Архимаг с пеленок. Том 4 (СИ)
Теперь, без камер и учителей, Рина уже не стеснялась ставить всем подножки своей силой (не могла только Сашке, на что очень смешно злилась), Сашка уже полноценно взаимодействовал с Хвостиком, и они ловили нас синхронно, с двух сторон.
Ну а я… Я всё чаще предлагал поиграть в прятки, а не в догонялки. Ведь мои способности к иллюзиям лучше тренировать «в полевых условиях», а не наедине с собой.
Так уж работает магия. Даже я не разгадал этот механизм, но факт есть факт. Заклинания, применяемые для решения настоящих задач, расширяют каналы и обогащают Источник в разы лучше, чем сухая учёба.
Так прошёл март. Затем и апрель — в апреле мы на полную катушку отпраздновали сашкин день рождения. К этому моменту как раз оттаял и стал оживать сад вокруг поместья.
— Мы с тобой, Саша, можем вместе следить за этим садом и выращивать тут всё, что твоей душе угодно! — широким жестом обвёл ряды переломанных кривых кустов Дашков.
И не было для Сашки слов, слаще этих. С тех пор мальчишка твёрдо решил:
— Када вырасту, буду садистом!
Ну а потом в нашу мирную жизнь вторглось то, от чего среди ночи в холодном поту просыпается каждый взрослый человек.
Работа.
Глава 2
Ласковый прием
— Вова, ну что тебе на месте не сидится⁈ — возмущённо пыхтел главный редактор Пермского Губернского — одного из множества небольших региональных каналов в рамках Свободного Вещания. Довольно грузный тип, к концу рабочего дня он всегда больше пыхтел, чем внятно говорил. — Ну займись… не знаю! Вон, коммунальщики опять с таянием снегов не справились, этим займись! А эти… ну, мажоры какие-то.
Но «Вова», а точнее, конечно, Владимир Грызлов, старший оперативный корреспондент Пермского Губернского, был непреклонен!
— Ха! Мажоры. — сжал Владимир телефон покрепче. — Ну-ну! Приехали из Москвы, сразу арендовав давно заброшенное поместье! Тут же начали строчить проходные статейки и аналитику для газет ЭсВэ! В офисах лично не показываются, из поместья не выезжают…
— Так стоп! Вова, твою-то мать! Ты что же, следишь уже за ними⁈ Ты знаешь, что за такое тебе могут… яйца открутить, прости за мой французский⁈
Но Грызлова и это не пробило.
— Что не так? Я на частную территорию не проникал, ни за кем конкретно не следил. Просто выяснил, что в поместье всё только доставляют… да и то немногое. Так, знакомый мой подежурил на отвороте к ним, и только! Вы паникёр!
— Я, может быть, и паникёр, но дело своё знаю! А ты, Вова…
В общем, жаркий спор продолжался ещё долго. Начальник, весь потный и красный, всё время утирал лоб влажной салфеткой, но помогало мало.
А дома ждёт жена, дети, вкусный ужин… интересно, что там сегодня ему приготовили⁈
— Ой… ладно! Хочешь делать своё расследование, делай! Только не удивляйся потом! Когда ничего не откопаешь и вылетишь нахрен с канала! Понял меня⁈
Грызлову только то и было нужно. Довольно кивнув, он сунул начальнику все нужные бумаги, а затем стрелой вылетел в коридор.
— Мажоры, значит… будто нам местных козлов мало! Ещё московские повадились! Уж я узнаю, кого вы тут представляете, на кого работаете и что собираетесь пролоббировать! Кровососы столичные!
О, Владимир был большим патриотом своего края. По молодости даже привлекался за сепаратизм… но обошлось. Хотя, после этого работать он смог только в одном СМИ.
В Свободном Вещании. Сюда берут вообще всех подряд. Просто мало кто об этом знает.
* * *— Чего⁈ Какие ещё журналисты⁈
Мы все сидели за столом на первом этаже и завтракали. Несмотря на начало мая, погода оставалась не очень-то тёплой, так что верандой пока не пользовались.
И лицо Насти, конечно, надо было видеть!
— Какие-какие. — крякнул генерал, отпивая свой кипяток, который он называет чаем. — С ЭсВэ вашего. Но с регионального канала. Подали заявку на интервью. А раз поместье арендовано на тебя, отказать мы им не можем.
— Да блин!
