Велесовы сыны (СИ)

— Моя тетушка была горной ведьмой! Агата! Вы слышали это имя? — Вопрос, без ответа, оставался недолго.
— Слышали, доводилось! Стерва конченая, каких ещё поискать! А если уж говорить на чистоту, то всем ведьмам ведьма! Тварь, и как её до сих пор не убили? Найти такую вторую вряд ли получится! — Это подключился ещё один вампиреныш, высунувшийся невесть откуда, но выглядевший несколько помоднее своего пахана.
  
— Наслышаны, знаем, чего там! Она со своими происками не первый раз к нам суётся! Только про то, что у неё такая племянница имеется, до сего дня не ведали.
— Ну да ладно, угомонись, Скалозуб! Пусть говорит, и пусть будет так, как должно случиться. Нам без разницы. Сын, у неё, или дочь. Главное, чтобы слово свое сдержала! — Вся округа, соглашаясь с ним, одобрительно замычала.
— Чего ты хочешь? Дерзай, Глафира? Говори, не молчи, не испытывай на прочность наше терпение.
— Я буду говорить с вашим главным и не прилюдно, а тет-а-тет! Понимаете? — Девушка подсознательно чувствовала, что перехватила инициативу.
Выпускать её было смерти подобно. Упырь и куча голодных вурдалаков и прочей нежити — не та компания, чтобы жить и радоваться.
— И говорить мы будем не в помещении, а на кладбище. И чтобы рядом, никого не было! — девушка не шутила.
Там, на свежем воздухе у неё открывалось пространство для спасительного маневра. Более того, никто не мог подползти незамеченным. Поскольку ни штор, ни портьер, на погосте не предусмотрено.
Да и помереть на природе, всё же приятнее, чем в этаком змеепитомнике. Заходить она никуда не планировала, себе дороже, а там как получится.
— Ладно, уговорила! Идём на погост, коли по-другому никак, — главный заправила упырьего гнезда вынес свое решение и поднялся. — Там всё и порешаем, торопиться и правда некуда
  
