Расплата за измену. Изысканный развод графини (СИ)

Чувствовала себя ябедой, ужасное чувство до сих пор не отпускает. Хочется сбежать от всей этой грязи, но меня отпустили только под поручительство герцога старшего.
Однако, когда «тест» закончился, инспектор в приватной форме мне поведал, что это максимум домашнее насилие, инцидент с шаром сведён до несчастного случая адвокатами Дороти, ведь в её поместье случилась эта неприятность. А муж клянётся, что действовал в моих интересах и девочку отправил подальше от скандалов, и никаких злых умыслов.
  
Вот и вся петрушка, они все ангелы, а я неблагодарная тварь, ещё и прячусь в доме «любовника», теперь точно пресса так разнесёт по всем закоулкам. Мне никто не верит, ну кроме того джентльмена, что подвёз меня на автомобиле из поместья Бэкетов после побега, но и на его свидетельства у моих врагов нашлось доказательство невиновности, я была не в себе и по мне плачет госпиталь, и снова все упирается в мою же неверность. Единственное спасение, это контракт на реновацию сада, который я уже подписала с герцогом Вельфом старшим.
Эти мысли, заставляют задуматься, я снова в тупике.
Из потока размышлений меня вырвала Вика, она счастливая крутится перед зеркалом, в полном восторге от нового платья.
Начинаю складывать по огромным коробам обновки, хоть немного отвлечься от гадких мыслей о семье мужа.
— Ох! Мои красавицы! Вы всё перемерили? Берём все платья? — не успеваю переложить наряды дочери, как в комнату, деликатно постучав, вошёл Рэй. Точнее, его тут же за руку завела Вика и начала обстоятельно рассказывать, что ей все платья подходят, и они все красивые, и выбрать из них несколько невозможно.
Ну какая хитруля!
— Так, они все куплены, у юной графини в гардеробе должно быть достаточное количество нарядов. А вам, госпожа Инес, все ли наряды подошли? — обращаясь ко мне, голос с весёлого неожиданно переключился в режим томного. Каков хитрец.
Смотрит с такой нежностью и заботой, кажется, что он сейчас и дышать за меня начнёт. Миленько улыбаюсь, хочу напомнить о дистанции, но он сам:
— Отец за эти дни полностью изучил ваши дела. Обещал, что устроит приём у Её Величества!
— Для нас, ой, я не готова! — начинаю паниковать, вообще не знаю, как себя вести при дворе.
— Графиня Виктория, а не могли бы Вы показать это платье и куклу Эни, — так деликатно герцог выпроводил из комнаты мою дочь, чтобы сказать неприятности про моё дело.
Стоило двери за малышкой закрыться, как Рэй слегка погрустнел:
— Нет, он сам соберёт все бумаги и обстоятельно поговорит, попытается приватно доказать, что волюнтаризм, с каким леди Бэкет старшая пытается исключить из жизни девочки родителей - незаконный. Особенно это касается вас, дорогая. Про развод, к сожалению, он даже заикаться не намерен. Королева будет в бешенстве от одного этого слова.
— Но как мне освободиться от опасной семьи?
— Инес, у вас снова напряжённое лицо, не переживайте, все бумаги составлены, мы сорвём маску благочестия с монстров. Просто нужно время. Думаю, что от вас с Викторией отстанут. Вы мать, теперь здоровы, а на природе отдохнёте, немного поправитесь...
— Ах да! Фигура зубочистки мужчин не прельщает, так сказала ваша сиделка.
— Не берите в голову, мужчин прельщает ничто иное, например, то как он себя чувствует рядом с любимой.
Я вспыхиваю румянцем на щеках, Виктория в этот момент вернулась довольная, видимо, ей сказали много комплиментов.
— Умоляю, больше к этой теме не возвращаемся!
— Да, конечно. Эни сейчас зайдёт и поможет вам собраться. Мы ждём леди Мейбл Олбани, она попросилась отвезти её в город, обналичить деньги и купить себе одежду, она едет с вами, сегодня вечером на автомобиле. И повезу вас я! Комнаты в поместье уже готовы, вот только багаж привезёт наш управляющий завтра на карете.
— Да уж, платьями тут можно супермаркет открыть! — я не заметила, как использовала запретное слово. У герцога приподнялась бровь от удивления. — Ой, не берите в голову, это американское название больших магазинов. Я случайно.
Герцог долго посмотрел на меня, быстро взял за руку и поцеловал, словно стесняясь. Но вот Викторию он поцеловал раз пять в щёки и в лоб, не спрашивая разрешения.
— Ты такая красивая девочка, представляю, какой красивой в детстве была твоя мамочка. Мне пора, если ещё что-то вспомните, напишите список и отдайте камердинеру или Эни.
— Спасибо, милый герцог! — Виктория улыбнулась и присела в реверансе. Рэй расплылся в умильной улыбке. А я так и не поняла, он искренне так тепло относится к моей дочери, или это далекоидущие планы на счёт меня, а может, и наследства.
Неприятно подозревать всех.
Стоило двери закрыться, как Виктория подбежала, обняла меня и прошептала:
— Почему папа никогда не целовал меня и не смотрел как на принцессу? — вот тебе и раз! Я и ответить ничего не могу. Она скучает по отцу, но по такому, как Рэй?
И что надо было сделать с Эндрю, чтобы он стал заботливым, внимательным и ласковым?
Ответов у меня нет.
К вечеру мы все собрались, и Рэй сам повёз нас всех в поместье, а Герцог Йоркский старший Эрнст Август Вельф в это время на приёме у Её Величества, пытается отстоять моё право на дочь. Про свободу мы уже не заикаемся.
Пытаюсь не нервничать, но не получается. Короли редко меняют своё первое решение, это ниже их достоинства...
  