Родители всячески поддержали это высказывание Долгорукой.
Долгорукая. Даже не верится, что эта взбалмошная девчонка, месяц назад кидавшаяся с нами тающими снежками — одна из княжеского рода.
Да ещё и великокняжеского! Во всяком случае, общаться с ней легко и приятно. И ведёт себя не как кисейная барышня.
Вчера только помогала Сашке грядки копать. Что-то там они надумали посадить из раннего.
— А мозет их… тоже пьикопать тута гденибуть? — невероятно таинствкенным шёпотом протянула, как ни странно, Рина. Дожёвывая печеньку.
Все уставились на девочку. Эй, почему такая пауза⁈
— Не. Не вариант. — с искренним разочарованием сказал наконец генерал. Стоп, он что, реально думал, возможно ли это⁈ — Легенда Анастасии для нас сейчас важна. Благодаря ей у нас есть журналистское удостоверение. Оно нам ещё пригодится.
— Но что нам тогда делать? Ну придут они… а у нас тут что, толпа с детьми⁈ Да ещё вы, Ваше Сиятельство.
— Настя, не тупи! — усмехнулся Мирон, опёршийся на стол. — Спрячутся они. Я тоже журналист, кого не спрячем — тех запишем прислугой… простите, госпожа.
Он про Эльдану, разумеется. Остальных тут видеть явно не должны. Девушка, впрочем, ничуть не обиделась. Она вообще всё это время просто с гордой улыбкой смотрела на Рину, тянущуюся к столовому ножу.
Так. Интересно, в её мире всех девочек так воспитывают⁈
— Хорошо. — патетически вздохнула Долгорукая. — Но они ведь не отвяжутся потом! Впустим их один раз — решат, что мы компанейские ребята и начнут… под нас копать.
— Уже начали. — усмехнулся дашков, хлопая мощной ручищей по столу. — На отвороте к нам уже месяц то и дело пасётся один тип. Я пробил его, корреспондент Пермского Губернского. Старший, м-нэ!
Сашка, которому на все эти беды было глубоко фиолетово, уже унёсся дальше ковыряться в земле. Ему ужасно понравился сам процесс — ведь «по дороге» можно было выкопать всяких жучков и червячков.
Сашка каждого такого переносил в укромное место и аккуратно отпускал на вольные хлеба.
— Ну крысы, а! — не стала стесняться Настя. — Ну и крысы! Везде нос свой сунут!
— Такая уж у нас работа, Настюш! — рассмеялся Мирон, показывая висящее на груди удостоверение журналиста.
Такое же висело и у девушки.
От такого обращения парня Настя как-то вся покраснела и сбавила обороты. Я, конечно, ещё маленький, но тоже всё чаще замечаю какую-то… чрезмерную близость этих двоих.
Но не мне судить. Не наигралась дама в железных солдатиков — пусть играет.
— Так давайте сделаем так, чтобы эти черти решили, что им итак «всё понятно», и больше уж точно не захотели нас навестить? — подал идею отец.
Рина, дотянувшаяся наконец до столового ножа, как-то очень уж широко улыбнулась.
— Дя-дя-дя, давайти!
— Рина!
— Поясни. — потребовал генерал.
— Поясняю. Значит так…
* * *— Госпожа Долгорукая! — жизнерадостно поприветствовал Владимир временную хозяйку поместья. — Доброе утро! Чудесная сегодня погодка, не так ли? Приятно познакомиться!
Владимир и его напарник Геннадий, которого все обычно звали просто Крокодил Гена, синхронно отвесили девушке поклон.
Владимир не раз размышлял о том, почему к Гене прилипло прозвище Крокодил. Ему все говорили, что за доброту и оптимизм, как у персонажа известной сказки.
Вова подозревал, что всё-таки скорее за кривые зубы.
А хозяйка-то тут ничего! Владимир, вообще-то, и сам известен как красавчик, первый парень на канале и любимец женщин. И теперь, оглядев сверху донизу грудастую кудрявую блондинку в свободном платьице, да ещё с такой попкой…
Вова даже немного усомнился в своих подозрениях. Но лишь немного. Ведь из-за спины красотки тут же выполз какой-то стрёмный мужик!
— Э-э… И вам доброе утро, господин Иволгин. Я ведь ничего не перепутал?
— Нет. — мягко ответил Мирон, попивая что-то из большой кружки. — Вы ничего не перепутали, господин. Проходите.