Третья капля магии (СИ)

Айна задержала взгляд на его широких плечах и поймала себя на мысли, что ей приятно наблюдать за тем, как играют под смуглой кожей могучие мускулы.
Затем, устыдившись этих мыслей, она смущенно отвернула глаза в сторону и тут, в гудении стрекоз, кружащих над листьями кувшинок ей послышался тихий голос:
— Светлого тебе дня, сестра…
И что-то легко коснулось под водой ее ноги.
Айна посмотрела вниз и увидела отражение лица. Но не своего, а чужого. Зеленые длинные волосы, словно водоросли вились вокруг него и плавно перетекали в водную рябь.
Айна вскрикнула от неожиданности, но тот же голос, напоминающий вкрадчивый плеск волн, вновь заговорил с ней.
— Тише… тише… Тебе здесь ничто не грозит… Послушай… послушай… — лицо, глядящее на нее из-под поверхности воды, озарила лукавая, мягкая улыбка.
Догадавшись о чем-то, Айна указала глазами на Тэумара и повернувшись, поплыла к берегу, под защиту тростниковых зарослей.
Она встала в воде по пояс, озабоченно оглядываясь по сторонам. В детстве ей очень нравилась слушать истории о водяных зеленоволосых девах, живущих в озерах посреди дремучих лесов.
Говорили, что девы эти, вроде бы всегда были добры к женщинам, но не терпели мужчин, нарушающих покой их тихих вод. Такие рассказы завораживали маленькую Айну, но она и не думала, что когда-нибудь повстречает с ними — духами древних времен. Мудрецы утверждали, что водяные девы сгинули вместе с водами Великой реки, как и многие другие духи, что населяли когда-то ее ослепительные берега.
Неужели это была именно она, водяная дева? И куда пропала?
— Я здесь… я здесь… — опять донесся шорох волн.
— Прости, что потревожили твой покой, — тихо и уважительно проговорила Айна, — мы сейчас уедем отсюда. Мы не знали, что глубины озера обитаемы.
— Они необитаемы в вашем мире… но вы прошли сквозь обманный туман и вступили за грань мира иного! — рассмеялась водяная дева.
Айне не нужно было объяснять услышанные слова. Все верно! Это то же озеро, которое в их мире, почти лишенном магии, заросло ряской и илом, а в мире этом, где магия по-прежнему живет — оно выглядит так, как выглядело в давнюю старину.
— Значит, наша цель близка? — спросила Айна, тут же проникнувшись доверием к этому голосу, к этой ласковой улыбке.
— Твоя — близка. Ты станешь счастливой, мы вернем тебя домой немедленно, если отдашь нам мужчину… Мы давно не получали столь желанной для нас жертвы…Такой красивый и сильный мужчина. Он нужен нам…
— Отдать Тэумара? — невесомое облачко сомнений пробежало по лицу Айны.
Дева поднялась из реки, похожая на легкую дымку. Ее руки ласково, как руки матери гладили Айну по щекам, по волосам, и от этих прикосновений ее сердце затихало, успокаивалось.
— Разве это твой мужчина? Я не чувствую его в тебе… — шептала дева.
— Нет, но он был добр ко мне… — говорила Айна, всей душой внимая этим материнским прикосновениям.
— Наивная сестра… веришь в доброту, которой нет…
— Но почему ты просишь отдать Тэумара? Разве не можешь забрать его сама?
— Это древний обычай, священный ритуал… Если мужчина в сопровождении женщины, мы должны получить на то ее позволение, она отдает его нам в жертву за исполнение любого желания…
— И он умрет?
— Конечно, умрет… Жертва всегда умирает…Его кровь — плата за твою жизнь!
— А если я не дам позволения? — осторожно спросила Айна.
— Тогда страх и беда встанут на каждом вашем шагу. Другой мир не выпустит вас, вы будете плутать по кругу, покуда оба не сгинете! — рассмеялась водяная дева без всякой злобы, и Айне показалось, что это волны заплескались громче и веселее.
Душа ее раздвоилась. Казалось, вот теперь то, что она замыслила, на что надеялась, может наконец свершиться, и ее вина в том будут невелика — не ее воля погубит Тэумара, а сила неведомой магии… Она ничего не может противопоставить этой силе. Но что-то удерживало Айну дать согласие на это убийство.