Глава 27. Тётка
 
Лорд Бэкет сначала неприятно удивился, а теперь нашёл себя в состоянии, близком к глубочайшей депрессии.
Предательство матери!
Как она вообще могла так поступить?
Подала в суд на него, родного сына. И даже не сожалеет об этом. Дороти под домашним арестом, а вчера новость, что сам герцог Йоркский объявил внушительную награду за информацию о Виктории.
— Когда Инес успела спутаться с ним? Это же младший лорд! У старшего бы хватило ума опубликовать объявление от имени адвокатской конторы.
Эндрю несколько раз перечитал газетную заметку. Уже миллион раз пожалел, что пошёл на поводу у Дороти.
Инес такая скромная, невнятная, очень красивая, но в ней нет дерзости, как у Дороти.
Жена постная, как вода. Дороти как горячий глинтвейн. Вот только Эндрю на этом «напитке» уже не единожды обжёгся. И одному богу известно, сколько ещё предстоит обжигаться.
Он нервно потёр руки, словно замёрз. Давно не посещал клуб, но теперь его не примут, или поднимут на смех. Ещё немного и общество его окончательно забудет.
Позавчера у Лоуренсов были крестины первенца, грандиозное событие, пригласили всех общих знакомых, всех, кроме Бэкетов.
И это только начало.
Жена не простит, Дороти действительно как прокажённая, от неё стоит держаться подальше. Мать окончательно опозорила, написав жалобу самой королеве.
— Чёрт возьми! Я же собирался съездить к тёте Грейс! Она знает всё про матушку, надавлю на жалость, кинусь в ноги, попрошу рассказать, что такого ужасного, случилось в прошлом, что Гвинет так возненавидела отца и меня следом.
Лорд поспешно собрался в дорогу, на него домашний арест не распространяется, его дело скорее административное и внутрисемейное, за такие «преступления» не судят, но осуждают.
Вышел из дома, завёл автомобиль, но выезд перекрыл полицейский фургон. Так не вовремя.
— Лорд Бэкет, у нас ужасные новости, простите, не могли бы вы проехать с нами в участок.
— Что случилось? — раздражение не успело уступить место страху.
— Нашли тело утонувшего ребёнка, сожалеем, что сообщаем эту новость, но ваша мать в поместье. А местонахождения вашей супруги пока неизвестно. Просим вас проехать на опознание.
  
У Бэкета от ужаса онемел язык, ноги стали ватными. В животе жуткий спазм.
Если бы эти ужасные слова он не услышал сейчас, то...
Все эти дни, до него даже не доходило, что, отправив Вики с глупой няней, чёрт знает куда, он подверг её опасности, свою дочь, обрёк на страдания. И сейчас ледяная рука правды перехватила его горло не позволяя вдохнуть.