Семьдесят Пятая для Мороза (СИ)

- Расслабься и вдыхай, - подал мне Ник пример, втягивая носом серебристый дымок.
Ну точно, мы все тут абсолютно укуренные, вот и мерещится чертовщина.
Однако я послушно последовала его примеру, вдыхая запах празднично-сладкого волшебства, и... словно бы ухнула в образовавшуюся под ногами пропасть.
  
Взвизгнуть мне не позволила горячая ладонь, вовремя зажавшая рот.
- Где мы? – шепотом спросила я, ощущая необычное покалывание в руках, будто и сама, наконец, прикоснулась к магии, почувствовала ее внутри себя.
Вокруг царил полумрак. Мерно тикали на прикроватной тумбочке часы, семейная пара безмятежно спала в теплой постели. В углу переливалась неяркими огнями нарядная ель.
Пахло домашним уютом и имбирной выпечкой, хвоёй и молоком.
Через открытую дверь видно было подсвеченную розовым ночником детскую комнату напротив родительской спальни.
Мы в чьей-то квартире, вероятно по адресу, указанному в письме.
  
Глава 5
 
Ник подкрался к изголовью кровати, и только сейчас я заметила, что его кожа светится изнутри ледяным серебром, как дыхание «Гендальфа». Особенно ладони.
- Охренеть, - снова выдавила я в потрясении, начав сомневаться, что мой напарник – человек. – Теперь ты наколдуешь им подарки?!
- Мы не волшебники, - покачал головой Мороз, совершая странные манипуляции с «кальяном» и спящими людьми.
Направил пар в их сторону и дал им хорошенько надышаться.
- Мы всего лишь связующее звено между людьми, даём возможность родителям узнать мысли и чаяния ребенка, дарим шанс воплотить его мечты. Дед Мороз существует, Леся, но он не совсем такой, каким представлен в сказках.
Он говорил так, словно хорошо его знал. Любопытно, хоть кто-то из работающих в фирме Морозов настоящий? Например, сам Ник или тот «Гендальф» на старт-площадке? Или Дед Мороз – это собирательный образ из множества сверхъестественных существ, работающих как единый механизм?
Спящий мужчина зашевелился и приоткрыл глаза. Я испуганно замерла, мечтая стать невидимкой. Была уверена, что он нас сейчас заметит и вызовет полицию!
Но мужчина сонно поднялся, почесал зад и лениво потащился в туалет, не заметив ни меня, ни стоявшего совсем рядом с ним Деда Мороза с дымящимся «кальяном».
- Молодец, Семьдесят Пятая, - одними губами шепнул Ник, хотя я совершенно не поняла, за что он меня хвалит.
Он поманил меня к себе, прижал за талию и вдруг повел носом вдоль моего виска, жадно втягивая мой запах. Но я не успела отреагировать, потому что через мгновение мы снова переместились на крышу.
Ветер все ещё завывал, гоняя снежную поземку и бросая в наши лица колючие крупинки. Сани все ещё покачивались в воздухе, а олени нетерпеливо пофыркивали и выпускали густой пар из ноздрей.
Подтолкнув вверх, Ник вновь закинул меня в сани, но теперь сел рядом. Достал из большого красного мешка новое письмо...
Следующим пунктом назначения был детский дом. Множество детей, потерявших родителей, хотели получить гостинцы от Деда Мороза.
Ник положительно оценил мое предложение направить «послание» не воспитателям, а директору заведения, который реально мог выделить деньги на подарки.
- Эта вещица трансформирует желания детей, озвученные в письмах, в мыслеобразы, которые вдыхает взрослый, - пояснил Ник, обрабатывая мужчину в деловом костюме, задремавшего в своем кабинете.
Отправься директор детдома домой, и нам не удалось бы использовать его для нашей цели. Пришлось бы ночную няню задействовать, а это было бы менее эффективно.
- Информация поступает сразу в мозг, и человек, проснувшись утром, уверен, что это его собственные идеи.
- А почему они нас не замечают? – в который раз меня изумляла слепота неспящих хозяев квартир, у которых мы оказывались.
- Потому что ты Семьдесят Пятая, - посмеивался мой горячий напарник.
От довольных взглядов, которыми он меня то и дело прожигал, становилось все больше не по себе. Как будто я флиртовала с хищником, почуявшим во мне сладенькую добычу. Вот-вот проголодается и набросится.
Страшно. Но отчего-то очень волнительно. Мурашки то и дело проскакивали по спине и оседали легкой слабостью в ногах. В животе теплело.
- С двумя Двадцать Пятыми мне было намного труднее работать. Все приходилось делать самому, и это отнимало уйму энергии. То и дело нужно было возвращаться на базу для подзарядки, на это уходило время, которое можно потратить с большей пользой. Другое дело теперь, - он притянул меня к себе и заглянул в мои глаза так глубоко, что у меня уже совсем не осталось сомнений: я ему нравлюсь.
В синих омутах полыхал откровенный голод, от которого мне хотелось растаять мороженкой и одновременно спрятаться в норку. Так наглый котяра смотрит на сметану, которая уже никуда от него не денется.
Откуда в нем эта уверенность? Я, может, занятая дама или даже замужняя! Уж точно я – не легкого поведения барышня, которая после рабочего дня сразу в койку к нему запрыгнет.
Да ведь? Я не такая?
Пропитываясь его жарким, можжевелово-мужественным парфюмом, я все меньше была уверена, что устою перед невероятной харизмой своего Мороза…
- Ты расскажешь мне, что это значит? – в очередной раз устроилась я в санях, кутаясь в свой теплый тулуп, хотя уже так увлеклась волшебным действом, что и ледяного ветра не замечала. - Что за Двадцать Пятые, Пятидесятые и Семьдесят Пятые? А Сотые есть?
  
Глава 6
 
- Сотых мало осталось, не больше тысячи на весь мир. Они на руководящих должностях. Подпитывают остальных, когда магия заканчивается.
- Как тот «Гендальф» на раздаче?
- Ага, он, - посмеялся Ник над моим сравнением. – У него даже кончики ушей заостренные. Присмотрись получше, когда вернемся.
Слишком увлечённая необычной работой, я уже почти не обращала внимание на огромную высоту, на которой мы летели. Воспринимала спокойно.
- Как у эльфа? – пошутила я.
- Ну почему же «как»? – вполне серьезно возразил Ник, задавая новый адрес назначения с помощью очередного конверта и скармливая идею «кальяну». – Эльф он и есть, самый настоящий. Стопроцентный!
  
- И их целая тысяча? – изумилась я, что сказочные существа реально живут среди людей.
После всего увиденного поверить в эльфов было уже минутным делом.
- Всего тысяча, - поправил Ник с сожалением. – Как и детей, верящих в волшебство и отправляющих письма Деду Мороз в надежде на ответ, тоже становится меньше. Настанет время, когда в живых не останется ни одного эльфа с сильными магическими способностями. Тогда и вера в Деда Мороза, вероятно, сойдёт на нет.