Глава 5
 
Глава 5
«Только на кладбище осуществимо
полное тождество взглядов»
И. В. Сталин
Аккуратно просочившись на территорию кладбища через ажурную калиточку в бетонной ограде, Глафира первым делом огляделась по сторонам.
- Да, не работает кладбище! Давно уже не работает! Огромный главарь, после разборок в офисе, как-то сразу растерял всю свою наглость и агрессивность. Сейчас он смотрелся как обычный медлительный и апатичный громила бомжеватого вида. Единственное, что выделяло его из общей массы среднестатистических маргиналов, это довольно большие размеры. Такие и есть самые опасные и непредсказуемые. А всё потому, что своим безобидным и расслабленным видом любого могут ввести в заблуждение. Если бы совсем недавно Глафира не видела его с оскаленными клыками и готового растерзать ее на куски, в жизни бы не поверила, что такое возможно. У неё на глазах происходили прямо-таки удивительные метаморфозы. Однако на этом чудесные превращения не заканчивались. Главный кровосос обладал обширными знаниями и мог быть галантным кавалером, когда хотел.
- Вы даже не подозреваете, девушка, какие люди тут похоронены. Цвет нации, герои лежат в могилах! Вещал этот мастер перевоплощения как ни в чём не бывало. Было видно, что, рассказывая о здешних покойниках, этот монстр действительно ими гордится. Всё это было немного странно и как-то не укладывалось у неё в голове.
- Это воины, казаки, защитники земли русской. Спят они вечным сном на этом погосте. Вот потому-то мы за этим местечком и присматриваем. Могилки здешние обихаживаем, за растительностью следим, кустарники вырубаем. Меня, между прочим, Николаем Петровичем зовут! Прошу любить и жаловать!
- Ну, насчёт «жаловать» это ещё куда ни шло! А вот насчёт «любить»! Глафира шутку не поддержала. Признаться, довольно смелое предложение! Особенно после недавних баталий в той самой каморке с гробами! Меня, между прочим, до сих пор озноб бьет после нападения того вонючего бледняка. — Ее снова передернуло от отвращения. — Ну, тот, у которого башка вместе с мозгами на куски разлетелась.
Её чуть было не стошнило при воспоминании об ужасной вони, которая сопровождала этот процесс.
- Бывает и не такое, куда же без этого. Благодушное настроение, видимо, снова вернулось к серомордому монстру.
Ему бы на сцене Большого театра играть. Молниеносная смена настроения, а вместе с ним и актерского амплуа происходила прямо у неё на глазах. И надо было таки отдать ему должное, как говорили тогда в Одессе. За мастерство и чистоту исполнения. Играл он почти что по Станиславскому. Классическая театральная школа в её наилучших традициях. А он, получается, гуру и корифей перевоплощения. Самородок. Потому как было совершенно неясно, когда он является самим собою, а когда находится в образе.
Клыков у него, видно, не было, а по своим физическим данным этот субъект вызывал скорее восхищение, нежели опасение. С такой статью ему бы кавалергардом родиться, а не вампиром. Ежели такого гиганта соответственно приодеть да серую морду тональным кремом замазать, то с ним хоть сейчас можно по театрам оперы и балета разгуливать. Женщине всегда приятно, когда рядом подобные гренадеры вышагивают.
А серомордый, не зная, о чем она размышляет, продолжал рассказывать про ту лопнувшую вонючку. Из-за невероятного амбре, которое исходило от издохшего скунса, у Глафиры вполне мог случиться анафилактический шок с летальным исходом.
— У того, кто на тебя в конторе накинулся, была одна сильная сторона, — не замечая её реакции на неприятные воспоминания, продолжал рассказывать здоровяк. — Он всегда очень сильно вонял. Почему так происходило, не знаю. У него и прозвище у него было соответствующее — Хорёк! От одного только запаха некоторые людишки сознание на несколько суток теряли. Кого-то откачивать приходилось, а кому-то это уже было без надобности. Запах тоже может служить оружием. Обстоятельства разные бывают, сама понимаешь.
До появления этой девчонки упырь преспокойно дремал, сидя на табуретке перед входом в свою контору. Судя по его первой реакции, воевать он ни с кем и не планировал. По ходу, такая спокойная и размеренная работа и была его главным занятием. В этом очаровательно тихом местечке как-то не хочется неприятностей. На местах погребения умерших зачастую атмосфера особая.
Удивительно, но кровососы сплоченно и обстоятельно заботились и обо всех почивших, и погребённых на этом старинном кладбище. Гнездо поддерживало склепы, памятники, могилки. Всё содержалось в образцовом порядке и чистоте. Такая серьёзная и ответственная работа велась ими на протяжении целых десятилетий, сразу после развала двух великих империй. Сначала Российская империя приказала жить долго и счастливо! За ней и Советская прибралась, как это ни прискорбно.
Однако здесь всё оставалось по-прежнему, как и в те благословенные времена. Эта незыблемость настораживала, удивляла и вызывала неподдельное умиление. Время как будто бы обходило стороной это место последнего успокоения граждан. Никаких изменений не происходило, да и произойти не могло, пока тут трудились такие ответственные работники, как упомянутый Николай Петрович.
Данное кладбище и состоящая при нем погребальная контора «Рапсодия» были своеобразным форпостом дипломатической миссии и таможней одновременно. Громадный упырь Николай пребывал здесь на особенном положении. Он являлся кем-то вроде специального военного атташе, совмещая при этом функции консула. Звание довольно высокое, если говорить о его дипломатическом ранге. На этом своеобразном пункте сбора и пропуска происходила первоначальная фильтрация всех обратившихся сюда сущностей. Кто только не обращался сюда за получением виз и пропуска в СССМ. Приходили подчас самые разнообразные представители всех имеющихся в галактике рас и видов. Очень часто просили о помощи и бестелесные духи, привидения, фантомные сущности. Также попадались и те, кто квалифицировался как демоны, черти и прочие представители иномирья. Гуманоиды, рептилоиды, арахниды, представители самых различных миров и галактик просили о помощи. Все, кто совершал преступления, правонарушения и другие проступки в своих законных пределах, стекались сюда, спасаясь бегством. Были и те, кто покидал родные пенаты из-за религиозных убеждений или банального несоответствия взглядов. Оппозиция или пятая колонна присутствует не только у нас. Но в некоторых реальностях методы борьбы с ней гораздо более радикальные. Представители самых различных биологических видов просили проявить гуманность и обеспечить их спасение и защиту по полной программе. Порой и они могли оказать существенную помощь и принести пользу Содружеству. Черти, к примеру, хорошо обеспечивают охрану пограничной черты. За что, собственно, чертями и именуются. Если соглашались служить и приносить пользу, получали вид на жительство по ускоренным и льготным программам. По ней же они проходили ускоренные проверки на лояльность. Затем шли присяга, получение гражданства и служба на охране границы между мирами. А далее со всеми вытекающими отсюда. Льготы, кредиты, дотации, надбавки за вредность, без всяких проблем и ограничений. Точно также подходили и к остальным кандидатам, стремящимся получить гражданство, защиту или временную работу и проживание. Если ничего предосудительного за лицами, просившими предоставить им таковые блага, не числилось, выносилось предварительное постановление. После его рассмотрения и принятия обратившихся направляли непосредственно в ближайший филиал посольства Содружества Суверенных Славянских Миров. Эти учреждения находились практически в каждом городе-миллионнике нашей любимой и необъятной Родины. Там обратившиеся проходили дополнительную, более глубокую внутреннюю проверку в соответствующих инстанциях. А вот уже после этого им выдавалось окончательное решение с видом на жительство. После какого-то времени проживания он также получал гражданство СССМ, что-то вроде шенгена. Те, кто проверку пройти не смог или был объявлен персоной нон грата, стояли перед нехитрым выбором. Им могли разрешить проживание в нашем свободном и общем для всех техномире, являющимся нейтральной зоной. Представители иных обитаемых миров сюда допускались. Но, как правило, жить им разрешалось лишь за пределами Российской Федерации и её официальных границ. В этом случае предоставлялась возможность выехать в ту страну, где они могли бы и далее пребывать, не доставляя нам поводов для беспокойства. Это касалось троллей, кобольдов, леприконов, карликов, огров, циклопов, дварфов, гномов, цвергов и прочих воинственных и магических рас без соответствующего на то разрешения.