— Мужчины ищут во всем лишь свою выгоду, — ласкал, соблазнял ее голос, — он обманывает тебя, его мысли наполнены тьмой и мраком. Ты должна беречься обратного пути…Когда он обретет желаемое… Берегись обратного пути… Берегись, сестра…
 
— Но я давала клятву, что не причиню Тэумару зла…
— Клятва не будет нарушена! Ты просто говоришь, что этот мужчина безразличен тебе, а все остальное — наша забота…
— Вас здесь много?
— Нас столько, сколько должно быть… Так что же ты скажешь, сестра?
— Но этот мужчина в самом деле мне безразличен! — прошептала Айна.
Раскаленная игла сомнения кольнула ее сердце, заставив его болезненно сжаться, но все тут же сгинуло — и сердце замерло.
С мучительной ясностью вернулись воспоминания того, как Тэумар угрожал ей смертью, как вынуждал соглашаться на опасную сделку, как обещал вновь напоить ее дурманом.
— Так если он умрет, я вернусь домой? — уточнила Айна.
— Непременно, непременно… — закивала водяная дева и волосы ее заструились, и тихой озерной глади побежали волны.
— А как я вернусь?
— Силой наших чар… Не сомневайся… Мы вернем тебя…
— Айна!
Голос Тэумара ударил по ее ушам, словно порыв колючего ледяного ветра.
— Здесь! — ответила она, ощущая как к ее сердцу вновь прихлынул неиссякаемый поток ненависти ко всему, в чем бьется кровь Лянсиды.
— Берите его! — прошептала Айна с улыбкой, похожей на хищный оскал.
— Тогда иди к нему и уговори войти в воду… В воду… Если он откажется идти сам, то просто плесни в него водой, плесни играя, шутя… Тогда он решит, что ты заигрываешь с ним и сделает все, что пожелаешь.
И водяная дева снова опустилась в озеро, и синие волны сомкнулись над ней..
Айна вздохнула и, как была, в прозрачной нижней рубашке, так и направилась к ивовым деревьям.
Тэумар сидел на траве и, чтобы чем-то заняться, чистил пучком травы свой нож.
Он услыхал шаги и поднял голову. Мгновенное изумление промелькнуло в его глазах, но на лице не дрогнул ни единый мускул, когда увидел он, вставшую напротив него Айну, увидел ее прекрасное тело, откровенно просвечивающееся сквозь ткань мокрой рубашки.
— Вода так хороша! — проговорила Айна, тряхнув россыпью золотых, сверкающих на солнце волос, — Почему бы и тебе не искупаться!
— Может быть, после… — опуская глаза, пробормотал совершенно сбитый с толку Тэумар.
Что задумала эта девчонка, дразня его своим полуобнаженным телом и ласковым голосом?
— Ты все еще сердишься? — спросила Айна, поглаживая тонкими пальцами его плечо.
В душе она понимала, что творит что-то странное, несвойственное ей, но остановиться уже не могла.
— Нет, — ответил Тэумар коротко.
— Тогда почему ты не смотришь на меня?
— Я не хочу смотреть на женщину, к которой не могу прикоснуться, — ответил Тэумар, — тебе лучше одеться и мы продолжим путь. Нет времени рассиживаться.
— Согласна! Но прежде…
Айна подбежала к озеру, зачерпнула пригоршню воды и метнувшись обратно, плеснула этой водой в Тэумара. Теплые капли полетели и упали на его лицо, волосы, руки…
Водяная дева не ошиблась. Озабоченность и суровость тут же покинули его черты. Он бросил нож в траву и поднялся.
— Ты права! Пожалуй, освежиться не будет лишним. Может, мы задержимся здесь еще ненадолго! — сказал он, теперь разглядывая Айну с неприкрытым интересом.
Она ощущала, как его чувственный взгляд скользит по ее шее, груди, животу… Прежде она бы убила любого за такой взгляд, но сейчас он напротив, был ей неизъяснимо приятен.
“Да что со мной!” — словно издалека пришла мысль, и в тот же момент ее губы сами собой сложились в шаловливую, многообещающую улыбку.
Она чуть отступила, словно дразня, словно приглашая Тэумар принять правила ее игры.
— Вода просто великолепна! — пропела сладким голосом.
— Будь здесь, на виду! — сказал Тэумар.
И стремительно окунулся в глубины озера и поплыл, мощно рассекая воду сильными руками.
Айна смотрела, не отрываясь. Она видела, как он, достигший середины озера, резко ушел на дно, словно кто-то схватил его и потащил со страшной силой на глубину.