уровнем. Каждая смерть отправляла человечка, попавшегося жителям лесов, на стартовое поле, без всего добытого снаряжения.
Там же нынче властвовал Ловелас. 60% от стартового уровня. Вот где золотая жила.
Собственно, община игроков жила работой, охотой, сбором трав, обработкой кожи, легким ремонтом, рыбалкой и торговлей всем этим с Бергхеймом. Раз в неделю Кренделек и Книгожор отправлялись в город, где на базаре продавали все, что удалось заготовить. За каждую успешную сделку создателю и продавцу капал небольшой опыт. Однако в поселении были и свои охотники да рыболовы, а дальше к востоку тянулись земли простых бондов, где процветало аграрное искусство.
Так что игроки начинали нищими попрошайками. Посреди светлого благоденствующего мира.
– Значит, хочешь жить – умей качаться? – подытожил я.
– Выше уровень – больше возможностей, – тихо сказал Кренделек.
– Но зачем тут… – начал было я, но Снежок шикнул. Книгожор быстро потушил погасил лучину.
– Тихо! – шепнул Кренделек. Да, собственно, мне и самому уже не хотелось разговаривать.
Потому что – что-то толкнуло ставни. Будто попробовало на прочность. Тишина навалилась неожиданно, и нарушать ее не хотелось. По ту сторону дома что-то было. Оно остановилось у окна, ковыряло доски и пыхтело. Принюхивалось.
– Не войдет, – прошептал Кренделек. – Не шуми. Сам не войдет.
Я застыл. На улице двигалось очень тяжелое создание. Неповоротливое. Сиплое дыхание просачивалось в дом, завоняло так, словно под окна свалили тухлых скунсов. Что-то стунуло по доскам стены. Наверху зашуршало, чуть заскрипела балка.
Тварь чуяла добычу, но не могла понять, как к ней подобраться.
В темноте ни черта не было видно. Соседи не шевелились, почти не дышали. Я только догадывался где кто сидит.
Невидимый гость шумно сопел.
– Засиделись, – вновь шепнул Кренделек. – Услышал он нас. Молчи.
Что-то постучало в дверь. У входа звякнула упавшая на землю железка. Туша незнакомца проползла дальше. Я чувствовал, как она движется вдоль дома, внюхиваясь, вглядываясь. Как она ищет вход.
И мне было реально страшно. Хрен знает кто там ползает, но раз остальные замерли, как сурикаты, то не гоже как-то отрываться от коллектива.
Наконец, ночной визитер отступил, унося с собой гнилой смрад. Мы просидели во тьме еще несколько долгих минут, прежде чем Книгожор тихо произнес: