Третья капля магии (СИ)

Айна с трудом сдержала глубокий нетерпеливый вздох и принялась оглядываться по сторонам.
— Интересно, здесь растут лунные цветы? — пробормотала она, обращаясь скорее к самой себе, но Тэумар услышал ее вопрос.
— Растут, — ответил он, — за змеиным логом их целая поляна…Ты сможешь полюбоваться на них, когда будем проезжать мимо… Если ничто не задержит, то к полуночи…
— В Этеляне они растут прямо под моими окнами, — сказала Айна не для того, чтобы поддержать беседу, а чтобы вызвать в душе более яркие воспоминания и оттого — более сильную боль. Боль всегда должна напоминать ей, ради чего она здесь.
— Я иногда нарочно приезжаю на ту поляну и всю ночь смотрю, как они пью лунный свет, умирают и возрождаются вновь, — тихо проговорил Тэумар, устремляя в небо задумчиво-умиротворенный взгляд.
— Как-то раз, я и Лэми… — начала было Айна и тут же испуганно замолчала.
Странно, но увидев сейчас красивое, одухотворенное лицо Тэумара, она на какой-то миг вдруг забыла, что рядом с ней смертельный враг.
— Лэми — это твой жених? — спросил Тэумар, в надежде спасти непринужденный разговор.
— Неважно! — отрезала девушка и посильнее сжала колени, заставляя своего коня ускорить бег.
Тэумару раздраженно сдвинул плечами и продолжил ехать медленно.
Ему тяжело было находиться рядом с Айной. Тэумар имел опыт и быстро осознал, что, несмотря на все клятвы и угрозы, заглушить неодолимую тягу, которую испытывает он к этой непокорной и дерзкой этелянке — не так-то просто. Ее холодность и бесстрашие невольно пленяли его сердце.
Первая трепетная дрожь проскользнула в крови Тэумара уже тогда, когда он нес бездыханную девушку на руках по краю обрыва. Наверное, каким-то чутьем уловил он в тот миг исходящую от нее опасность. Именно это чувство и нашептывало Тэумару, что лучше бросить беспомощную, прекрасную ношу в зыбучие пески Сухого Русла. Прислушайся он тогда к голосу интуиции, — сейчас бы был рядом с Иви, и отец не потерял бы рассудок, остался бы в полном здравии…
Иви! Милая любящая Иви! Нельзя в такой смутный час поддаваться искушениям! Нельзя забывать, что хитрая дочь Этеляны, наверняка, только и ищет повод, чтобы избавиться от него…
Понимание этого приводило Тэумара в ярость. Конечно, она не зарежет его ночью, во время сна, но кто знает, какая сила таится в этой лучезарной улыбке, такой нежной и обольстительной, несмотря на откровенное презрение, сверкающее в голубых, словно воды лесного озера, глазах.
— Айна! — обеспокоенно крикнул он в сумрак леса.
— Здесь! — донесся издали ее недовольный голос.
— Не уезжай далеко. В этих лесах часто охотятся волки Каменистой равнины!
— А нож мне на что? — рассмеялась она где-то посреди лесной чащи.
Тэумар ничуть не усомнился в ее словах. По тому, как уверенно сжимала она поводья своей небольшой, но крепкой ладонью, он понял, — оружие Айна способна держать не менее твердо.
  
Глава 27
 
Стройная фигурка, завернутая в плащ стремительно вошла в гостинную и откинула с волос капюшон, обнажая вихри темных непокорных волос.
Сайм почувствовала, как над головой его сверкнули молнии, а пол под ногами закачался, словно готовый разверзнуться.
За дверью, в нескольких шагах от него стояла та, которая едва не погубила его, та, о которой он грезил все эти дни и ночи, та, любовь к которой, несмотря на жестокий обман, продолжала биться в его сердце. Призрак Сухого русла оказался не призраком, а живой женщиной из плоти и крови.
Сайм уперся лбом в стену, пытаясь сдержать рык отчаянной ярости, рвавшийся из груди.
— Меня зовут Мерьята, — услышал он властный и вместе с тем нежный голос, — я сестра Тэумара и дочь Изенара. Я приехала сюда по просьбе брата. Обстоятельства не позволяют ему покинуть Лянсиду…
Дочь помогала отцу в подлом обмане! Невероятным усилием воли Сайм заставил себя успокоиться снова посмотреть в узкую щель.
Мерьята! Мерьята! — билось в его воспаленном сознании. Он плохо понимал, что говорит девушка, — голос ее заглушал гул крови в ушах. Чуть повернутое в его сторону лицо — такое красивое, желанное, ненавистное зыбилось от слез, что застили ему взгляд.
 
— С ним случилось что-то страшное? — прерывающимся от тревоги голосом спрашивала Иви, по привычке, прижимая руки к груди.
— Нет, с Тэумаром ничего не случилось. Я не могу говорить обо всем, но он просит тебя прибыть в Лянсиду, как можно скорее……
— В Лянсиду?
— Да, поэтому он прислал меня… Остальные подробности ты узнаешь на месте.
Иви торопливо заходила по комнате, трогая пальцами пылающие щеки. Девушка, стоящая перед ней походила на Тэумара широкими скулами и разрезом глаз, но Иви опасалась интриг Изенара, очевидно, готового на многое, чтобы помешать их счастью.
— Но выехать нужно, не мешкая, — продолжала Мерьята, — Лошадям хватит ночи, чтобы отдохнуть, а тебе, чтобы собраться…
— Завтра? — неуверенно спросила Иви. Она очень не любила менять свои ближайшие планы, ее очень раздражало, когда ситуация становилась поперек ее замыслам.
— Ты сомневаешься? — осведомилась Мерьята, увидев колебание на изменившимся лице братовой возлюбленной.
— Это все очень странно… До сегодняшнего дня я не мыслила о твоем существовании. Почему Тэумар не рассказал мне, что у него есть сестра? К тому же я не могу уехать, не попрощавшись с матерью…
— Об этом спросишь его при встрече… Я буду ждать твоего ответа в гостинице! — холодно проговорила Мерьята.
— Нет, нет! — поспешно возразила Иви, — в доме имеются прекрасные гостевые комнаты. Да и спутникам твоим место тоже найдется…
В конце концов это лучше, чем терзаться от неопределенности. Факт, что Тэумар не бросил ее, а по-прежнему заботится, не ослабило влечение ее к Сайму. Иви помнила о том, что молодой вождь Этеляны, возможно, дожидается в спальне окончания разговора или вернется ночью, как обещал, и понимание этого страшно волновало ее кровь, а сладкие воспоминания о поцелуях кружили голову. Она была готова на измену. Она желала хотя бы раз в жизни ощутить то, чем Тэумар ей спешил с ней делиться.
— А что еще Тэумар велел мне передать? — спросила Иви.
— Он по-прежнему любит тебя и, надеется, что ты тоже его не забыла…
— Нет, я тоже люблю его как раньше! — с жаром воскликнула Иви, наслаждаясь той сложной игрой, которую затеяла.
Сайм презрительно усмехнулся, понимая все тайные мысли, что лелеяла девушка в своей душе. Пара жарких поцелуев затмила целый год любовных отношений, и нынче ночью Иви будет выбирать, с кем ей остаться. Но теперь планы самого Сайма переменились.
Он бесшумно пересек темную спальню и вышел в коридор, опасаясь, что если останется стоять за дверью, то выдаст себя раньше времени, а Мерьяту нужно застать врасплох. Он хорошо запомнил расположение дверей, поэтому ему не составило труда незаметно покинуть дом.
Возвращаться в гостиницу не хотелось.
Сайм стремительно шел по улице, пытаясь разгоряченную неожиданной встречей кровь. Что он сделает с той, кто стала причиной его душевной погибели и едва причинила ему гибель физическую?
Он непременно завладеет Мерьятой, тогда в Иви более не будет нужды. Итак, решение принято… Он похитит Мерьяту, заставит ее подчиниться и сегодня же покинет Сетао. Нужно как можно быстрее добраться в Этеляну и уже оттуда, чувствуя свое превосходство, вести переговоры с Изенаром. План был сумбурным и рискованным, но иного выхода Сайм не видел.
Он крепко сжал зубы и тихо застонал, страдая от собственной беспомощности. Осознания того, что придется убеждать Мерьяту угрозами или даже силой сводила его с ума. А может, лучше ли соблазнить, как Иви? Подчинить душевно и телесно, сделать так, чтобы она дышать не могла без его ласки, а затем вышвырнуть обратно в Лянсиду — сломленную, страдающую… Очарование страсти пройдет быстро, и пусть она после мучается и проклинает свою судьбу… Сайм опять ощутил слезы у глаз… Как он любил ее! Теперь же он ее ненавидит и презирает!